Право на невесту

– Ну-ну, – иронично тянет он, вскидывая брови. – Беспомощная обнаженная девушка лежит на полу в душевой и не в состоянии подняться, а ты предлагаешь мне слинять?
– Ничего я тебе не предлагаю! – огрызаюсь я.
– Так давай я тебе предложу… – он запинается, что совершенно ему не свойственно. – Свою помощь.
С решимостью продемонстрировать Зимину свою состоятельность (или глупость), превозмогаю боль и делаю демонстративную попытку подняться. И тут же жгучий спазм простреливает ногу от бедра до кончиков пальцев, и я, громко вскрикивая, снова оседаю на мокрый пол.
Марк пространно ругается сквозь зубы, но у меня в этот момент стоит такой звон в ушах, что расслышать мне удается лишь слово «Упрямая».
Зажмуриваюсь, чтобы не дать слезам боли и унижения брызнуть из глаз, и тут же ощущаю, как горячие мужские руки заключают меня в крепкие объятия и, подхватив под ягодицы, выдергивают из душевой и несут вон из ванной в направлении кровати.
Отчаянно поправляю пальцами полотенце, которое на честном слове держится на моем теле. Тяжело дышу – от боли, конечно, а не от того, что концентрированный аромат Марка бьет по рецепторам вкуса и обоняния, вызывая легкое головокружение.
Черт возьми, только я могла оказаться в подобной ситуации!
– Больно бедро, – хнычу я, когда Марк бережно опускает меня на смятую после ночи постель.
– Потерпи, я взгляну, – в его голосе ни единой нотки раздражения или насмешки, только нежность и забота.
– Зимин, ты решил сыграть в доктора? – всхлипываю я, все еще умудряясь шутить. – Сними маску, тебе не идет. А если серьезно, вызови настоящего.
– К твоему сведению, я проходил специальные курсы по оказанию первой помощи, – нравоучительно цедит мужчина, не оценив моего юмора. – Без этого никого не пускают на гоночную трассу.
Сосредоточенно нахмурив брови, Зимин протягивает руку и задирает полотенце, обнажая пострадавшее бедро.
Я вспыхиваю – от смущения и пронзившего тело горячего возбуждения. Да и Марк, как бы ни старался делать вид, что его не волнует вид моего почти полностью обнаженного тела, пробегается внимательным взглядом по ногам и бедрам.
– Где болит? – спрашивает Марк севшим голосом.
– Тут, – я тычу пальцем в правое бедро, плавно переходящее в ягодицу, и вздыхаю: – Синяк, наверное, будет огромный, а у меня через пару дней съемка запланирована на пляже…
– Ты себе чуть шею не свернула, а думаешь о таких глупостях! – резко осуждает меня Зимин, и вдруг касается кончиками пальцев выпирающей косточки на моем бедре.
– Ай! – вскрикиваю я.
– Тебе надо одеться, – командует Марк.
– Да, конечно, – иронизирую я. – Вот сейчас спрыгну с постели и побегу.
Марк стискивает челюсти так, что на скулах выступают желваки.
– Зайди в гардеробную и достань в среднем ящике футболку и шорты белого цвета с широкой резинкой, – прошу я внезапно севшим голосом.
Он шумно выдыхает и двигается в сторону гардеробной. Не в его правилах подчиняться женским приказам и уж тем более, моим. Я ведь не женщина, а так… Младшая сестра лучшего друга.
Через мгновение раздается звук выдвигаемых ящиков, недовольное бормотание и нечто похожее на животный рык.
– Марк, ты заблудился в двадцати квадратах? – кричу я, ощущая неуместный приступ веселости. – Или никак не можешь выбрать белье?
– У тебя тут не гардеробная, а магазин! – отзывается он раздраженно. – Ничего найти невозможно. Платье какое?
– Что? – удивленно переспрашиваю я, не понимая, что он имеет в виду. – Причем тут платье?
– Ты в нижнем белье собираешься ехать в клинику? – раздраженно бросает Зимин.
– В какую клинику, Марк? Я никуда не поеду. Это просто ушиб. У мамы есть отличная мазь для таких случаев, – я осторожно касаюсь поврежденного бедра. Больно. – По поводу доктора я сказала просто так…
– Снимок надо сделать, – говорит он безапелляционно, появляясь из гардеробной с ворохом одежды. – Если собираешься протестовать – лучше помолчи, побереги свои и мои нервы.
Целый рой мыслей врывается в мою голову, сметая все на своем пути. Марк снова разговаривает со мной как с маленькой девочкой, напрочь забывая, что я уже не ребенок. Но если откровенно, то в его присутствии я именно так и начинаю себя чувствовать. Хочется перечить каждому его слову, хочется сопротивляться, но вместе с тем хочется чувствовать его рядом. Как этой ночью…
 
