Спаси мою дочь, бывшая!
— Говори! Я не расклеюсь, не переживай! — подталкиваю его.
— Мне звонил человек, представившийся похитителем Анны…
Я прикрываю рот свободной рукой, чтобы не вскрикнуть от испуга.
Сестра просила защитить ее, а я отказала.
Неужели она на самом деле попала в беду?
— Сегодня вечером он хочет получить круглую сумму за Анну, но мои люди уверены, что это на самом деле не похищение, а очередные козни со стороны твоей сестры. Я должен разобраться во всем сам.
— Но это моя сестра!
— Которая, не моргнув глазом, решила подставить тебя! Нас… Она отняла у нас все хорошее наше будущее! Нашего ребенка, Таня! Ты готова простить ее, но не можешь простить меня?
Внутри все обрывается от вопроса Багрянского, и я отворачиваюсь. Я не уверена, что готова простить Анну, но если ей угрожает смертельная опасность, я должна помочь. Должна сделать хоть что-то. Хотя… С чего я должна ей? Если бы я оказалась в смертельной опасности, Анна даже думать бы не стала, стоит ли помогать мне. Демьян прав — я слишком сильно зациклена на помощи другим и совсем не думаю о себе. Шумно выдыхаю и решаю довериться мужчине. Демьяну Анна нужна живой в первую очередь, ведь она может стать донором для Аси. Я успокаиваюсь. Между мной и бывшим женихом повисает неловкая пауза.
— Получается, мы будем жить в доме вместе? Тебя отпустили из больницы ненадолго или выписали?
— Выписали, но если хочешь, я могу пожить пока в гостинице… Если тебе так будет лучше! — пожимает плечами Демьян.
— Нет, что ты… Это твой дом.
— Тебе не звонили из больницы? Когда нужно будет проходить обследование?
— Пока нет… Курирующий мою беременность, врач должен будет позвонить и записать меня на прием, но пока…
Телефон в эту секунду звонит, и я смотрю на экран.
Номер незнакомый.
Отвечаю, думая, что это куратор.
— Твою сестру убьют, если вы не найдете пять лимонов! Нет! Семь!.. Цена повысилась! Если твой миллионер решит учудить что-то, то станет еще выше.
Руки начинают трястись. Демьян слышит голос говорящего и хмурится. Знаком он показывает мне, чтобы сбросила звонок, и когда я делаю это, мужчина покачивает головой.
— Именно он и звонил мне… Вот только кое-что не сходится. Если простой похититель и мог хотя бы примерно понять, кому звонить и требовать выкуп, то не стал бы называть меня «твоим миллионером». Скорее всего, моя теория верна, и Анна в сговоре с ним. Не знаю, почему она не попросила деньги за донорство.
— Может, не верила, что ты заплатишь ей?
— Я бы и не заплатил ей! — отмахивается Демьян. — И не заплачу теперь. А когда Анна окажется в моих руках, ей придется дорого заплатить за все грешки, и я прошу тебя не вмешиваться. Я слишком долго молчал и прощал.
— Демьян, не надо! — пытаюсь остановить мужчину я, потому что Ася негромко постанывает.
Хоть мы говорим совсем негромко, но девочка волнуется из-за напряженной обстановки. Даже во сне она дурно себя чувствует из-за этого.
— Да, ты права — не надо. Не сейчас! — кивает мужчина.
Еще какое-то время мы просто молчим, а потом приходит медсестра, чтобы отсоединить капельницу. Демьян уходит поговорить с врачом, и мы с Асей остаемся одни.
— Теперь у меня выпадут волосы, и я больше не буду похожа на красивую принцессу! — бормочет девочка, открывая глазки.
— Кто сказал тебе такую чепуху? Ты будешь самой настоящей принцессой! Очень красивой, даже если у тебя выпадут волосы. Это ведь не беда, милая! Знаешь, когда я была маленькой, мы с мамой и сестричкой жили в плохом доме… Мама постоянно было занята… — Решаю умолчать, что она таскалась по мужчинам и нас с сестрой особого внимания не обращала. — В общем, у меня были длинные густые волосы, но их пришлось постричь налысо, потому что в них завелись такие маленькие жучки — букашки. Я долго плакала, а бабушка сделала мне красивую корону из цветов, и я гордо носила ее, считая себя самой настоящей принцессой.
— А ты сделаешь мне корону?
— Конечно, сделаю, как только ты поправишься! Я сделаю тебе множество разных корон, и ты сможешь выбирать любую, какая только тебе понравится.
— Я смогу стать такой же взрослой и красивой, как ты? — осторожно спросила Ася, но ее голос дрогнул, словно она уже заранее знала ответ.
Она была убеждена в том, что не доживет до того момента, когда сможет вырасти такой же.
— Сможешь! Конечно, сможешь! — киваю я. — Даже не думай о плохом! Все будет хорошо!
Демьян возвращается в палату встревоженный, но как только видит пробудившуюся дочь, то сразу же слегка меняется в лице. Он улыбается Асе, подходит ближе и нежно треплет ее за щечку.
— Как ты себя чувствуешь, солнышко? — спрашивает мужчина теплым голосом, от которого у меня внутри появляется что-то очень схожее с теми самыми бабочками внизу живота. Волнительная дрожь разливается по телу, и на губах появляется улыбка, которую я тут же пытаюсь скрыть. В эту секунду я вижу того самого Демьяна, которого когда-то беззаветно полюбила.
— Нормально, папа! Я вырасту такой же красивой, как тетя Таня! — Ася зевает и начинает ворочаться. — Я хочу поспать.
Она снова закрывает глазки и быстро засыпает.
— Мы можем спуститься пообедать в столовой, пока Ася спит. Няня приглядит за ней… У меня есть кое-какие новости, — выдает Демьян, убедившись, что Ася уже спит.
Я киваю, поднимаюсь на ноги, ставшие в мгновение ока ватными, и спешу следом за мужчиной. Надеюсь моя сестра не настолько гнила… Не хотелось бы окончательно разочароваться в близком человеке, хотя куда уж дальше? И близкий ли она мне человек?
Убедившись, что Ася нормально себя чувствует, я иду следом за Демьяном. Не знаю, где тут столовая. Я пока совсем ничего не узнала об этом месте, сомневалась, что мне позволят остаться после химии. Живот начинает громко урчать, потому что со вчерашнего дня я ничего не ела. Даже подташнивает немного, и я ругаю себя за то, что забыла про витамины, прописанные врачом для поддержания беременности, но пока я даже не знаю, наступила ли она. Пока думаю, мы спускаемся вниз и входим в столовую. Пахнет тут, конечно, не очень хорошо, или у меня такое предвзятое отношение к больничной еде?
Демьян помогает мне сесть за столик и уходит. Он приносит какао, горячие пирожки, омлет и нарезку из фруктов.
— Извини, это самое съедобное, что здесь было! — пожимает плечами Демьян и присаживается напротив меня.
Делаю несколько жадных глотков какао и с благодарностью улыбаюсь.
— Что тебе стало известно?
— Твоя сестра заодно с похитителем, как мы и думали… Пока он звонит нам, требуя выкуп, она пишет ему на бумаге текст. Вот, посмотри!
Демьян протягивает мне свой телефон, и я смотрю на смазанные фотографии. Пусть изображение не такое четкое, как хотелось бы, но я отчетливо вижу свою сестру, руководящую всей этой процессией, и мне становится противно, отвратительно от мысли, что она в очередной раз поступает, как последняя тварь. Если в этой истории и есть пленник, то это явно тот мужчина, который строит из себя злодея и договаривается о выкупе.