Император Август и его время
Подводя итоги зарейнской кампании Друза, нельзя не обратить внимания на неясность в источниках, повествующих о действиях римского флота. Согласно Диону Кассию, как мы видим, их сложно полагать сколь-либо успешными. Целый флот на мели – дело удручающее. В то же время к 12 г. до н. э. многие относят сообщение Плиния Старшего о морской экспедиции, по повелению Августа достигшей Кимарского мыса, то есть, северной оконечности Ютландии [1449]. Впрочем, имя флотоводца там отсутствует. Можно ли полагать, что этим отважным мореплавателем, прошедшим сотни миль по Северному морю, был именно Друз? Часто в подтверждение этой версии приводят слова Тацита из его труда «О происхождении германцев и местоположении Германии» [1450]. Вот что конкретно сообщает римский историк: «Фризов, сообразно их силе, называют Большими и Малыми. Поселения обеих этих народностей тянутся вдоль Рейна до самого Океана; обитают они, сверх того, и вокруг огромных озёр, по которым плавали и римские флотилии. Именно отсюда отважились мы проследовать в Океан: ведь молва сообщала, что и в нём всё ещё существуют Геркулесовы столбы, прозванные так или потому, что Геркулес и в самом деле посетил эти края, или из-за усвоенного нами обыкновения связывать с его прославленным именем всё наиболее замечательное, где бы оно ни встретилось. У Друза Германика не было недостатка в решимости, но Океан не пожелал раскрыть ему свои тайны и то, что касается Геркулеса. С той поры никто не возобновлял подобных попыток, и было сочтено, что благочестивее и почтительнее безоговорочно верить в содеянное богами, чем тщиться его познать» [1451].
Из слов Тацита никак не следует вывод об успешном плавании флота Друза далеко на север по океану вплоть до Датских проливов, ведущих в Балтийское море. Историк недвусмысленно говорит о плавании очевидно неудачном, поскольку тайна океана оказалась нераскрытой и новые столбы Геркулеса не были найдены. Потому другие столбы Геркулеса, ранее названные финикиянами столбами Мелькарта (нынешний Гибралтар) остались единственными в природе. Но главное здесь другое. Флот Друза не мог быть предназначен для дальнего плавания, его задачей была поддержка с моря действия сухопутной армии на побережье. И действия его, как мы видим, оказались бесславными, что не делает чести Друзу как флотоводцу.
Плиний Старший – автор, заслуживающий доверия. Тем более что, как известно, он сам проходил военную службу в Германии. Но ведь он никак не связывает морскую экспедицию на север с Именем Друза. Важно и следующее. С учётом уровня тогдашнего римского опыта океанского плавания такой поход мог занять немалое время, где счёт шёл бы, пожалуй, не на один месяц. У пасынка Августа не было возможности оставлять армию на суше без своего командования. В события 12 г. до н. э. путешествие к оконечности Ютландии никак не укладывается. Да и сам Август, сообщающий о плавании римлян по Океану, с именем Друза его не связывает: «Мой флот по Океану от устья Рена до области, где восходит солнце, вплоть до границ кимвров плавал, куда ни по суше, ни по морю ни один римлянин до этого времени не приходил» [1452].
Скорее всего, Август решил отрядить морскую экспедицию на северо-восток, дабы узнать пределы германского побережья. Она завершилась, судя по всему, благополучно. Но вот кто же её возглавлял? Нетрудно догадаться, что толковый многоопытный флотоводец, каковые у римлян имелись. А вот Друз Старший, судя по его действиям на море, к таковым никак не относился.
В начале весны 11 г. до н. э. военные действия в Германии возобновились. Легионы Друза переправились через Рейн, без особого труда сломили сопротивление узипетов и подчинили их Риму. По наведённому мосту через Липпе римляне вновь вторглись на земли сугамбров и успешно продвинулись до реки Визургия (совр. Везер). Далее лежали владения херусков, простиравшиеся до берегов Эльбы.
Успешному продвижению римлян на Восток способствовали непростые взаимоотношения между германскими племенами. Сугамбры враждовали с хаттами. Те не пожелали заключить военный союз против римлян, поскольку считали себя им обязанными. За 10 лет до этого хатты с великодушного дозволения римских властей заняли земли по правому берегу Рейна, оставленые ранее племенем убиев. Здесь их соседями с севера как раз и стали сугамбры, появлению хаттов не обрадовавшиеся.
Выход римских войск к берегам Везера стал наивысшим достижением Друза в этой кампании. От переправы через реку и движения далее на восток пришлось отказаться. В армии был недостаток продовольствия, кроме того, приближалась зима [1453]. Отступление, однако, оказалось очень нелёгким. Германцы, вдохновлённые началом отхода римских войск от ранее достигнутых рубежей, восприняли это как проявление слабости захватчиков. Их активность резко возросла. Имея полное преимущество в знании местности, не испытывая трудностей с припасами, варвары превратили отход армии Друза в путь, исполненный «великих опасностей» [1454]. Засада за засадой не давали легионам покоя на марше. Избежать их не было никакой возможности, ибо германцы идеально знали родные земли и, что особенно важно, пылали лютой ненавистью к завоевателям. А отваги и умения биться им было не занимать. В результате варварам удалось не только измотать противника, но даже загнать всё войско Друза в ловушку в узкой лощине. Положение римской армии казалось безнадёжным, но херуски слишком рано уверились в победе и ещё не были знакомы с профессионализмом римской армии, её организованностью и готовностью биться до конца даже в самой непростой ситуации. Сочтя себя заранее победителями и проникшись презрением к римлянам, бездарно угодившим в умело расставленную им ловушку, германцы самонадеянно дали войску Друза открытое сражение. Это была роковая ошибка херусков, поскольку в таком бою дисциплинированная и имевшая большой боевой опыт армия обладала полным преимуществом над нестройным ополчением варваров, как бы героически они не сражались. Римский строй выдержал атаку далёких от правильных боевых порядков полчищ германцев, после чего уверенно реализовал преимущество профессиональной армии. Друз одержал полную победу. Дальнейший путь римской армии к Рейну был свободен от каких-либо серьёзных препятствий. Херуски утратили свою дерзость и лишь слегка отваживались беспокоить римлян, не рискуя приближаться к ним [1455].
Друз, оценив опасность противника, решил построить крепости на землях к востоку от Рейна. Главная, находившаяся у слияния рек Альме и Липпе, именуемая Ализон, могла вместить не менее двух легионов полного состава. Другое, менее мощное укрепление, было построено в земле хаттов.