Месть невольницы. Истинная для дракона

Он будто перечеркнул себя прежнего, оставив лишь то, что нравится ей, и безумно был этому рад. Его счастье было даже каким-то примитивным что ли. Он начинал улыбаться, а глаза его светиться иногда даже оттого, что она просто принимала из его рук чашку чая... Смотрел на неё так, словно в любой момент времени, если в её глазах покажутся слезы, то весь мир рухнет.
В мире драконов самым главным божеством был Великий алмазный дух.
Для Азара же самым главным была его «Эмми»...
Арсель иногда даже удивлялся, как мало ему нужно, чтобы быть счастливым. Брат замирал почти каждый раз, когда она касалась его, и смотрел так, будто снова произошло чудо, с радостью и благодарностью.
Это совсем другое. Эммили была права.
И теперь Арсель тоже хотел обрести кого-то, кто будет вот так же смотреть. Кого он сможет любить так же безумно, как брат любит свою жену. Кто тоже подарит ему ребенка…
А ещё... Арселю казалось, что Эммили в положении... Она стала какой-то другой, мягкой снова, спокойной, будто обрела гармонию внутри. Вновь смотрела на небо, на солнца, на цветы, замечала красоту. Она вела себя степенно и чуть более медленно, чем обычно, и больше без стены холодной разумности, но как-то даже мудро что ли. Хотя прямо про это она ничего не говорила. А брат точно не в курсе. Иначе он бы умер от счастья.
В прямом смысле.
Хотя рано или поздно придётся же признаться, и как тогда успокаивать свихнувшегося от радости огромного дракона и мужчину, он не мог представить. Может Эммили сможет? Наверняка. Она может вообще всё, а над братом имеет какую-то особенную ласковую власть.
Аман же, наконец, был совершенно обычным ребёнком, и совершенно необычным дракончиком. Он бежал впереди них, ловя снежинки и смеялся, заставляя догонять себя то отца, то дядю. И Арсель веселился вместе с ним.
Он больше не запертый узник, не урод и не позор семьи, он — регент, король страны чёрных драконов, уверенный в себе взрослый мужчина, который обязательно когда-нибудь тоже встретит свою пару и непременно будет так же счастлив. Только без подобных ошибок.
Он подбежал сзади и закрыл Эммили глаза руками, прося угадать, кто это. Она научила его этой игре прежде. И девушка вдруг засмеялась так открыто и звонко, что он замер. Брат же и вовсе едва не рухнул от сердечного приступа нежданного счастья. Они слушали эти звуки, и переглянувшись только убедились, что оба готовы на что угодно, лишь бы она не переставала вот так смеяться. Делая их всех невероятно счастливыми.
А потом, пока он рассказывал о делах в столице, эти двое влюбленных переглядывались хитро друг с другом, и Арсель возмутился, конечно, в шутку:
— Вы вообще меня слушаете?
И в ответ Эммили привычно гладит его по волосам, приводя их в беспорядок, а брат радостно пожимает плечами, держа на руках сына. И сердце некогда всего лишь младшего принца, а теперь любимого брата и дяди, законного короля трепещет от счастья того, что он не в мечтах, а в реальности обрёл самую настоящую семью.
Обрёл себя.
И вообще теперь всё на своих местах.
Конец