Вне Круга. Чужак (СИ)

— А маг-то наш тот еще недоучка, — хмыкнул я и кивнул на появившуюся дверь. — Посмотрим, что он тут спрятал.
Я взялся за ручку двери, самой обычной, такой же, как все остальные в этом крыле. Коснулся гладкого, отполированного сотней детских ладоней дерева… И в этот самый момент соседняя дверь кабинета завучей сорвалась с петель и рванулась в мою сторону.
Телефон выпал из рук, и в темноте я скорее ощутил каким-то шестым чувством перемены в синих нитях, чем увидел движение глазами.
Но отпрыгнуть успел.
— Твою мать!
Петр, в отличие от меня ничего не ощущавший, кинулся в сторону в тот момент, когда из кабинета в него вылетел стул.
Телефон валялся на полу, и еще работающий фонарик теперь освещал очень небольшое пространство. Но мне он не был нужен. Не сейчас. Я и так чувствовал то, что выбиралось из двери совсем рядом. Аляповатая конструкция из кирпичей, половиц, обломков стульев и столов, старых книг и бог знает чего-то еще была странным творением безумного магического гения. Сине-зеленые, беловато-стальные и сине-фиолетовые полосы-нити окутывали это существо, формируя три больших узла, поддерживающих этот магический «феномен» целым.
И, кажется, не просто поддерживающих, но и подпитывающих его желание уничтожить незваных гостей. В меня полетело сразу три тяжеленых на вид книги.
— Давай на свет! — Петр в последний момент успел увернуться, и летевшая в него столешница с грохотом разлетелась на куски, врезавшись в стену рядом.
Мы бросились прочь из коридора. Я только и делал, что дергал синие нити, сбивая с курса летящие в спину снаряды. Последней тварь запустила в нас, кажется, «Войну и Мир», отразить которую я не смог и пребольно получил толстенной книгой в плечо.
Благо, до освещенного закатным солнцем места слияния двух корпусов было недалеко.
Существо, двигавшееся за нами по темному коридору, униматься явно не собиралось. Теперь я ловил на щит из синих нитей летящие из коридора вещи. И надо признать, скорость полета все увеличивалось. Магический конструкт приближался, продолжая обстрел.
— Что это за штука? — Петр вырвал дверь ближайшего кабинета и теперь закрывался ей, словно щитом.
— Понятия не имею, но оно создано магией.
— Можешь разрушить?
Треск дерева дал понять, что «баррикада» Петра атакована чем-то тяжелым.
— Могу, но мне нужно время и возможность сосредоточиться.
— Давай. Твою мать!
Потоки разноцветной силы начали тянуть дверь из рук Петра. Теперь создание магии не просто швырялось вещами, но и протянуло вокруг себя десятки щупалец к самым разным предметам, которыми молотило во все стороны.
Тварь выплыла на свет, и я с трудом подавил желание бросить все и сбежать: на одном из таких вот «щупалец» болталась выдранная откуда-то с корнем батарея. И сейчас этой батарей тварь намеревалась атаковать Петра. Тут никакой щит не спасет.
— Берегись!
— Вижу, — его спокойствию я завидовал.
Петр рванул дверь на себя. Напряжение магии вокруг резко скакнуло, но вложенных в конструкт сил не хватило для сопротивления усиленному даром движению. Вместе с дверью, в которую тварь впилась аки в законную добычу, человек-гора вырвал из конструкта державшую эту дверь «щупальце», в последний момент уворачиваясь от батареи, пролетевшей над головой.
— Лови, тварь, — Петр размахнулся отвоеванной дверью и ударил как следует скопление враждебных предметов школьного интерьера.
Магия-магией, а простая сила сработала. Я увидел, как часть плетений ослабла, нарушая равновесие структуры этого существа, и рванул на себя чужую магию, разрывая один узлов. Больше уничтожая, чем распутывая. Часть твари осела на пол грудой хлама. Это, и только это, спасло меня от знакомства с чугунным радиатором, который, резко изменив траекторию, врезался в стену прямо над моей головой, выбивая пыль и каменную крошку. На три бы сантиметра ниже, и…
Петр ударил дверью по твари вновь, на сей раз без успеха. На его оружие было жалко смотреть — десятки крутящихся камней и книг уже превратили дерево в решето. Батарея врезалась в дверь, разламывая ее остатки на куски с жутким треском. Тварь вновь замахнулась, опуская чертов радиатор прямо на беззащитного Петра, и…
 
И я успел разорвать разом два узла, выжигая на то все собственные силы. Мир вокруг на секунду расплылся предобморочной пеленой, но в вертикальном положении я все-таки остался, в отличии от смертоносной конструкции , которая развалилась на куски с жутким грохотом.
