Бессердечный принц

Сойер скептически посмотрела на меня.
– Тогда понятно, почему ты сегодня встречаешься с Томми.
Да.
– Нет. Томми мой… ну, друг. Как бы. Мы все еще не торопимся.
– Вы как-то очень не торопитесь, я бы даже сказала, замедлились. Уже две недели целых не виделись, хотя раньше каждый день проводили время вместе, – отметила Сойер.
– Я занималась учебой, – защищалась я, несмотря на то что знала правду.
На самом деле я ждала, когда Джейс возьмется за ум. Но, похоже, этому не бывать… так что пришло время двигаться дальше.
Сойер и миссис Дикинсон обменялись взглядами. Я ткнула в них пальцем.
– Прекратите. Я не использую Томми, чтобы отомстить Джейсу. У меня действительно есть к нему чувства.
Просто они не могут сравниться с теми чувствами, которые я испытываю к Джейсу.
Миссис Дикинсон цокнула.
– Старую собаку нельзя научить новым трюкам.
– Томми не собака. – Открыв стеклянный шкафчик, я отрезала кусок бананового хлеба, который заказала Сойер. – Ты уверена, что не критикуешь меня, поскольку сама хочешь его?
Я пожалела о своих словах в тот же момент, как увидела обиженное выражение лица Сойер.
– Нет. Я же говорила тебе, что это не так…
– Знаю. – Я положила хлеб в кондитерский пакет. – Прости, ладно? Я просто… Наверное, часть меня понимает, что неправильно водить Томми за нос, однако я делаю это не для того, чтобы показаться стервой. Мне действительно хочется, чтобы у нас все сложилось. Я уже устала торчать на этой сломанной карусели Джейса. На этот раз я правда хочу понять, каково это, когда кто-то относится ко мне как к бриллианту и делает для меня столько же, сколько я делаю в ответ, понимаешь?
Сойер погрустнела.
– Да, я понимаю. – Встав на цыпочки, она чмокнула меня в щеку. – Сегодня вечером я буду на репетиции хора, но напишу тебе, когда выйду. Расскажешь мне все о своем романтическом свидании.
– Да не такое уж оно и романтическое, – сообщила я ей. – Мы просто возьмем немного мороженого и пойдем на причал, чтобы поговорить.
– Звучит довольно романтично, – сказала она с нахальной улыбкой, собираясь уйти.
Я подняла пакет.
– Не забудь свой банановый хлеб.
Я попыталась отдать его ей, но миссис Дикинсон вдруг выхватила пакет.
– Банановый хлеб ей не нравится. – Она бросила на меня свирепый взгляд. – У нас закончились эклеры?
О боже.
– Нет, но Сойер не просила эклеры.
Начальница цокнула.
– Клиенты редко делают правильный выбор. А ты не должна давать им то, что, по их мнению, они хотят. Ты должна давать им то, чего они действительно хотят.
Ну, вот опять. И потом она еще спрашивает, почему продажи падают каждый раз, когда она работает за прилавком.
Сойер выхватила у нее пакет.
– Я действительно хочу банановый хлеб.
– Ты не из тех девушек, кто любит банановый хлеб, – запротестовала моя начальница. – Ты, моя дорогая, за эклеры. Сладкие, уникальные и пыш…
– Может быть, я больше не ем эклеры, – прорычала Сойер, а после вылетела из пекарни.
– Люди меняются, миссис Дикинсон. Иногда то, что ты раньше любил, перестает тебе нравиться.
Она поставила поднос с кексами в духовку.
– Чепуха. Меняйся не меняйся, но руки как были одной длины, так и остаются.
– Я думаю, «Рыцари» выйдут в плей-офф в этом году, – сообщил мне Томми.
– Это… – Я сделала паузу, не зная, что сказать, так как «Рыцари» технически являлись командой-соперником для него. – …отстой?
Он засмеялся.
– Да, отстой. Но я практически уверен, что мы тоже попадем в плей-офф. – Томми посмотрел мне в глаза. – Если, или, вернее, когда это произойдет, ты придешь на игру?
– Да. – Я зачерпнула ложкой немного мороженого. – С удовольствием.
Хотя скорее, наверное, с терпимостью, ведь я не особенно люблю футбол, но в любом случае пойду.
Его губы растянулись в улыбке.
– Я скучал по тебе. Рад, что ты написала.
Я поставила свою банку с мороженым на приборную панель его машины. Мы добирались сюда больше часа, однако ночной вид на пристань того стоил.
– Я тоже по тебе скучала.
Примерно так же, как я скучаю по хорошей паре уютных носков.
Но по Джейсу я скучала абсолютно по-другому.
Томми барабанил пальцами по рулю.
– Слушай, я должен тебя кое о чем спросить. Ты можешь, конечно, сказать, что это не мое дело, но я очень надеюсь, что ты ответишь мне правду.
Я села на руки, чтобы перестать ерзать.
– Что ты хочешь знать?
– Пара парней из школы Роял-Мэнор были на вечеринке Кристиана две недели назад. – Его глаза встретились с моими. – Ну помнишь, та самая, на которой ты была, когда порвала со мной.
Я не совсем понимала, к чему он клонит.
– Да, помню.
Его ноздри раздулись.
– Так вот, мой приятель сказал, что ты ушла с вечеринки с Джейсом после того, как его стошнило на Бритни.
– Окей. – Я освободила одну руку и начала грызть ноготь большого пальца. – Похоже, твой друг рассказал тебе все в подробностях. Так что тогда ты хочешь узнать?
Его глаза засверкали.
– Ты трахалась с ним?
Ух ты, вот это точно не его дело.
У меня пропал дар речи. Я понятия не имела, что ему ответить, поскольку, в общем-то, была не обязана ему ничего объяснять.
– Трахалась. – Он напряг мышцы челюсти. – Ты можешь ничего не говорить, у тебя на лбу все написано.
Если это так, то ему серьезно нужно поработать над пониманием прочитанного.
– Я не трахалась с ним.
Он бросил на меня взгляд, значение которого я не могла распознать.
– Отсосала ему?
– Прошу прощения?
Томми выдохнул.
– Слушай, я не хочу показаться уродом. Просто не хочу быть частью этой групповушки с Джейсом Ковингтоном.
Мои щеки загорелись. А я-то думала, Томми хороший парень.
– Я не собираюсь быть частью групповушки, придурок.
Его лицо расслабилось, будто до него только что дошла та идиотская фраза, которую он сказал.
– Черт. Я не то хотел сказать.
Он попытался погладить меня по щеке, но я отвернулась.