Путь Хранителя. Том 2

Коридор узкий и ублюдок встретил меня там, где нет никаких дверей и дополнительных проходов. В итоге пути у меня всего два. Назад в тупиковую комнату с пыльными мячикам, клюшками, лыжами и прочим спортивным хламом. Или же найти способ обойти боярскую свинью передо мной. Не густо.
— Любопытно, — заинтересованно протянул боярин и сделал шаг в мою сторону.
— Тоже самое могу сказать о тебе, — ответил я, когда собеседник вышел на хорошо освещенную часть коридора.
Ведь вместо опрятного высокого боярина я увидел перед собой щуплого курносого парнишку. Того самого лже-гида Генри, который рано утром раболепно тряс передо мной зонтиком, а потом с грозным видом ворвался в номер Константина Адлерберга и прервал наш разговор.
Теперь же этот многогранный талант общался со мной совершенно без акцента и жутким голосом Коновницына.
Визуально никаких посторонних потоков и конструктов я не заметил, поэтому не пожалел драгоценной энергии, чтобы взглянуть на собеседника через астрал и узнать какую именно технику контроля разума использует Коновницын.
Тонкая переплетенная семицветная нить окутывала все потоки британца и от астрального тела Генри уходила в глубины тонкого мира. Боярин, который использует глубокий астрал это что-то новенькое. В прошлом мире я ни разу не сталкивался с Коновницыным один на один, но знал, что деду так ни разу не удалось его убить и это о многом говорило.
— Ты не тот Марк Жуков, которому Еремеевы ставили печать, — не спрашивал, а утверждал Коновницын, — ты пришел извне и поглотил его. Как тебе удалось? Это не перенос, не копирование и не контроль.
— Не понимаю о чем ты, — отмахнулся я не сбавляя концентрации.
— Конечно, конечно, — меланхолично ответил Коновницын, покручивая в руках черный пыльный цилиндр, который был явно не по размеру его нынешней голове, — твоему астральному телу тридцать лет, и оно развито ассиметрично. Структура синих энергоканалов однозначно заявляет о владении астральными техниками уровня Гения, а насыщенность синего потока свидетельствует о невероятно плотной связи тонкого мира с твоей душой.
Боярин определил все это лишь взглянув на меня? При этом даже не своими настоящими глазами? Я старательно сдержался и не подал вида насколько сюрреалистично эти факты звучали в моей голове. Подавляющее большинство бояр даже нормально почувствовать внешний астрал неспособны, а тут ублюдок считывает информацию из тонкого мира будто книжку открыл.
— Повезло родиться в талантливом роду, — продолжал отнекиваться я, ожидая что боярин и дальше будет щедр на полезную информацию.
— Да брось, Марк, — устрашающе улыбнулся Коновницын, — род Жуковых был заурядным сборищем вояк, не более того.
— Мой дед бы с тобой поспорил, — вырвалось у меня.
Коновницын прищурился и задумчиво потер подбородок.
— Ты прав, — неожиданно согласился он, — Борис Жуков был любопытным экземпляром, что нашел источник силы. И как же жаль, что именно наследственность и оказалась его слабостью. Что лишь подтверждает мои слова о бесполезности твоего мертвого рода.
На этот раз бушующую внутри ярость я унять не смог, и она пульсирующими волнами накрыла мое тело. Сопротивляться я не стал, а позволил эмоциям накалиться до предела. Отдался жажде крови с головой и занял боевую стойку.
— Кем ты себя возомнил, боярин? — вызывающе спросил я, — думаешь способен заглядывать в астрал и поэтому все на свете знаешь? Смеешь заявлять мне прямо в глаза, что моего деда убила слабость рода Жуковых? Мой старик был куда сильнее тебя и если бы вы не стерли с лица земли целый город ради его убийства, то сейчас ты бы уже спасал свою жизнь бегством от единственного Абсолюта в мире.
— Любопытные теории ты выдвигаешь, Марк, — неожиданно улыбнулся Коновницын, — Я бы даже тебя послушал подольше, если бы не одна нестыковочка. Ты путаешь причину со следствием. Иркутск был уничтожен после смерти Бориса Жукова, а не наоборот. На моей памяти твой дед был ближе всех смертных к рангу Абсолюта, но погубил сам себя и, поверь, это было одним из самых глубоких разочарований за всю мою весьма долгую жизнь.
— Лжец. Боярин, испытывающий разочарование из-за смерти преданного союзника Императора? Что за нелепица, — без тени сомнений выпалил я и всерьез начал искать причину не разыгрывать козырь, который перебьет все аргументы лживого ублюдка.
Но причину так и не нашел. Что бы я ни сказал Коновницын все равно мне не поверит, и он совершенно уверен в том, что я не тот Марк. Тонкий мир не обманывает. А раз теперь о моем происхождении узнал Коновницын, это все легко дойдет и до совета и скрывать смысла нет. Но вот если раскрыться, то есть шанс выудить из лживого боярина еще больше.
— И я легко это докажу. Посмотри мне в глаза, — решил я выложить пару козырей на стол, — я пришел из другого мира. Только вот в моем мире Борис Жуков не просто жив, боярин. Там он Абсолют. И стал бы им и здесь, если бы ты ему не помешал.
На долгие пять секунд в коридоре повисла мертвая тишина. Коновницын с неизменившимся выражением на лице стоял и не мог отвести от меня взгляд.
— Удивительно насколько истово ты веришь в свои сказки, — заключил боярин, — ни один агент в мире не подкопается. Ты уверен, что говоришь правду. Только вот в чем дело, Марк. В мире за последние восемьсот сорок семь лет не было ни единого Абсолюта, и я лично видел последствия смерти Бориса Жукова. И насколько бы яро ты ни был убежден в том, что я замешан в его смерти, это не так. Поэтому остается лишь два варианта. Либо ты сошел с ума, либо тобой весьма искусно манипулируют.
— Я готов поверить в твою непричастность к смерти деда, хоть это и звучит как полный бред, учитывая кто ты такой. Я не знаю, что происходило в этом мире, ведь меня тут не было, но доказывать тебе что в прошлом мире Борис Жуков был Абсолютом я не намерен, боярин. Это неоспоримый факт. Как и то, что в этом замешан альбиносик с лазурной татуировкой. Помогал ты ему лично или нет, это не так важно. Я все равно тебя убью.
С этими словами я приготовился атаковать, ведь видел, что Коновницын перевел потоки тела Генри в боевой режим. В отличие от боярина, который управляет телом, сам Генри был рангом лишь Мастера и хоть я и ожидал пары сюрпризов от Коновницына, в своей победе я был уверен.
И если для нее потребуется убить самого Генри, мне совершенно плевать. Как только разговор вновь зашел о сраном альбиносе я больше не мог просто стоять на месте. Ведь единственным ключом к ублюдку с лазурной татуировкой была моя сестра и чем дольше я медлю, тем выше вероятность того, что ее спрячут и я упущу свой единственный шанс добраться до нее.
Я заметил брешь в оборонительной структуре потоков Генри и разорвал дистанцию в один миг. Выставленной ладонью ударил в солнечное сплетение и потоки Генри пошли рябью. Следом применил бесконтактную технику и заблокировал ближайшие энергоканалы противника и приготовился отражать контратаку, но, к моему удивлению, ничего не произошло.