В поисках судьбы
Я тут же распахнула глаза и приподнялась. Около меня, с недовольным видом скрестив руки на груди, действительно стояла мама, в синем шелковом халате до пят и волосами, собранными в специальную сеточку, чтобы не испортить прическу. Только вот незадача: «моя» мама отродясь не носила шелковых халатов, и уж тем более никогда в жизни не нацепила бы на голову подобную сетку.
Да и комната порядком отличалась от той, в которой я провела почти все свое детство и юность…
Я с непроизвольным стоном откинулась обратно на подушку. Ну что? Здравствуй, новый мир?
– Не поняла, ты собираешься вставать или нет? – снова заговорила «мама». – Хочешь опоздать в свой первый рабочий день?
Первый рабочий день… Интересно, какая профессия уготована мне в этом мире? Надеюсь, здешняя Катя не выбрала для себя экстраординарный способ зарабатывания денег, и мне удастся с этим справиться.
– Встаю, – пробормотала я, откидывая одеяло в сторону.
– Давай быстрее. Одевайся и приходи завтракать, – «мама» направилась к двери. – Папа тебя отвезет…
Ну хоть что-то хорошее. Не придется самой искать место «работы».
Когда мама скрылась за дверями, я уже проворней выбралась из постели и принялась оглядывать комнату. Первым, что бросилось в глаза, была мебель: она показалась мне какой-то старомодной, словно ее не меняли лет тридцать, а то и больше, но при этом не выглядела потрепанной или выцветшей. И уж точно в моей спальне ничего подобного никогда не стояло.
Тем не менее, некоторые мелочи все же говорили о том, что эта обитель вполне могла принадлежать мне. Во-первых, цветовая гамма. Она была как раз такой, как нравилось мне – сочетание нескольких оттенков голубого и бежевого. Во-вторых, картина, написанная акварелью, с моим любимым «морским» пейзажем. В-третьих, подоконник, сплошь заставленный горшочками с фиалками. В остальном же, все вокруг было чужим и непривычным.
Да, и во всей этой обстановке явно чего-то не хватало…
Я еще раз прошлась по комнате, пытаясь понять, что это может быть, однако ответ так и не пришел. Тогда я заглянула в шкаф и с удивлением принялась изучать его содержимое. Нет, в этот раз я не нашла в нем своей привычной одежды, как это было в прошлом мире. Наоборот, одежда, висевшая здесь, поразила меня своей старомодностью еще больше, чем мебель. Это были сплошные блузки, жакеты, удлиненные юбки и платья… И ни одних брюк. Зато верхнюю полку заполняли шляпки разных цветов и фасонов.
Отдел с бельем тоже не порадовал: все чересчур закрытое, скромных расцветок, почти без украшений. Да и что говорить, хлопковая сорочка, в которой я здесь проснулась, тоже не отличалась эротичностью и оригинальностью кроя.
«То ли я здесь какая-то скромница, то ли мода в этом мире такая», – сделала неутешительный вывод после ревизии гардероба.
Настроение, которое и так было далеко от беззаботного и счастливого, упало еще на несколько пунктов. Но правила «игры», в которую меня втянул Карл Генрихович, никто не отменял, поэтому придется приспосабливаться к здешним условиям.
И для начала следует принять душ.
Ванная комната, к счастью, оказалась на том же месте, где и в моей реальной квартире. А очутившись внутри, я впервые за утро не испытала никакого разочарования. Ванная как ванная: зелененькая плитка, обыкновенная, без высокотехнологичных изысков сантехника, пластиковые полочки, шампуни-кремы в ярких упаковках… Туалет по соседству тоже имелся.
Вернувшись к себе, с трудом выбрала наряд для предстоящего «первого рабочего дня». Оставалось надеяться, что серая прямая юбка и голубая блузка из батиста окажутся к месту, и я не буду в них выглядеть белой вороной. Единственным приятным дополнением к образу стали туфли – очень удобные и красивые лодочки из серой замши на каблучке-рюмочки.
Косметичка нашлась на прикроватной тумбочке, а ее содержимое показалось мне вполне приемлемым: пудра, набор светлых теней, тушь, румяна, несколько помад натурального оттенка.
За неимением настенного зеркала я вооружилась карманным и подошла к окну, где было лучше освещение. Пока наносила макияж, краем глаза изучала уличный пейзаж. При первом взгляде он был очень схож с тем, что я ежедневно могла наблюдать из окна в своем мире. Вроде те же старенькие пятиэтажки, каштаны вдоль проезжей части и даже продуктовый магазин в доме напротив. Правда, вместо вывески популярной сети супермаркетов, на нем значилось просто «Гастроном». Притом на дореволюционный манер в конце стоял «ъ», то есть получалось «гастрономЪ». Кто знает, может, это местный продуктовый «бренд»?.. Рядом, на том же доме, как и в моем мире, висел рекламный щит, с одним отличием: у нас на нем был изображен новая модель айфона известной марки, здесь же улыбающаяся женщина, явно домохозяйка, предлагала попробовать какой-то маргарин.
Айфон… Воспоминание о рекламе в моем мире наконец-то натолкнуло на мысль, чего так не хватает в окружающей обстановке. Техники. В моей комнате всегда находился ноутбук, а на ночь на тумбочку я обязательно клала телефон, где был запрограммирован будильник, здесь же не было видно и намека на последние достижения цивилизации. Я на всякий случай заглянула в сумочку, которая висела на стуле, но ничего подобного на телефон или планшет не нашла. Возможно, это случайность, и все эти привычные предметы ждут меня где-нибудь в другом месте квартиры, только… Только проклятая интуиция подсказывала, что этого не произойдет.
Нет, мне определенно не нравился этот мир… В нем уже нашлось столько отличий от моего родного, что впору было начать паниковать.
Однако и в этом я ошиблась: все смущающие до сих пор вещи оказались лишь «цветочками», а вот пресловутые «ягодки» ожидали меня чуть погодя…
– Ох, как же я волнуюсь, – приложив руку к сердцу, принялась вздыхать мама, стоило мне появиться на кухне.
Передо мной тут же поставили тарелку с тонкими сладкими блинчиками. Точно такие же частенько готовила и моя «настоящая» мама, поэтому я обрадовалась им как ребенок и даже на время забыла все тревоги. К тому же по пути в кухню я заметила в прихожей стационарный телефон, а в гостиной – телевизор. И пусть они оба опять же выглядели так, словно сделаны в 90-х, а то и раньше, сам факт их присутствия меня немного приободрил и вселил робкую надежду, что здесь не все так печально.
– Чувствую, что это не просто так, – продолжала с придыханием мама, садясь напротив меня. – А что если это судьба, Кать?
Разумеется, я совершенно не понимала, о чем она, но слова насчет судьбы меня насторожили.
– Что ты имеешь в виду? – уточнила осторожно.
– Твою работу, естественно! – с некоторым возмущением откликнулась мама. – Это ведь семья самих Романовых! Родного брата императора!
Хорошо, что к этому мгновению я успела прожевать очередную порцию блинчика, иначе точно бы подавилась.
Постойте. У меня что-то со слухом, или она действительно упомянула императора?.. Императора? Романова??? Серьезно? Куда, черт возьми, я попала? В прошлое, что ли?