Одинокий Владыка ищет жену. P.S. Можно с ребенком

Про нас мне и нечего было особо рассказывать. Сказала честно, что бегали по магазинам да покупали подарки себе и другим.
Так, за неспешными, но приятными разговорами ни о чём, мы не торопясь проехали по шоссе километров пятьдесят до перекрестка. Мягко съехав на проселочную дорогу, начали постепенно углубляться в лес.
Тёмно-зелёные огромные еловые лапы были укрыты белоснежным покрывалом и под тяжестью снега свисали до самой земли. А внедорожник ехал и ехал. Всё дальше вглубь густого леса.
— Никогда бы не подумала, что у тебя дом будет…
— В глуши?
— Далеко от цивилизации, — я кивнула, глядя в окно на отражение мужчины в нём.
— На самом деле, наверное, это наследственное, — Динэш повёл плечами. И пояснил, когда я удивленно на него посмотрела: — Моя мать… отойдя от дел, переехала в удаленное от суматохи место. Я бы тоже с радостью жил всегда где-то, где тихо и спокойно. Однако положение обязывает всегда быть на виду. Постоянные встречи. Выездные… командировки. Делегации из разных стран. Это порой слишком утомляет, даже раздражает. Но такова моя работа.
 
*26.1*
— Тебе не нравится, чем ты занимаешься?
— Не нравится? — мужчина задумался. — Нет. Я так не скажу. Просто иногда мне хотелось бы… отпуска от всего этого. Вроде я верное подобрал слово. Радует, что сын уже подрос и может меня теперь кое-где подменить. И я смог устроить себе небольшой отдых.
— Ты же вроде говорил, что ему в этом году исполнилось…
— Он стал совершеннолетним, — когда я замолчала, продолжил Динэш. — Всё верно. Просто у нас, в моём государстве, совершеннолетние наступает позже, чем у вас.
— Понятно.
— А ты сама где бы хотела жить?
— Даже не знаю. Никогда об этом не задумывалась. Наверное, там, где до работы могла бы пешком добираться. Ну или найти наконец удаленную. И тогда можно было бы поселиться и в глуши подальше ото всех. Но Василиса скоро совсем подрастет. Ей нужно в школу ходить. Всё-таки для детей очень важно общаться со сверстниками.
— Да… Со сверстниками… — мужчина задумался. — Возможно, моему Рэну этого не хватало. Общения. Ему было бы проще.
— Он был на домашнем обучении?
— Да. Я нанял для него учителей.
— Диня, а расскажи нам о… Рэне! — воскликнула Василиса, отвлёкшись от своего мультика.
— Он… — взгляд Динэша покрылся поволокой. — Замечательный. И я так говорю не потому, что он мой сын. Рэн во многом похож на меня. Не только внешне. Однако, он более прямолинейный, даже иногда резкий. В то же время порой слишком много думает. И я не скажу, что это идёт на пользу. Иногда обстоятельства складываются так, что требуется сначала действовать, а потом всё обдумывать. Но, уверен, со временем и под чутким надзором… одной девушки эта медлительность у него пройдет.
— А я его сегодня увижу? А мы с ним поиграем?
— Нет, Лиса, — мужчина мотнул головой. — Он не будет с нами праздновать Новый год. У него свои дела, заботы. Но я вскоре обязательно вас познакомлю.
— Здо-о-рово, — протянула дочка мечтательно. — Будем с братиком в прятки играть…
Услышав это, я покрылась холодным потом. Из уст Василисы это прозвучало так, будто мы с Динэшем уже живём вместе, расписались. И… вот это вот всё! Не дай бог мужчина решит, что я ей что-то там говорю… Но он вдруг рассмеялся:
— Обязательно поиграете. Рэн у меня когда-то очень любил прятки. И всегда отлично прятался.
Подмигнув мне, Динэш свернул на узкую проселочную дорогу, которая, однако, была вычищена чуть ли не до земли.
 
*26.2*
Проехав ещё от силы пару минут, мы наконец-то увидели дом.
Поскольку дорога была неблизкая, небо уже начало темнеть, и в легких, сгущающихся сумерках первое, что бросилось в глаза — все елки перед домом были украшены гирляндами. Двухэтажный особняк, сложенный из брусьев, покрашенных тёмно-синей и белой краской, тоже весь светился и переливался.
— Какая кр-расота! — выдохнула дочка.
— Красоты вокруг много не бывает, — Динэш улыбнулся мне. Отчего меня бросило в жар. И захотелось прямо на ходу выброситься из машины в сугроб. Чтобы хоть немного охладить голову и понизить градус возбуждения, что с каждой минутой только нарастал, и я готова была растечься лужицей от этих намеков и полунамеков, а также завуалированных комплиментов.
Остановив машину напротив входа, Динэш помог нам выйти, взял нашу сумку. Поймал Василису, которая уже нарезала круги вокруг ёлки, а я, одетая в сапоги на каблуках, даже не пыталась угнаться за этой юркой шкодой. И повёл внутрь дома.
Там, как и снаружи, всё было по-новогоднему декорировано, светилось и переливалось. Однако, настолько гармонично и даже утончённо, что глаза не слезились, и не было желания щёлкнуть рубильником.
— Ого! — только и сказала Василиса, открыв рот. И, пока она застыла, я махом сняла с неё верхнюю одежду. Поблагодарила мужчину, когда он помог мне.
— Давайте я покажу вам ваши комнаты, — подхватив ребёнка, а меня взяв за руку, он кивнул в сторону лестницы.
Поднявшись на второй этаж, Динэш свернул в левое крыло и отворил первую дверь:
— Это комната твоя, маленькая принцесса, — подмигнув Лисёнку, он опустил её на пол. А та вновь застыла, открыв ротик.
Комната, и правда, была, как у принцесс в мультиках. Вся в розовых и белых тонах. Кроватка с резным основанием, на котором была изображена корона. Балдахин из розового тюля. Рюшечки, оборочки.
— Обалдеть! — вдруг выдала дочка. И стремглав влетела внутрь.
— Пойдем.
Потянув меня за руку, мужчина отворил дверь напротив Василисиной комнаты. И я с трудом сдержала тяжелый вздох: у меня была самая обычная спальня. Светлые тона. Скучно и уныло. Не скажу, что я бы хотела такую же яркую и с рюшечками, как у дочки. Точно нет. Но было видно, что ту комнату Динэш… приказал подготовить, сомневаюсь, что сам это делал, специально для Василисы. И моё настроение, пусть я того и не желала, немного испортилось.
 
*26.3*
Однако, когда мужчина, поставив сумку у шкафа, подошел ко мне и аккуратно положил руку на бедро, я вмиг забыла, о чем думала до этого.
— Обустраивайтесь. Отдыхайте. Буду ждать вас внизу.
— Я быстро, — кивнув, я так и не сдвинулась с места. — Наверное, надо чем-то помочь… — и снова стояла, смотря в его глаза. Утонув в их глубине.
— Помочь? — Динэш отрицательно мотнул головой. — Всё практически готово. Я решил, что не стоит уподобляться вашим традициям и ночью устраивать настоящее застолье. Легкие закуски, напитки… Ты не против?
— Нет, конечно.
И я придерживалась такого же мнения. Что Новый год — это не повод умирать от обжорства ночью.