Спаси мою дочь, бывшая!

Мы с Дымкой едем в больницу. Почему-то в молчании. Раньше мы говорили без умолку, но теперь многое изменилось. Я чувствую себя виновным в том, что все стало совсем иным. Теперь у меня есть дочь, и Таня станет женой мужчины, как это там модно говорить? С прицепом?
Негромко посмеиваюсь своим мыслям, потому что уж слишком забегаю вперед, и Дымка не планирует пока становиться моей женой. Если это и случится когда-то, то не уверен, что скоро.
— Анна больше не звонила мне… Как ты думаешь, Саид уже мог найти ее? — прерывает молчание Дымка.
Меня немного раздражает то, что она начинает говорить о своей сестре, а не о чем-то другом, но я сдерживаю эмоции, ведь я тоже думал о прошлом и об этой дряни.
— Я не знаю. Тебя так сильно беспокоит это? Если с твоей сестрой что-то случится, не отразится ли это на твоем состоянии?
Дымка поджимает губы. Молчит. Неужели, это может повлиять на нее? Мне становится больно от мысли, что она снова потеряет ребенка, если увидит в новостях заголовки о девушке, которую жестоко растерзали, а в том, что Саид будет жесток, я даже не сомневался. Я знать не знал этого мужчину, но в данном случае поддерживал. Анна лишила его ребенка шанса на жизнь, и он будет мстить ей.
— Если все так, то я могу побеспокоиться о ее безопасности, но ты сама понимаешь, что это будет много стоить, ведь непросто переступить через все, что она сделала нам.
— Она лишила того мужчину ребенка… Я не имею права вмешиваться в их разборки. Когда Анна делала это, она не думала головой, поэтому я не знаю. Мне жаль ее, но я не хочу вмешиваться и как-то спасать ее. Спасение утопающего дело рук самого утопающего.
Я понимаю, что Дымка пытается утешить себя, но в глубине души она остается все той же девочкой, которая готова была в омут с головой броситься, чтобы помочь своей сестре. Она и мне помогла, несмотря на то, что ненавидела всем сердцем и винила в потере ребенка. Сердце ударяется где-то в районе горла, и я думаю, но ни одна дельная мысль не приходит в голову.
Мы подъезжаем, и я веду Дымку в медицинский центр, опасливо озираясь по сторонам. Следует усилить охрану, потому что творящееся в голове Саида никто не знает. Вдруг он решит выйти на меня, как на «мужа» Анны. Или найдет Дымку? От последней мысли мне становится ужасно страшно. Я не могу потерять любимую женщину и нашего малыша. Пока Дымка сдает все необходимые анализы, я звоню своему СБ-шнику и прошу усилить охрану.
— Мы не знаем, с чем имеем дело, поэтому я хочу, чтобы ребята были начеку. Важно следить за всем: за домом, за машинами, чтобы никто не подобрался и близко.
— Будет сделано, шеф! — соглашается мужчина.
Вот только меня почему-то не покидает дурное предчувствие. Мне кажется, что Саид слишком близко, словно он тенью держится за моей спиной и угрожающе нависает, предупреждая, что месть его будет жестока.
Сжимаю руки в кулаки и звоню Игорю. У меня давно не было столь сильного плохого предчувствия, которое сводит с ума сейчас.
— Не известно ничего о тех, кто совершил расправу?
— Не-а! — парень что-то жует, и меня немного раздражает это. — Ну как сказать… В общем, по камерам я смог найти троих. Темная тонированная машина без номеров, конечно же. Мерс. Отследить я его никак не смогу. Да и лица этих троих, которые повязали нашего недоделанного похитителя, не разглядеть, потому что темно было, а они в масках. В общем, зацепок никаких. Единственное, что я смог увидеть с камеры своего дрона — лицо мужика в костюме, вышедшего из гелика со стволом в руках. Немного размыто, но я сейчас скину вам на телефон, посмотрите.
— Спасибо, Игорь!
Отключаю телефон и перевожу кругленькую сумму на счет парня, отблагодарив его за помощь, а когда он присылает фотографию, то я долгое время залипаю на ней взглядом, уверенный в том, что где-то видел этого мужчину совсем недавно.
Где?
Возможно, это включилась моя паранойя, или…
Дымка!
Подскакиваю на ноги и мчусь в кабинет, куда ее увели, уверенный в том, что этот мужчина, одетый в белый халат, проходил мимо меня с какой-то презрительной усмешкой на губах.
Я залетаю в кабинет, куда должны были отвести Дымку, но ее там нет. Открываю двери практически в каждый, поднимая на ноги персонал, но ее нет нигде. Следовало заходить везде вместе с ней. Бегу к стойке администратора и поднимаю шум. Как человек мог пропасть из охраняемого учреждения, где всюду натыканы камеры? Куда они дели ее, и где мне теперь искать? Все конечности сводит судорогой от мыслей, что будет дальше, и как поступит этот псих, если считает, что Таня и Анна одно лицо? Меня тошнит, и я едва соображаю, что происходит от сильнейшего выброса адреналина в кровь.
Охрана пытается успокоить меня, и я понимаю, что я разбуянился, но я готов каждого из них припечатать к стене, прибить к чертовой матери.
— Где моя жена? — рычу я, хватая за грудки врача, ведущего беременность Дымки.
Он лишь разводит плечами, бормочет что-то нечленораздельное себе под нос, говорит, что совсем ничего не понимает, и они во всем разберутся. Вот только я прекрасно знаю, что даже секунда промедления может негативно отразиться на состоянии Дымки.
Голова начинает гудеть — чертово сотрясение так не вовремя напоминает о себе, а еще и панические атаки. Кажется, их у меня лет восемь точно не было, и вот снова. Ни с чем не спутаю это проклятое ощущение, потому что начинаю задыхаться. Мне становится ужасно плохо, но я борюсь с этим состоянием, потому что не могу расслабиться ради Дымки.
Пока охрана медицинского центра проверяет камеры, я звоню Игорю. Если кто-то и сможет помочь мне, то только он. Пусть взламывает все городские камеры, если потребуется, но найдет мне тачку Саида. Мне важно успеть вовремя, а последствия этого вмешательства буду разгребать потом.
— К сожалению, мы ничего не понимаем. Кто-то заглушил работу всех камер, и они ничего не записывали! — блеет, как овца, администратор.
— Плевать я хотел на ваши ошибки! Если с моей женой что-то случится, я убью всех вас, каждого по отдельности! — кричу я.
Врач вызывает полицию, рассчитывая, что они помогут, но я точно знаю, что они не найдут его. Саида не так-то просто обнаружить. Он хитер, как змея и слишком осторожен. Наверняка он привык делать все тихо, сразу же заметая за собой следы.
Сажусь в машину и снова набираю номер Игоря. Знаю, что он не волшебник, но мне важно хотя бы знать, что он ищет, пытается отыскать мою Дымку.
— Игорь, ну что там?
— Я уже открыл несколько камер и могу проследить траекторию движения автомобиля нашего «З».
— «З»? — переспрашиваю я.
— Злодея, это условное обозначение, не обращайте внимания. В общем, я делаю все, чтобы отследить его, вам не стоит беспокоиться, он далеко не уйдет от меня.
— Тогда веди меня, Игорь! Я поеду по следу.