Я закашлялся от поднявшейся пыли.
— Шеф, ты как?
Я потер плечо. Вот написал бы Толстой сочинение поменьше…
— Жить буду плохо, зато недолго. Но такой трюк я не повторю в ближайшую неделю так точно.
— Возвращаемся?
Я провел рукой по лицу. Крови из носа, верного спутника перенапряжения, нет. Хорошо, а то потом Макс с меня не слезет.
— Пока нет, надо все-таки узнать, что за той дверью спрятанной было.
Ничего, как оказалось. Почти ничего. Кто-то на месте бывшей библиотеки оборудовал что-то вроде тайного убежища. Притащил оставшийся целым стеллаж, поставил книги, положил пару пледов… Вот только, судя по следам пыли, здесь уже несколько недель никто не появлялся.
— Смотри, шеф, — Петр указал на сложную пентаграмму в углу в круге из свечей, — работает?
— Нет, — я на пару секунд прислушался к миру вокруг и с уверенностью покачал головой. — Или сила выветрилась, или и не работала никогда, что вернее всего.
Я сделал пару фотографий, может Макс что скажет по рисунку, и бегло просмотрел книги на полках. Часть из них оказалась явно из местной библиотеки. Побитые жизнью, но вполне годные к использованию. Русские народные сказки, пара учебников из начальной школы, физика, биология, информатика, откуда-то взявшийся словарь иностранных слов… Никакой логики и никакого смысла. Кажется, кто-то просто поставил сюда все, что нашел в помещении более-менее целым. Единственным интересным уловом была выпавшая из книги по каким-то продвинутым математическим задачам страница явно из другого, куда более нового, судя по цвету бумаги, учебника, исписанная к тому же формулами на полях от руки мелким убористым почерком. Под одним из пледов обнаружился оставленный кем-то рисунок, неплохо выполненный, и в довольно мрачных цветах. Кто-то изобразил в специфической технике рыцаря, смотрящего на замок под луной вдалеке.
— Математик и художник, увлекающийся пентаграммами самого дурного толка, — пробормотал я, рассматривая улов. — Интересно. И непонятно.
— Ну нападавшего мы нашли, шеф, — донесся из коридора голос Петра, не ставшего участвовать в перебирании книг.
Я забрал рисунок и формулы, пледами стер пентаграмму — еще найдет кто, и прихватив и свечи, и пледы, из самой простой, кстати, ткани, пошел к Петру.
Мой товарищ копался в оставшемся после уничтожения магического конструкта мусоре. И вовсе не безрезультатно.
— Смотри, — Петр указал на кусок кирпича, покрытый засохший кровью, и на куски деревяшек от пола рядом с ним, — думаю, за пацана мы отомстили.
— Но не тому ублюдку, который все это сделал.
В душе поднималась волна злости. Каким кретином надо быть, чтобы создать такую тварь и оставить ее без присмотра? Или этот Стас был кем-то вроде испытания — получится или не получится? Девочку-то спасло лишь вмешательство Студента, а тут вмешиваться было некому…
Я не встречал еще того, кто столь легко создавал оружие магическими силами. И теперь не был уверен, что смогу остаться хладнокровным глядя на использующего так свой дар.
Был ли Стас магом и смог увидеть то же, что и я, или просто сообразил, где должна быть дверь, и нащупал ручку? Не так уж и важно. Важно было то, что существо свое дело сделало и втянулось обратно, словно и не было ничего. Мы, двое взрослых обладателей дара, и то едва с этой тварью совладали, а это был просто мальчишка…
Я сжал и разжал кулаки. Ублюдок.
— Ладно, осмотрим все еще раз, и если ничего не найдем, то, думаю, стоит возвращаться домой.