Черное Дерево
Почему-то мне кажется, что Макс говорит совсем не о том, что чуть не вырвалось у него ненароком. Знает, как увести беседу в другое русло, поймать меня на крючок другой интересной информацией.
– Так ты помощник Александра? – удивляюсь я совершенно искренне, стараясь не акцентировать свое внимание на словах о коротком поводке.
– А что, не похож? – мужчина выглядит уязвленным. – Это здесь я по клавишам стучу и вожу автомобиль, а в Тривинде я такой же рыцарь, как и все Стражи.
– А зачем вам вообще возвращаться назад? Нельзя выбрать один мир и в нем жить?
– Если будет война с орками, а она будет, я поймаю их шпиона и отдам тебе на растерзание, – ухмыляется Исаев. – И все-то ей надо знать!
– Ну, Макс! – тяну я, и он сдается.
– Мы не можем оставаться в одном мире надолго. Ходить можем вне циклов Древа, да, но насовсем где-то осесть – это нет. Рано или поздно Древо притянет назад.
– Что-то грустно от всего этого, – я поеживаюсь, поглаживая себя руками по плечам. – Выбора-то, получается, и нет, причем нигде.
– Так, – Исаев убирает тарелки в раковину, – давай подробнее, что ты там себе опять накрутила.
– Прыжки эти… – смотрю в пол. – Про войну все говорят… И Брэди, и Дрейвн… И Дерево это со своей связью… – кручу в руках медальон Стража.
– Понятно, – сквозь зубы цедит Макс. – Если тебе так неприятна эта вещь, можешь не носить.
Он отворачивается и включает воду, начинает мыть посуду. По напряженным мышцам спины вижу, что обидела мужчину, сама того не желая, но и сразу вот так, в омут с головой, я просто не могу прыгнуть. Это свадебный амулет. Взять его – поменять свою жизнь, принять неизбежность, а мы еще даже не встречаемся, чтобы совершить такой серьезный поступок, ни на что не оглядываясь.
Стягиваю амулет с шеи и протягиваю его Максу:
– Давай пока он побудет у тебя? Отдашь мне потом, когда я буду готова… Если не передумаешь к тому времени на мне жениться…
Исаев вытирает руки полотенцем и отрицательно качает головой, отказываясь забирать артефакт.
– Я сказал «не носить», а не «вернуть назад». Наденешь, когда припечет. Сколько раз тебе повторять об опасности? Это не столько «обручальное кольцо», сколько оберег. Держи при себе, хоть в кармане.
– У меня в кармане один уже есть, – бурчу я.
– Что?! – Макс застывает на месте. Сглатывает нервно и так глубоко, что дергается кадык. Скрывает злость, старается дышать ровно. Наверное, я все-таки перешла границы его терпения своим откровением.
– Тебе Александр его дал? – Голос спокойный, но ноздри раздуваются. Не обманешь.
– Нет! – машу головой. – Дрейвн!
– Кто?! – мужчина больше не шифруется, срываясь на крик.
Глава 28– Бабушка! – выпаливаю громко, подражая тону Макса. Медальон же ее, хоть и подарил ей его Дрейвн. Оговорка, что называется, по Фрейду. Представляю, что Исаев подумал. И старый гном туда же: сватается к молодой человечке.
– Какая еще бабушка?! – еще больше распаляется Страж.
– Моя бабушка! – поясняю я. – Ей Дрейвн дал его много-много лет назад, а она его мне подарила. Почему я с гномами-то жила? Медальон меня к ним закинул, как и бабулю.
Макса с сомнением смотрит на меня, а я подрываюсь и быстрым шагом иду в гостиную забрать амулет из кармана куртки. Расстегиваю молнию и нащупываю холодный камень. Малахит словно сам идет в руку, соскучившись по человеческому теплу.
– Вот! – разворачиваюсь на пятках и натыкаюсь на крепкую грудь Исаева.
Да, с такой комплекцией ему точно привычней мечом махать, а не менеджеров в офисе гонять. И зачем вообще работает в Ньезфилде? Для разнообразия или от скуки? Лучше бы покорял Эверест, как врал Игорю, чем держать наемных работников в страхе. А я вот так и не рассказала Максу о наших рабочих взаимоотношениях. Как ни вспомню, что надо, все момент неподходящий.
Он берет медальон и с интересом рассматривает со всех сторон.
– Гномий, – подтверждает Макс и трет пальцем переносицу.
– Ну а я о чем? – вздыхаю и забираю украшение обратно. Надеваю на шею, прячу за ворот свитера. – Вот это точно охранный талисман для меня. И выполняет свою функцию на отлично, без привязки к невестам и всяким там свадьбам.
Он фыркает, но видно, что возмущение его отпустило: расслабился.
– А то взяли моду на шею побрякушки вешать, не спрашивая! – Убираю камень Исаева в карман своих джинсов.
– Постой, – Макс недобро прищуривается, – Алекс на тебя тоже амулет нацепил?
– Нет! – заявляю я с вызовом. – Но тоже хотел обдурить, как и ты! А потом целоваться полез!
Он делает движение рукой, будто ищет меч на бедре, стискивает зубы.
– Убью гада!
– Угу. То же самое он и про тебя сказал, – ворчу я.
Мужчина садится на диван и трет руками лицо, кривит губы в усмешке:
– С тобой я своей смертью точно не умру: меня паралич хватит.
Присаживаюсь рядом на краешек и тихо парирую:
– Я-то здесь при чем? Сами придумали, сами обиделись. А я не такая и слабая, постоять за себя смогу, если что. Конечно, когда у меня столько защитников – это хорошо, но и я уже не простая человечка из Ньезфилда. Гномы меня хорошо натренировали. И, вообще, я своими руками волколака убила!
Макс притягивает мою голову к своей груди и целует в затылок.
– То, что ты умеешь управляться с оружием, – это отлично, но таких ситуаций не должно возникать априори. Как бы искусна ты ни была, с мужчиной, настоящим мужчиной, – уточняет он, – тебе справиться не под силу, уж тем более с орком. Я в шоке, что ты смогла завалить волколака, но это всего лишь животное. С умным, думающим противником дело будет обстоять иначе.
– А я не дура, чтобы лезть напролом, – дуюсь и дергаюсь в объятиях Исаева, но он лишь откидывается на спинку дивана, не выпуская меня. – Упаду в обморок, притворюсь беспомощной, а потом ка-а-ак хрястну топором по башке! Исподтишка!
– Ты топор-то поднимешь? – смеется Макс.
– Большую секиру, как у Брэди, – конечно нет, а вот с маленькими метательными топорами я управляюсь хорошо. И с ножами тоже.
– Проверим? – подмигивает мне мужчина.
Он встает и нажимает на оленьи рога над камином. Половина брусчатой панели напротив отъезжает в сторону, открывая потайную нишу, набитую от пола до потолка холодным оружием. И чего здесь только нет! Даже штуки, какие я вижу впервые в жизни и не знаю названия.
– Откуда у тебя это все? – поднимаю отвисшую до пола челюсть.
– Оттуда, – веселится Макс. – Из Тривинда. Откуда еще? Пока ходишь туда-сюда – много чего с собой захватишь.