Эдемский Маг 2 (СИ)
Дымная рука плавно опустилась, накрывая собой большой отряд, дружно нарушивший все возможные из возможных запретов.
— Братья… Нет! — Саркис внезапно не разглядел другой выход. Поступил интуитивно, эмоционально, опрометчиво. Этот путь казался единственно верным. Богатырь энергично взмахнул руками, сорвал сразу два плода и судорожно вгрызся в них, как собака в брошенное ей кровавое мясо. Небо заревело ещё пуще, ещё сильнее, а таинственная рука была готова опуститься теперь и на гордого чёрного Сына Бога.
«Я должен попасть к этим предателям… Попытаться уговорить их, переубедить, остановить, даже если обратного пути в Эдем уже не будет… Я не смогу их просто взять и бросить, не поговорив, не попрощавшись, не выбивши из них всю эту дурь…»
Природа плакала по последнему оставшемуся в пределах Эдема человеку, который вслед за остальными пожирал запретные фрукты. Однако Саркис вцепился сразу в два плода, отрывая то один сочный бок, то другой.
«Да пусть съем хоть три. Порой цена бывает чересчур высока. Главное — оказаться вместе со всеми в Нижнем мире. Я справлюсь, я сумею, это то я точно знаю…»
Косточки упали под ноги Саркису, следуя за огрызками двух вкуснейших фруктов.
Рука была всё ближе. Отец окончательно расстроился и был готов проститься даже со свои самым достойным сыном, сейчас смиренно вытянутым по струнке и признающим нарушение самого главного запрета. Он уже дожёвывал остатки плодов, надеясь на честный, беззаботный и безопасный исход.
Саркис больше не мог оставаться в стороне. Он должен был начать действовать. И вот летящая к нему рука по размеру стала похожа на целый большой городок, а воздух неожиданно-резко содрогнулся. Время начинало свой разлом, отзываясь на забурлившуюся внутри жилах ману эдемского мага. И сама природа начала изламываться и сдаваться, сотрясаемая хлынувшей мощью сразу двух фруктов, одних из самых главных и основополагающих стихий…
…Дом уже был близок, а воспоминания юркнули куда-то за угол, в самый задворок сознания. Да, эдемскому магу очень повезло с двумя стихиями, очень и очень повезло.
Тропинка петляла дальше, а вокруг вовсю высились гордые стены домов. Невысокие, но такие опрятные, ухоженные, уютные.
— Хорошая всё-таки была деревенька, — даже где-то сокрушённо озвучил свои мысли Саркис. Теперь все эти домишки, все эти тропинки и весь этот воздух будут для всех напоминанием о той жизни, что сейчас, за короткий день, умерла под ножами пары-тройки убийц. — Разрезы на телах убитых… Определённо хирургически точны, абы кто бы не сделал, — размышлял богатырь. — Церковь Господа специально воспитывает подобных людей с базовым медицинским образованием. Им нужна магия, мана, им нужна чужая сила и мощь. Много мощи. И они очень торопятся, раз вырезали за день всю деревню… Нужно помочь выжившим, а потом уже думать что делать дальше. Они пока ещё нуждаются во мне и в моей поддержке.
Зацепок больше не было. Эдемский маг остался один на один со своей главной целью — нахождением Демиурга. Помочь Саркису более никто не мог и на тропе, на которую он смело ступал, было пусто, безлюдно и тихо.
Вот по правую руку показался единственный дом, изнутри буквально пышущий ярким светом. Саркис подошёл к скрипучей двери, уже было потянулся за ручку, как вдруг повернул голову аккурат к выкатывающемуся из-за горизонта солнцу. Лучи падали на крыши, озаряли петляющую тропинку, грели мёрзлый ночной воздух, заставляли росу на кустах да на травах ослепительно сверкать — природа была чудесна даже в Нижнем мире. Оказывается, не только в Эдеме было хорошо, маг осознал это — Бог старался построить Нижний мир более добрым, более красивым, при всей его ужасающей сути и не менее страшном назначением для людей.
— Красив Нижний мир, как принцесса. А на самом деле создан для преступников всех мастей и рас. Ужасное место, как клетка, настоящая огромная клетка… Демиург, Эдем не был тюрьмой. Тюрьмой было место, в которое ты так мечтал попасть. С ограничениями, со смертностью, с умопомрачительными картинами, с истинными страданиями… Брат мой, теперь то ты точно понял, что ошибался и ошибался очень сильно? Ты должен был пожалеть, просто обязан…
Саркис раскрыл дверь и его тут же проглотило прямоугольное входное отверстие. Внутри было душно и не так светло — лампа светила тусклым мягким светом. Ничего не поменялось в его отсутствие, всё осталось на своих местах, никаких изменений. И крышка погреба также маячила пред жёлтыми глазами мага, идеально видевшими в любую темень и мрак.
