Наследие Маозари (СИ)
Всё это время, я старался разнообразить своё питание. Пробовал жевать листики разных трав, выкапывал разные корешки, ловил местных раков, которые были почти неотличимы от Земных. Слепил и зачаровал себе котёл, из песка и глины, в котором варил супы, и тех же раков. Потому что не солёная рыба, уже стояла у меня поперёк горла. Так же наделал разной посуды, кувшин под воду, чашки, кружки.
Чувствовал, как выросли мои магические способности за время стройки. Если я по началу, особым образом напрягал руки, чтобы рыхлить или укреплять грунт, при этом быстро выдыхаясь, то после такой мощной практики, мои способности перешли на новый уровень. Теперь я мог контролировать силу магического воздействия, укреплять и рыхлить не больше чем мне нужно, таким образом меньше растрачивая силы. А так же возросла сила воздействия, кружка, которую я долго укреплял, не разбивалась, брошенная со всей силы об камень, откалывались лишь небольшие кусочки. На Земле из глины и песка, по моему мнению, достичь такой прочности изделия невозможно. Так же возросла способность рыхления грунта там, где была твёрдая утоптанная земля, я мог засунуть ладони в грунт, и пройти так пару метров, оставляя за собой канаву, а через минуту повторить, в общем теперь могу подрабатывать пахарем, сам себе и плуг, и трактор. А ещё у меня появилась чувствительность к земле и магическим манипуляциям с ней, эту способность я обнаружил когда укреплял стены жилища, и искал места которые пропустил укреплением, а дальше только развивал. Теперь при прикосновении к земле и изделию из камня и глины, я могу определить какие манипуляции проводились, было ли укрепление, и на сколько сильно. С новыми способностями я более-менее стал походить на мага, но вот только ремесленника. По аналогии с магом воды который выпускал сосульку, из рассказа Феда, я думал выпускать камни, но мои потуги не к чему не привели, как я не старался, да и проще взять голыш, и запульнуть во врага, больше толку будет, без всякой магии, поэтому боевое использование своих способностей, я оставил. А вот то, что я почувствовал желание жрача, я повторить не смог, странно, но за это время не одной твари мне так и не попалось. Я так понял, что эта способность передалась мне вместе с элитом, иначе как маг земли чувствует желание тварей, и только ли желания и намерения тварей, я могу ощущать. А ещё мне кажется, я немного повысил силу, и теперь боюсь, как это скажется на моём магическом развитии. С этим и многим другим, мне ещё предстоит разобраться. С погодой что-то не понятно, я думал, что попал сюда летом, потому что были ягоды и многие другие растения, которые так выглядят на Земле, ближе к осени, но нет, прошло 4 месяца, какие-то растения отцвели и пожухли, а какие-то сейчас расцветают, в общем ничего не понятно, и спросить не у кого.
Я в этом мире уже 4 месяца, и почти всё это время провел на острове. Боясь совсем одичать, да и соли надо купить, я начал собираться на тракт. Надеюсь способность ощущать намерения тварей, мне поможет не попасться им на глаза, на всякий случай взял с собой секиру, привязал к ней верёвку и повесил за спину. С собой взял корзину с копчёной рыбой, и теми ягодами про которые рассказывал Фед. Ягоды положил в небольшой котелок, зачарованный мной. И по утру, выдвинулся в путь.
Глава 6
Лика.
В этот день, моя жизнь резко изменилась. Я, как обычно, отправилась ранним утром на рынок за травами и ингредиентами, а по возвращению в дом, застала суматоху.
— Олли, что случилось? — спросила я у экономки.
— Старик помер.
— Как помер, он же ещё вчера был в порядке?
— В каком порядке? Ему больше трехсот лет. Он уже давно из ума выжил! То одеться забудет, и ходит по дому голышом, тряся своими дряхлыми мудями. А на той недели кучу посреди прихожей навалил, — зло ответила женщина.
— Но, но, со здоровьем у него же всё в порядке было? — почувствовала я, как из глаз выступили слёзы.
— Ну-ну, деточка, не плачь. Я знаю, что он обещал тебе свободу на шестнадцатилетие, — обнимая меня проговорила женщина.
— Что же теперь с нами будет?
