Принцип войны. Том 2
— Нет. Не тот у них уровень, чтобы выйти на старика, — губы Пианиста дрогнули в усмешке. — А вот он о планах Демидова был хорошо извещен.
— Демидов…, - я протарабанил пальцами по столу. — Вырисовывается следующая картина: Мисяй узнал о моем приезде, что было не так сложно. Мирослава сама предупредила отца, от которого «эсбэшник» и получил необходимую информацию. Тут же он связывается с гостями, после чего и появился «хвост». За мной следят, не посвящая в планы князя Щербатова.
— Расскажешь о причинах? — заинтересовался Пианист. — Ну не верю я, что аристо решил тебе отомстить за разрыв вассального долга. Как-то… мелко и недостойно его уровня. Для показательной порки еще сойдет.
— У меня есть артефакты, которые он посчитал своими, — чуточку приоткрыл я завесу. Так было надо. Пианист из тех людей, которые будут копать по своим каналам, и когда узнает правду, может обидеться за недоверие. — Я отказался отдавать их, привязав на кровь.
— Ага, тогда мотивы ясны, — вор, или кто он был на самом деле, удовлетворенно кивнул. — Теперь мы знаем, от какого угла плясать. Будешь еще пива?
— Не откажусь.
Пианист, не вставая из-за стола, просто поднял руку и растопырил два пальца, даже не проверяя, видит ли кто-то его жест. К моему удивлению, почти сразу к столу подошла молодая девица в цветастом переднике. В руках она несла две кружки пенного. Поставила на стол, стрельнула глазами в мою сторону, срисовав, несомненно, камешки в перстнях — и быстро отошла. Пианист с удовольствием отхлебнул из своей кружки.
— Будешь помогать? — напрямую спросил я.
— А ради чего я здесь? Пельменями закидываться? Помогу, чем смогу. Только мне нужно знать, планируешь ты разобраться с давними делами, или сядешь на самолет и умчишься в теплые края.
— От давних проблем никуда не сбежишь. Надо их решить раз и навсегда.
— Уже придумал что-то?
— Есть одна идея…, - я кратко пересказал то, что до этого говорил Федору Громову.
Пианист слушал и маленькими глотками вливал в себя пиво.
— А не боишься испортить отношения со своим тестем? Как Щербатов отреагирует, спрогнозировать можешь?
— Могу. Но даже в случае форс-мажора есть козыри в руках. Вернее — на пальцах.
Я положил правую руку на стол, камни в перстнях зловеще блеснули, хотя на них не падало ни малейшего лучика света. Пианист внимательно изучил артефакты и вытащил из-под свитера амулет в виде сосульки на тонком витом шнуре. Амулет словно изморозью покрылся.
— Страшные у тебя камешки, — пояснил старый знакомый. — Видишь, как реагирует защитное поле? Ого… Теперь я за тебя спокоен. Передам старику, что его подопечный жив-здоров, копытом бьет. Ладно, расслабься, кадет. Нельзя пока вам встречаться. Где Волжский Плес находится мне известно. А вот лесничество…. Честно, не знал, что у Щербатовых в том краю кордон есть.
— От имения на северо-восток, примерно двадцать километров, — напомнил я. — Мне понадобятся два внедорожника и человек пять крепких бойцов. Вроде тех, кто нас из автозака вытаскивал.
Повадки вовсе не уголовные, а больше похожие на театральные мизансцены. Но за его спиной стояли серьезные люди, умеющие обращаться с оружием и проводить силовые акции.
Захар, спасаясь от скуки, гонял шкалу радиоприемника, выискивая что-то интересное для себя. Когда я залез в машину, из колонок лилась томная инструментальная музыка.
— Ты видел мужика, выходившего передо мной из пельменной? — спросил я и выключил радио.
— Видел, — кивнул Захар. — Он зашел за угол дома и больше не появлялся.
— А что там?
— Хозяйственные постройки, — пожал плечами десятник. — Продуктовый склад. Примыкает к лесу. Наверное, там его ждали. На машине, кстати, можно довольно близко подобраться к пельменной с тыла.
— Я так и думал, — откидываюсь на спинку кресла и жестом показываю, что пора ехать.
Обратный путь мы провели в молчании. Когда проезжали участок трассы, где неизвестный грузовик подставился под машину наших преследователей, то заметили только осколки стекла и лежащий на обочине согнутый в бараний рог бампер. Самого «ориона» уже не было. Вероятно, «хвост» счел нужным прекратить свою миссию, и потихоньку уковылял к ближайшей автослесарной мастерской. Довольно странно. Обычно место аварии на междугородних трассах очень оживленно. Здесь и патрули, и следователи, и комиссары по страховым выплатам. Все что-то записывают, ползают с рулетками, измеряя тормозной путь машин, щелкают фотоаппаратами. Встреча с Пианистом длилась не больше получаса — за такое время следствие на месте аварии не могло закончиться. Значит, и в самом деле в «орионе» находились мутные ребята. Им не хотелось встречаться с полицией, поэтому и поспешили исчезнуть. Да и черт с ними. Картина уже ясна: люди Демидова постараются максимально быстро лишить меня не только артефактов, но и жизни. Реакция Щербатова будет предсказуемой. В его доме никому не позволено обижать родственников, даже таких, как я. Он за Мирославу чуть Кострому не стер с лица земли, а если узнает о причастности Демидова к произошедшему со мной — начнет серьезную войну. А князь узнает. Я подстраховался на этот случай.
— Домой? — покосился на меня Захар.
— Поехали в УКБ, — я оживился. — Надо с одним человеком успеть встретиться, пока здесь все не завертелось.
* * *
В Управление Княжеской Безопасности города Торгуева я попал, видимо, в обеденный перерыв. Возле самого трехэтажного здания из светло-желтого кирпича и с узкими высокими окнами было немноголюдно: на автомобильной стоянке копошились несколько человек, да возле тяжелых двустворчатых дверей стояли двое охранников в полной боевой сбруе. Они покосились на мое дорогое пальто и на перстни, сверкавшие каменьями на солнце, вежливо поинтересовались, кто я такой и что мне здесь нужно. Услышав мою фамилию, встрепенулись и даже сами распахнули двери, пропуская в здание Управления. Пришлось важно кивнуть и неторопливо проследовать через широкий коридор в вестибюль, снова назваться.
Дежурный офицер с капитанскими нашивками на рукаве темно-зеленой военной куртки тоже захотел узнать причину моего появления здесь. В глазах его притаилась тревога. То, что я зять Щербатова — здесь хорошо знали. Поэтому и заволновался капитан. А вдруг мне даны некие полномочия от князя, вроде внеплановой проверки?
Пришлось успокаивать:
— Мне нужно поговорить со следователем Восьмого делопроизводства господином Кузнецовым.
— Сейчас обеденный перерыв, — неуверенно ответил дежурный, и наткнувшись на мой бесстрастный взгляд, быстро исправился. — Я могу позвонить ему, узнать…
— Сделайте милость, капитан, — благосклонно кивнул я. Если уж играть высокородного барина, то по полной программе.
Ждать долго не пришлось. Офицер быстро позвонил кому-то по внутренней связи и бодро ответил мне:
— Анатолий Петрович вас ждет в седьмом кабинете. Это сразу по коридору направо.