Эргоном: Последний ассасин (СИ)

— Ага. Бывает. Нас и убираться в своих комнатах время от времени заставляют. Папа говорит, что аристократ не тот, кто не хочет наводить порядок, а тот, кто не согласен жить в грязи.
— Мудрые слова.
— Думаю, он это где-то вычитал. Пельмешки — огонь! Где взял?
— Секрет.
— Да ладно! Признавайся!
— Ресторан «Китеж».
— Знаю такой. Но не думала, что они готовят пельмешки. М-м-м… Класс!
— Есть ещё. Я взял на всех и ещё с запасом.
— Нет, больше не потяну. Не сегодня, во всяком случае.
— А где, кстати, твой отец?
— Не знаю. Делами занят, наверное. Он тебе нужен?
— Есть, о чём перемолвиться.
Мне хотелось узнать, что известно князю о Новаке. Своей разведки у меня пока не было, а Шувалов наверняка в курсе всего. И сильный, влиятельный преступный клан едва ли ускользнул от его внимания.
— К ночи, скорее всего, вернётся, — сказала Маша, прожевав последнюю пельмешку. — Уф! Я всё! — объявила она, отодвинув тарелку. — Если ты рассчитывал на урок фехтования, то надо было раньше думать.
— Не претендую.
— И вообще, если ты собираешься съезжать, надо тебе найти учителя.
— Я уже это сделал.
— Серьёзно? И кто это?
— Ты её не знаешь.
— Ого! Женщина?!
— Да, из Лилового клана. Слышала о таком?
— Был такой раньше. Значит, ты нанял из него кого-то. Что ж, я слышала, у них были великолепные бойцы. Только смотри не влюбись! Ты обещал, что мы поженимся, помнишь?
— Ничего подобного!
— Ладно, не трусь! — Маша довольно похлопала себя по животу. — Можешь откупиться пельмешками.
— Спасибо, щедрая ты душа.
— Ага! Я такая. Цени!
Сначала вернулась княгиня. Минут двадцать рассказывала, чем занималась в госпитале. Со мной была довольно мила — и не подумаешь, что совсем недавно я послал её куда подальше в лице Косца. Конечно, ей нужно было делать вид, что она не при делах, но всё равно — какое самообладание!
Князь приехал ближе к одиннадцати. Приказал слуге принести ему кофе в кабинет. Видимо, не все дела за день переделал. Я решил, что это хороший шанс поговорить. Не зря же я столько его ждал.
— Пётр Дмитриевич, буквально десять минут не уделите?
— Десять? — переспросил Шувалов. — Что ж, охотно. Хоть переключусь ненадолго.
Мы поднялись в кабинет. Слуга вошёл буквально следом — только сесть успели. Поставил кофе справа от князя.
— Вы-то не желаете? — осведомился у меня князь.
— Нет, я совсем ненадолго. Благодарю.
Кивком отпустив слугу, Шувалов положил локти на стол и уставился на меня в ожидании.
— Ваше дело как-то связано со смертью Андрея Лукьянова?
— Нет. А что, из-за дуэли возникли трудности?
— Как сказать. Мы с его отцом недавно виделись. У него нет претензий относительно поединка — всё было сделано строго по правилам — однако барон интересуется, справедливы ли были обвинения, выдвинутые его сыном против вас.
Он сделал выжидающую паузу.
— И вы спрашиваете, я ли убил Виктора Салтыкова?
— В общем, да. Не жду, что вы признаетесь, но было бы неплохо, если б я знал правду.
Ну, конечно! Лучше ему было бы. Держи карман шире!
— Пётр Дмитриевич, уверяю, что не имею к смерти Салтыкова никакого отношения. Да и как бы я мог его убить?
Шувалов пожал плечами.
— Не знаю. И не думал об этом до сих пор. Но вас ведь учили оставаться незаметным и заметать следы.
— Мне всего пятнадцать, Ваша Светлость.
Князь усмехнулся.
— Ладно, я вас понял, барон. Оставим это. Вы ни при чём. Надеюсь, так и останется в дальнейшем.
Мол, хорошо бы не нашли новых улик. Не волнуйтесь, Пётр Дмитриевич, не найдут. Не придётся вам за клан объясняться.
— Барон Лукьянов намерен меня в чём-то обвинить? — спросил я. — Или, может, отец Виктора Салтыкова?
Шувалов покачал головой. Отпил кофе.
— Мне об их намерениях ничего не известно. Но не думаю. Без прямых доказательств они ничего не предпримут. Просто смысла нет. Полагаю, Андрей Лукьянов и сам не верил, что вы убили его друга. Скорее, просто воспользовался этим, как предлогом, для вызова на поединок.
— Я тоже так считаю. Он узнал, что я почти не владею мечом, и решил воспользоваться этим.
 