— Уже отправили письмо его племяннику, в графство, он у старика был единственным родственником. Я дождусь его, чтобы передать дела. А вот он уже будет решать вашу судьбу, не переживай, всё будет хорошо. Жаль конечно, тебе до дня рожденья оставалось всего неделя. Не мог этот старый хрен, ещё чуть-чуть протянуть. Но обещаю, что я поговорю с новым хозяином, и объясню ситуацию.
Не вышло, племянник приехал через три дня, и первым делом выгнал экономку, не заплатив ей. Так же разогнал всю охрану, вызвал риелтора, чтобы продать дом. А потом собрал всех рабов, и объявил: "Я в этой дыре оставаться не собираюсь, дом продаю, и вас тоже. Думал оставить нескольких рабынь для развлечения, но как представлю вас под стариком, аж блевать тянет. Поэтому одеваем что-нибудь более-менее приличное, но не дорогое, и собираемся в прихожей. И по живее!".
И вот я иду опять на рабский рынок, помню, как десять лет назад меня туда привела мать: "Доченька, понимаешь, у меня сейчас совсем тяжело с работой, денег совсем нет, не за что купить покушать. Ладно я сгину, но хоть тебя получится пристроить. Я не буду тебя продавать нехорошим людям, постараемся найти тебе хорошего хозяина". Хорошим хозяином оказался старый магистр алхимии: "Сколько за девочку с рогами?". Купил он меня помнится за десять серебряных, отчаянно торгуясь, а нужна я ему была для проверки некоторых зелий, как подопытная. Несколько раз еле смогла выжить, часто рвало и болел живот. Но спустя несколько месяцев, старик заявил: "А ты живучая, иди возьми вот эти ступу и пест, и растолки вот эту травку. Да не так, дура!". Вскоре я стала помощницей старого алхимика, а он заменил мне семью. Позже я выполняла всю работу с ингредиентами, от закупки до приготовления, он же только в нужный момент запитывал зелье своей магией. Он стал относиться ко мне, как к дочери, и даже разрешил тренироваться с охраной бою на мечах, когда я попросила, почти не бил и меньше обзывал. И пообещал, что в шестнадцать выпишет мне вольную, и я буду работать с ним, как наемный рабочий.
Когда мы подходили к рабскому рынку, я заметила, что на нас обратил внимание толстый мужчина, и что-то сказал на ухо светителю частоты, тот обернулся, взглянул на меня, и кивнув толстяку, направился к нам.
— Люди, да что же это деется? — начал он вещать на всю улицу.
— Как долго мы должны терпеть грязных тварях на своих улицах? — указал он пальцем на меня.
— Как можно, так наплевательски относится к заветам Чистого? — перевёл он взгляд на моего хозяина.
— Так ты, ещё и спишь с этим отродьем тьмы? — перешёл он в наступление.
— Э-э-э, нет, я с грязными не сплю, и ничего такого, — начал оправдываться удивлённый племяш.
— А зачем ты с ней, чуть-ли не за ручку, ходишь по улицам нашего города, смущая умы людей, как будто так и надо? Может следующий раз со стригом будешь прогуливаться по нашим улицам? — не снижая голоса распалялся служитель Чистого.
— Да нет же, я её на рабский рынок веду, чтоб избавиться.
— А-а-а, хочешь грехи свои другому продать, да ещё и за деньги, — чуть-ли не заорал служитель.
— Да я, да я, да нет, я….
— Позвольте вмешаться, я мог бы вам помочь. Меня зовут Керт, я занимаюсь торговлей, и как раз так получилось, что меня попросили увезти изгнанных подальше в лес, чтобы не шатались под стенами города. За свою небольшую услугу, возьму с вас всего один серебряный, — влез в разговор толстяк.
— Ещё и с меня серебряный? — вытаращился на них племяш, похоже он понял, что это развод, но с Орденом Чистоты связываться не захотел.
— Хорошо, давайте мне серебряный и забирайте рогатую девку, — протянул ладонь, похоже уже, бывший хозяин.
Уже вечером, мы на телеги въезжали в ворота деревни Поебушки. Нас встречал староста со свитой:
— Ну и кого, Керт, ты мне привёз? На кой они мне, своих кормить нечем? Мужиков ещё возьму, со скидкой, а девку вези обратно.