Принцип войны. Том 2

— Правильно, что решил, — усмехнулся невидимый мужчина, неожиданно переходя на «ты». Нет, грубости в нем не было, но как-то неожиданно. — А что же так долго тянул? Скромность украшает человека, но не до такой же степени. Вот я, к примеру, очень любопытный, но мой статус не позволяет первому звонить.
Черт побери, я где-то слышал этот слегка протяжный и неторопливый голос, с нотками едва скрываемой расхлябанности, которая присуща некоторой категории граждан…
— Мы можем встретиться?
— Даже нужно, — снова усмешка. — Не против, если я назначу место?
— Ваше право, — откликаюсь осторожно, судорожно перебирая варианты, где я мог слышать собеседника.
— Тогда завтра в полдень на десятом километре от твоего особняка. Там есть очень уютная пельменная, и даже с отдельными кабинками. Устраивает?
— Согласен, — решился я. — Только меня, кажется, усиленно пасут.
— За это не нужно беспокоиться. Не впервой старых знакомых спасать, — короткий смешок еще больше заставил напрячь мозг. — Обрубим излишне длинный хвост.
— Вопрос можно?
— Валяй, — последняя фраза подтолкнула меня к разгадке голоса.
— Мы же знакомы?
— Конечно, я тапер из «Ракиты», — снова смешок, а затем сухой щелчок сбрасываемого вызова.
Тапер из «Ракиты»? Нет, это просто невозможно. Можно верить в совпадения или в слепой случай — но именно сейчас у меня усилились подозрения, что мне очень сильно подыгрывают.
 
Глава 6
Захар не захотел отпускать меня одного, когда я попросил у него машину для поездки в эту самую пельменную. Федор умотал в имение «Волжский Плес», и дай бог — вернется к завтрашнему вечеру. Не такси же заказывать. Статус, вроде, не позволяет, а машины под рукой нету.
— Я с тобой поеду, — заявил десятник, демонстративно цепляя на себя оружейную сбрую. В кобуру вошел тяжелый «молот», а подмышку уместился небольшой «чекан». — Возражения не принимаются. Сам же убедился, что тебя пасут.
— А если нарвемся на магов? — я категорически не хотел впутывать в свои дела человека, работающего по найму. — Завяжется бой, могу и не защитить.
— Сяду за руль, — решительно ответил Захар и тут же исполнил свою угрозу.
Мне ничего не осталось, как занять пассажирское место рядом. Чем хорош «солнечный доспех» — его мобильность и компактность. Несколько перстней на пальцах и магический симулякр, надежно висящий на левом запястье в виде браслета для часов, сформировали мой арсенал и придали уверенности, пусть я и был в цивильном костюме. Конечно, лукавил немного. Захара я смогу прикрыть, если только Мисяй или люди Демидова не нанесут удар из засады. Печальный опыт подобных акций я уже имел.
Тяжелый внедорожник с гербом охранной компании зашуршал по асфальту и выехал за ворота имения. Ворота с мягким шорохом закрылись за нами.
— Я в твои личные дела не влезаю, — прояснил позицию Захар, не отрывая взгляд от дороги. — С кем ты там встречаешься, что обсуждать собрался. Но в контракт входит пункт о сопровождении нанимателя, если возникает угроза его жизни.
— Что-то я такого не заметил, — с усмешкой отозвался я, удобно откинувшись на мягкий подголовник, но тоже посматривал по сторонам.
— Там маленькими буковками подпункты были, — не моргнув глазом, сказал десятник.
— Неужели пропустил? — произнес задумчиво.
— Такое бывает, — уверенно откликнулся Захар. — Особенно при подписании договоров в банках.
Я не стал спорить. Человек убежден в своем праве — нужно ли бить по рукам? Вижу, что десятник от всего сердца помогает мне. Не знаю, чего здесь больше: меркантильного интереса в виде неплохого контракта или иные причины перевешивают. Хочется верить в добрые намерения. В последнее время слишком часто сталкиваюсь с подобными проявлениями, что не способствует хорошему настроению.
Мы выехали на междугороднее шоссе; Захар придавил педаль газа и внедорожник почуял свободу, как необъезженный жеребец. И усмехнувшись, громко заявил:
— А вот и наши сопровождающие! Где прятались-то?
За грузовиком с надписью «Хлеб» на темно-синем боку фургона ловко прятался вчерашний «орион». Парни даже не таились, открыто сев на хвост. В этот час дорога оказалась оживленной. Мимо нас проносились тяжелые машины с прицепами и легковушки, идущие в сторону Торгуева, и я не представлял, как Пианист справится с преследователями. Да, я узнал человека, с которым разговаривал вчера по телефону. Это был мой старый знакомый из Лысково, с которым меня судьба свела во время тренировочного марш-броска по нижегородским лесам в моем кадетском прошлом, когда я попал в руки полиции. И с которым мы сбежали из-под стражи во время нашей перевозки в Нижний Новгород. Сколько лет прошло, а? Почти девять…
Выходит, связь Жароха с Пианистом куда глубже, чем я думал. С той самой встречи не раз приходила мысль, что у наставника есть непонятный, но методично реализуемый план действий. А вот какую цель ставил Жарох — эта тайна не давала мне покоя до сих пор. Да и на само ли деле Пианист был вором, как он сам говорил? Ой, вряд ли! Ведь нас освобождали ребята далеко не бандитского толка, не дилетанты. Снаряжение, оружие, ловкость, в конце концов, с которой они действовали — все указывало на серьезную организацию, а не на спонтанно собравшуюся для грабежа на дорогах толпу.
Хотелось увидеть сегодня наставника и выяснить, наконец, почему он все время помогал мне? Испытал жалость к сироте и решил исправить несправедливость, взяв под опеку? Допустим, рациональное зерно в этом есть. Но ведь и цель должна быть? Открывшаяся передо мной тайна родословной Жароха упрямо подсказывала мне, что Федор Скарятин плел интригу куда изящнее, чем московские аристократы в кулуарах Императорского Двора. Не хочу гадать на кофейной гуще, но просматривается конфликт Жароха с Долгорукими. Отсюда и сознательный уход в военную профессию, в наемники, со сменой образа жизни и имени. Н-да, в связи с такими обстоятельствами открываются бездны интриг, тянущиеся в Москву из Торгуева.
— Любопытно становится, кто такой настойчивый, — Захар покосился на меня. — Давай остановим их, разберемся по-свойски? Видишь, там поворот начинается?
И в самом деле, черная полоса асфальта начинала изгибаться, чтобы уйти за выступ леса, подступающего к шоссе. Там была болотистая местность, и дорожники предпочли слегка удлинить путь, но не терять время и ресурсы в топкой грязи ради прямой, как стрела, дороги.
— Не стоит, — лениво отмахнулся я. — Ничего мы не выпытаем. У них на этот счет десяток заготовленных историй будет. Ими займутся другие, не переживай. Когда там пельменная?
— Километров пять осталось.
— Езжай спокойно, не обращай внимание.
Десятник кивнул и прибавил скорость, надеясь таким образом оторваться от настырных ребят в «орионе». Создалось впечатление, что под капотом малолитражки поставлен форсированный движок. «Орион» обогнал фургон и уже не таясь, пошел за нашим внедорожником. Стало интересно, чем все закончится. Чтобы исключить любую неожиданность, я стал понемногу перекачивать магическую энергию между перстнями. Мелкими иголочками закололо запястье с браслетом-артефактом. Негромко защелкали искорки, устроившие хоровод на пальцах.