— Не слишком благородно с его стороны. Что ж, он уже поплатился. Какое дело привело вас ко мне, барон?
— Вы знаете некоего Новака?
— Главу клана «Новак»? Наслышан, да. У вас с ним проблемы?
— Он считает, что у него со мной.
Князь не удивился, услышав фамилию бандита из моих уст. Значит, уже в курсе, что тот встречался со мной. Как я и думал, люди Шувалова следят за новым бароном Скуратовым. Что, конечно, неудивительно.
— Один из его сотрудников перешёл ко мне. По собственному желанию и инициативе. Однако господин Новак не желает принимать этот факт.
— Видимо, очень ценный сотрудник?
— По нашему с ним общему мнению — да.
— Но человек, что-то знающий об организации Новака, никогда бы к вам не переметнулся. Да и вам он ни к чему. В чем же тогда ценность? Почему Новак упёрся?
— Эта девушка — из Падших. У неё есть Дар, который мне может пригодиться. Как и Новаку.
— Ах, вот оно что! Понимаю. Что ж… Полагаю, вам следует хорошенько подумать, барон, стоит ли вступать с Новаком в открытый конфликт. У него сильный клан, хоть и не признанный Его Величеством. Как и прочие кланы простолюдинов. По сути, бандиты просто подражают аристократам. Но я отвлёкся. Чего вы хотите от меня?
— Информацию. Всё, что есть на Новака и его клан. Уверен, вы давно присматриваете за ним.
Шувалов приподнял брови.
— И только?
— Это всё, что мне пока нужно.
— Хм… Хорошо. Думаю, с этим я могу помочь. Прикажу собрать всё, что у нас есть. Скажем, к завтрашнему вечеру.
— Я заеду и заберу.
— Вот и договорились, — кивнул князь. — Вы точно решили не уступать?
— Абсолютно. Не смею больше тратить ваше время, Пётр Дмитриевич. Спасибо, что приняли.
Информация — залог победы. Ещё Сунь Цзы говорил: «Прежде всего, познай своего врага». А он был парень не промах. Благодаря ему, между прочим, когда-то был объединён Китай.
  
Глава 63
 
Утром, часов в одиннадцать, позвонила Женя.
— Наконец-то я тебя застала! — воскликнула она, как только я взял трубку. — Коля, ты совсем пропал!
— Прости, у меня сейчас очень много дел. Занимаюсь уделом. Сама понимаешь. Пытаюсь, пока карантин в школе, максимально использовать время.
— Слушай, отдыхать тоже нужно. И потом, у нас проект по химии общий, не забыл?
По правде говоря, забыл. Да и нафиг он мне сдался? Но настраивать против себя дочь человека, поставляющего мне важное стратегическое вооружение — нет, я не идиот.
— Конечно, помню. Только я не знал, когда мы собираемся.
— Аня тебе не говорила?
— Мы сейчас не так часто видимся.
— В общем, сегодня в пять у меня. Придёшь?
— Постараюсь. Застолби мне стул.
— Отлично! — обрадовалась девушка. — Только не обмани!
— Ну, что ты! Я же барон. Моё слово — кремень.
— Тогда до скорого. Давай, пока. Мы будем ждать.
Во время звонка я находился в офисе. Скоро предстояло отправиться на первую тренировку с Есенией, так что я переоделся в свободный костюм из тонкой ткани, не сковывавший движения, и мягкие туфли на каучуковой подошве.
Когда явился в спортзал, девушка уже была там. Она надела облегающий эластичный комплект и выглядела в нём просто потрясающе. Даже не знаю, как заниматься. Сосредоточиться точно не получится. Шутка, конечно. Я-то умею держать себя в руках. Хотя гормоны пятнадцатилетнего тела так и норовят напомнить молодость.
— Ваша Милость, — поклонилась Есения. — Добрый день. Я пришла чуть раньше, чтобы осмотреться. Прекрасный зал.
— Да, чудный. Приступим?
— Как вам угодно.
Подойдя к стойке, мы выбрали мечи. Затем встали на позиции.
— Правую ногу выдвиньте чуть вперёд, Ваша Милость, — сказала, окинув меня взглядом, Есения. — Левый локоть пониже.