Эдемскому магу вдруг захотелось ещё прилечь, немного отдохнуть, но он знал что дорога вперёд не ждёт. Он был обязан идти дальше, а отдохнуть можно будет где-нибудь уже в конце пути.
Богатырь потянул крышку погреба, с силой толкнул её в сторону, всмотрелся в зияющий чернотой квадратный проход и не долго думая прыгнул в него, словно оказавшись в мерзком чёрном море.
Послышалось неистово бегущее дыхание в левом от входа углу, появились лёгкие шебуршания, словно кто-то крепко-крепко вжимался в простую деревянную стену, скрипящую как и всё в этом старом-старом доме.
— Не бойтесь, это я. Всё хорошо. Деревня пуста, ночь прошла, солнце встало. Пора на выход.
Облегчённые вздохи и грохот тел о пол — деревенские жители ни на шутку испугались и теперь могли хоть немного расслабиться.
— Саркис, наш спаситель! — из темноты выпрыгнула стройная элегантная фигура, тут же кинувшаяся Саркису в объятья. Аделия была такой тёплой и нежной… Никакого искушения, нет, магу нельзя и думать. Ни о её грудях, что сильно-сильно прижались к его, Саркиса, телу, ни о мягко бьющемся под одеждами живом сердце. Об этом нужно было немедленно забыть. Какими бы большими, упругими и милыми груди не были, как бы сильно сердечко девушки не бились в груди, почти выпрыгивая на Саркиса. Её роскошные мягкие волосы рухнули магу на спину и тот покрепче прижал красавицу, из-за её спины наблюдая за тем самым мрачным дедом, каким-то мужчиной средних лет, двумя небольшими парнишками и ещё одним суровым молчаливым мужчиной. Все они наконец подошли к квадратному выходу из погреба. — Спасибо тебе, маг. Спасибо… — а ведь эта прекрасная женщина ещё пока ничего не знала о Демьяне. И что с ней случится, если она узнает о её погибшем любимом племяннике, которого она так больше и не увидит? И ведь он даже не сможет извиниться перед ней за свои последние действия. За её лицо, губы, за её несчастное избитое тело…
— Можем мы выходить или нет? Или, может, нам всем тоже по очереди обняться с тобой? — нетерпеливо и сурово спросил дед, которому явно надоело следить за несвоевременными объятиями.
— Ладно, Аделия, мы ещё успеем испить чаю и всё обсудить, — эдемский маг отстранится от девушки и та увидела на его лице обычную безразличную маску. Он никак не изменился с того самого момента… — Господа, сейчас по очереди хватаемся за краюшек и подтягиваемся наверх. Постараюсь помочь чем смогу… Ну-ну, шевелитесь!
Жители столпились у квадрантного входа, наблюдая за тем, как эдемский маг с лёгкостью прыгнул, подтянулся и оказался сверху, будто акробат в цирке. Саркис протянул свою суровую руку и парнишки первые прыгнули к выходу, под внимательные взоры трёх старших мужчин да одной девушки.
— Вот так. Вот — молодец! — похвалил маг двух улыбающихся кудрявых парнишек-близнецов, что так сильно напоминали ему о почившем Демьяне.
«Друг… Прости меня за всё. Ты воистину стал великим, несокрушимым и легендарным человеком. Мне правда жаль что всё так получилось… Я оказался слабее тебя. А ты не был трусом, не был и слабаком… Твоя судьба была стать щитом и пожертвовать собой, доказать что ты велик и силён… Прости, друг, и прощай»
— Это просто. Давайте все, по очереди, — крикнули довольные ребятишки и дед криво усмехнулся, приготовившись к прыжку и посмотрев в будто бы неживые глаза их спасителя-мага. О чём он мог думать с таким мёртвым взором? О каких таких вещах, которые даже не вызывали на его лице ни одну из известных эмоций?
— Раз, два, три! — пробасил суровый мужчина с гладковыбритой головой и дед оттолкнулся от пола, начиная своё восхождение. А следующей уже готовилась Аделия. Жители мечтали поскорее вернуться в свои дома, ведь они того заслужили, после страшного дня и не менее суровой ночи.