Я еще никогда не ощущала ничего подобного. Зимин еще никогда не смотрел на меня так, как вчера. С чувственной оценкой. С трепетом. С желанием. В какой-то момент мне показалось, что все это время он сдерживал себя, свои чувства и эмоции в отношении меня из-за брата. Черт возьми! Мне нельзя об этом думать, иначе я рискую провалиться в мир иллюзий и утонуть в своих же мечтах.
– Извини, – вдруг хрипло произносит Марк, протягивая мне нижнее белье и легкое платье. – Давай прокатимся к врачу, сделаем снимок. Надо убедиться, что все в порядке, и ты ничего серьезно не повредила.
Несколько секунд мы молча смотрим друг на друга. В его взгляде отражается беспокойство, но вместе с тем я замечаю что-то еще. Интерес или…
– Хорошо, – соглашаюсь я, чем вызываю на его лице улыбку.
– Вот и замечательно, – хлопает в ладоши мужчина. – Одевайся, а я подожду тебя за дверью. Позови, как будешь готова.
– Спасибо, – киваю я, робко улыбаясь Зимину.
Смотрю вслед удаляющейся фигуре Марка и думаю о том, есть ли шанс, что Марк когда-нибудь увидит во мне женщину.
 
Глава 4
 
Кое как справившись с одеждой, я зову Марка. Он явно караулил под дверью – сразу же появляется на пороге спальни и, бросив на меня оценивающий взгляд, подходит ближе. Молча обхватывает руками мою талию и, чуть сжав, поднимает меня на ноги.
– Наступить можешь? – спрашивает Зимин, пытливо вглядываясь мне в глаза.
Вместо ответа я осторожно опускаю ногу на пятку и тут же вскрикиваю от боли, пронзающей бедро. На глазах выступают слезы, и я даже закусываю губу, чтобы позорно не заплакать. Это ж надо было так неудачно упасть! И перед Марком выставила себя неуклюжей дурочкой, и работу явно придется отложить на неопределенный период. Потому что ходить самостоятельно я точно не смогу какое-то время, а когда смогу – мой агент Сильвио меня просто убьет.
– Обхвати мою шею руками, – командует Марк.
– Что? – растерянно повторяю я.
– Что слышала! – рычит он, но сквозь его ярость явно сквозит беспокойство.
Он волнуется из-за меня! Впрочем, что же тут удивительного? Стас велел присматривать, а я под его носом себе ногу сломала. Хорошо, хоть не голову.
Послушно кладу ладони на крепкую мужскую шею и осторожно прижимаюсь всем телом к стальной груди, а уже через мгновение оказываюсь на руках Марка. От неожиданности я тихо ахаю, но быстро прихожу в себя и позволяю себе расслабиться. В объятиях мужчины моей мечты мне так тепло, так уютно, так комфортно. Будто бы находится в его руках – самая естественная для меня вещь. Я чувствую себя защищенной и, несмотря на травму и садняющую боль в ноге, необъяснимо счастливой.
Зимин со мной на руках выходит из спальни и медленно спускается на первый этаж.
– Ари, я сейчас поставлю тебя на землю, открою дверь машины. Держись за меня, хорошо? – он осторожно ставит меня на ногу, продолжая поддерживать за талию.
– Непривычно тебе тратить столько времени на женщину, да, Зимин? Обычно тебе хватает часов, – усмехаюсь, – двух или трех? Да и плоскость для тебя не самая привычная…
Не знаю, что за стерва во мне говорит, но упустить шанс уколоть Марка я оказываюсь не в состоянии. По правде говоря, слова срываются с губ раньше, чем я успеваю их как следует обдумать. По потемневшим зеленым глазам и тяжелому вздоху, понимаю, что я сваляла дурака. Марк ведь действительно переживает и делает все, чтобы мне помочь, а я веду себя как глупый ребенок. И как после такого поведения убеждать его в том, что я выросла?
– Ариана! – рявкает Зимин. – Давай в машину.