В поисках судьбы

– Не только слышала, но и видела, – упавшим голосом отозвалась я. – Та еще штучка… Ее Романова не очень любила, они постоянно конфликтовали…
– Так может это она…? – золовка многозначительно посмотрела на меня.
– Вполне возможно…– задумчиво протянула я. – Конфликт с Романовой налицо, о ее недуге Полина знала, при ее статусе и положении разузнать и найти нужное лекарство не проблема… Да и на празднике, перед тем как княгине стало плохо, с ней рядом околачивалась Полина… Шампанское вместе пили…
– И она могла добавить циклопроналин в бокал…
– А потом, когда я тоже оказалась рядом с ними, она исчезла, – подхватила я. – И приступ княгини начался при мне…
– А Романов, сын ее?
– Не думаю, что они с Полиной были в сговоре, – я покачала головой. – Но прикрывать ее он может…
– Ох, Катя, – тяжело вздохнула Лена, – но разве мы сможем это доказать?
– Попробуем. Позвони адвокату… Сейчас же.
– Ладно, – Лена подвинула к себе телефон, который как раз стоял рядом, и принялась набирать нужный номер. – Не берет трубку…– сказала она потом. – Странно, он говорил, что будет до вечера на месте…
– Может, вышел ненадолго? – предположила я.
Лена пожала плечами и принялась снова крутить диск. Но ни через пять минут, ни через пятнадцать связаться с адвокатом так и не удалось.
– Лена! – в сестринскую заглянула женщина, которая брала у меня кровь. – Я тебе звоню-звоню по внутреннему, а у тебя занято! Пришлось самой нести анализы!
– О, уже готовы! Спасибо! – золовка проворно забрала бланки с результатами и, выпроводив коллегу, вернулась ко мне. – Так, посмотрим… Здесь все в норме… Гемоглобин, как я предполагала, чуть понижен… Так, эти показатели тоже в норме… Так, а это что? – она сосредоточенно свела брови, вчитываясь в цифры.
– Что? – забеспокоилась я.
– Ничего, – неожиданно просияла Лена. – Поздравляю, невестка, ты беременна!
– Подожди, – я недоверчиво улыбнулась. – Но мы женаты с Ильей только две недели… И, хорошо, даже если бы это было так, разве можно определить это настолько быстро?
– По анализу крови можно. Смотри, это показатель ХГЧ, гормона, который начинает вырабатываться у женщины, как только происходит зачатие… У тебя он еще невысокий, а значит, беременность наступила от силы десять дней назад…
– Ошибки быть не может? – с замиранием сердца спросила я.
– Нет, – Лена с улыбкой покачала головой. – А, кстати, у тебя задержки пока не наблюдается?
Задержка? Я, по правде, вообще забыла за всеми своими перемещениями между мирами об обязательных женских циклах и уж тем более не знала, когда должен наступить следующий у здешней Кати. Поэтому ответила неопределенно:
– Я уже просто потеряла счет дням… Дома посмотрю в календарике.
– Ну, за такими заботами немудрено упустить это из виду, – понимающе усмехнулась Лена. – А в календарик можешь уже не смотреть, и так все ясно.
– Теперь я обязательно должна увидеть Илью, – уверенно проговорила, сжимая кулаки.
– Теперь тебе главное беречься и меньше волноваться…
 
Всю ночь я не могла уснуть, размышляя о своем новом положении. Понимая, что это тело принадлежит не мне, как и ребенок внутри него, я старательно пыталась обуздать рвущееся наружу счастье. И при этом испытывала легкую зависть по отношению к здешней Кате: теперь у них с Ильей будет полноценная семья!
Осталось только ему выйти на свободу.
А с рассветом наконец-то появилась идея, которую я так долго ждала. И пусть мне для ее осуществления придется растоптать собственную гордость, я не отступлю. Главное, чтобы это помогло спасти Илью.
Утро началось для меня со звонка Лене:
– Ну что, связалась с адвокатом?
– Нет, – голос золовки показался мне каким-то странным. – Пока нет…
– У тебя все в порядке? – осторожно уточнила я.
– Да-да, не волнуйся, – и снова этот глухой, напряженный голос. – Просто немного простыла…
– Лена, я тут кое-что придумала, – преисполненная решимостью относительно своей идеи, я не стала пока углубляться в анализ Лениных интонаций. – Насчет Ильи… Я схожу в одно место и…
– Нет, – неожиданно оборвала меня Лена. – Не надо никуда идти, пожалуйста… Ничего не надо. Уже.
– Лена, ты о чем?.. – не поняла я.
– Вечером к тебе приеду и объясню, – и вновь мне почудилось, что каждое слово дается золовке будто с трудом. – А пока сиди дома. Береги себя, – после чего она отключилась.
– Что за ерунда? – пробормотала я, слушая короткие гудки в трубке.
Что она имела в виду? Что значит, никуда не надо идти? Она ведь даже не знает, что я хочу!..
Нет, я все равно сделаю то, что решила и точка.
 
У ворот в коттеджный поселок меня встретил знакомый охранник. На просьбу пропустить меня к Романовым, он вначале скептический хмыкнул, а после стал куда-то названивать. Я не была уверена, что легко попаду в дом моих бывших работодателей, поэтому приготовилась к самому худшему. Однако по прошествии минут десяти, охранник сказал:
– Проходите…
Мне не нужно было повторять дважды, и уже совсем скоро я нажимала на звонок ворот дома Романовых. На этот раз внутрь пропустили сразу, и я почти бегом преодолела расстояние от забора до крыльца.
– Александр Борисович ждет вас в кабинете, – встретила меня в холле горничная.
Вот как? Саша ждет меня?
Я восприняла это как хороший знак и в секунду взлетела по лестнице вверх.
Сашу застала сидящим за столом с бокалом коньяка в руках, рядом же стояла уже наполовину опустошенная бутылка этого напитка. Выглядел он как-то неважно: лицо осунулось, волосы растрепаны, рубашка помята.
– Я знал, что ты придешь, – произнес Саша, растягивая слова, после чего опрокинул в себя содержимое бокала. – Ну, говори, что хотела…
Я для смелости сделала глубокий вдох и уже на выдохе быстро сказала:
– Я знаю, что Наталью Владимировну убила ваша невеста Полина.
Саша на это медленно повел плечами и, воззрившись на меня помутневшим взглядом, ответил:
– Ну и что?.. Я тоже это знаю.
В принципе, нечто подобное я от него и ждала, поэтому лишь с горькой усмешкой качнула головой и спросила:
– Что я вам сделала? Почему вы меня так ненавидите?.. За что вы оклеветали именно меня?
– Ты ошибаешься, мне на тебя плевать. Притом совершенно, – отозвался Саша, наполняя снова свой бокал. – И у меня не было мысли тебя оговаривать. Просто ты оказалась в ненужном месте, в ненужное время. Это была идея Полины, указать на тебя. А мне ничего не оставалось делать, как согласиться с ней. И я даже рад, что твой муженек решился выгородить тебя, приняв вину на себя…