В поисках судьбы
Вот тебе и решение проблемы с демографическим взрывом. Жестко, радикально, возможно, не совсем гуманно, но… Нет, я не буду брать на себя право судить этот мир, пусть мне и кажется подобный метод диким и неправильным. К тому же этот способ, видимо, все-таки оказался действенным. Во всяком случае, даже мне заметно, что Москва выглядит несколько по-другому, в хорошем смысле этого слова. Чище воздух, больше зелени, ухоженные дворы даже в спальных районах. Да и технический прогресс с медициной здесь намного ушел вперед, если сравнивать хотя бы с моим миром. В общем, выходит, палка о двух концах…
Еще немного порассуждав над этичностью этого вопроса, я собралась было поискать информацию на какую-нибудь другую тему, как вдруг среди предложенных мне ранее статей глаз выхватил следующий заголовок: «К чему мы пришли: вся правда о контроле над репродукцией».
Заинтересовавшись, я прошла по ссылке. Начало статьи в виде справки перекликалось с информацией, представленной на предыдущем сайте, дальше же ее автор подвергал критике подобный способ контроля рождаемости и призывал власти России пересмотреть его, а то и вовсе отменить, поскольку «уже давно удалось «оседлать» темпы прироста населения Земли, а в последнее время даже наблюдается отрицательная тенденция». Далее следовало упоминание, что многие Европейские страны уже начали отходить от столь радикального метода, а, например, Швейцария, Бельгия и почти вся Скандинавия и вовсе перешла на «старое доброе» естественное воспроизводство. «Налицо старение нации в катастрофических размерах, – пишет далее автор. – Несмотря на совершенствование техники и внедрение в производство большого процента автоматизированных процессов, нехватка рабочей силы становится ощутима. Но это лишь малая проблема по сравнению с той, на которую наше государство пытается, возможно, и намеренно, закрыть глаза: увеличилась смертность среди женщин репродуктивного возраста, и уже сейчас наблюдается гендерный перекос в сторону мужского населения. А ведь всегда и во все времена женское население преобладало над мужским. Почему возникла подобная проблема? Возможно, ответ в том, что все последние десятилетия, пытаясь обуздать рождаемость, мы попросту травили и продолжаем травить женщин гормональными и прочими препаратами, которые ослабляют их здоровье и приводят к росту количества не вынашиваемых беременностей или, чего хуже, летальному исходу матери и ребенка? Возможно, поэтому Европа начинает отказываться от планового ЭКО? Может нам стоит тоже заняться этим вопросом вплотную и спасти наших женщин от вымирания? Ведь еще чуть-чуть и попросту некому будет в нашей стране рожать. Задумайтесь об этом, господа чиновники!»
От прочтения этой статьи мне стало как-то не по себе. С одной стороны, не стоит принимать близко к сердцу личное мнение какого-то журналиста, с другой же… Дыма без огня не бывает.
Я взяла свою сумку и нашла буклеты, которые дала мне Лена. Но в них, кроме информации, как готовиться к ЭКО и что может ожидать в первые месяцы после него, ничего не было. Разве что в конце одного из них, совсем мелким шрифтом были указаны возможные риски, которые может повлечь за собой данный способ оплодотворения, а среди них значился и летальный исход…
Чтобы окончательно развеять сомнения и усмирить зарождающийся страх, я нашла в телефоне номер Лены, и когда та подняла трубку, без всяких предисловий спросила:
– Каков риск того, что я умру после этого ЭКО?
– Катя, ты чего? – подозрительно заволновалась Лена. – Откуда такие мысли? У тебя все будет хорошо! Я же тебе запретила даже думать о таком! Посмотри на меня, я…
Но я не дала ей договорить, вновь задав тот же вопрос:
– Лена, каков процент вероятности летального исхода? Назови мне только цифру!
Вначале в трубке повисла пауза, затем прошелестел тихий вздох, а после раздался сдавленный голос Лены:
– Пятнадцать процентов…
Глава 14Пятнадцать процентов? У меня все похолодело внутри. Не десятые процента, и даже не один-два, а целых пятнадцать! А это ведь каждая шестая-седьмая женщина…
– Ты хочешь сказать, что каждая шестая женщина умирает? – воскликнула я. – А они, женщины, знают о таком риске?
– Догадываются…– уклончиво ответила Лена. – Видишь ли, нам запрещено разглашать конкретные цифры. Даже назвав их сейчас тебе, я совершила должностное преступление… Надеюсь, они останутся между нами.
– То есть, вы обманываете всех? – не унималась я. – Скрываете от женщин, насколько велик риск умереть?
– Катя…– Лена шумно вздохнула. – Неужели ты считаешь, что реальные цифры что-то изменят? Думаешь, женщины откажутся от единственной возможности иметь ребенка? Поверь мне, у подавляющего количества женщин материнский инстинкт намного сильнее инстинкта самосохранения. Поэтому, даже зная правду, откажутся единицы… Я вот, например, была в курсе, но все равно пошла на это и не жалею. Как и прочие женщины, работающие в Центрах либо Министерстве репродукции. Более того, скажу честно, на моей памяти не было ни одного отказа от ЭКО…
– А Илья? – мой голос дрогнул. – Он знает реальные цифры?
– Он спрашивал меня об этом сразу, – Лена вновь тяжело вздохнула, – как только узнал, что вы получили лицензию… Перед тем как сообщить тебе эту новость. Но я занизила цифры, сказала, что риск составляет пять процентов. Я знала, что, если скажу больше, его это напугает, и он сам откажется от лицензии, даже не рассказав о ней тебе. Просто сделает вид, что вы ничего не выиграли и все. Но я также знала, что Илья очень хочет ребенка. И ты ведь тоже хотела, помнишь?.. Поэтому я солгала ему. Я надеялась, что он не будет пытаться перепроверять мои слова через своих знакомых врачей, и не ошиблась. Брат всегда мне доверял.
– Тогда почему ты сказала правду мне? Ведь могла тоже соврать про пять процентов.
– Не знаю… Возможно, потому что ты тоже не чужой мне человек, и ты женщина. И раз так стал вопрос, то выбор делать тебе… А, ты, как я понимаю, уже сомневаешься в нем? – возможно мне почудилось, но в словах Лены я уловила укор.
Тем не менее, я действительно начала колебаться: слишком трудной казалась эта дилемма. И если бы дело касалось только меня, решение принять было бы проще, но на кону стояла жизнь здешней Кати, а значит, ответственность за ее судьбу снова легла на мои плечи.
– Ладно, – продолжила Лена, так и не дождавшись моего ответа. – У тебя есть время подумать до первого числа. Только имей в виду, что твоя яйцеклетка сегодня уже была успешно оплодотворена, то есть фактически процесс зачатия запущен, и зародыш начал формироваться… Теперь от тебя зависит, будет ли он дальше развиваться внутри тебя или отправиться в утиль…
– Зачем ты это мне говоришь, Лена? – мой голос внезапно осип, а на душе стало так горько, что захотелось забиться в угол и отгородиться от всех и вся. – Решила надавить на мои чувства?
– Прости за резкость, – произнесла золовка уже более мягко. – Я действительно не должна тебе говорить подобное… Просто я тоже очень переживаю за тебя и брата… Но, обещаю, что приму любой твой выбор и не буду переубеждать. Только прошу подумать очень хорошо, поскольку в случае отказа от ЭКО, вас навсегда исключат из реестра… Другого шанса просто не будет, понимаешь?