К сердцу прижмёт – к чёрту пошлёт…

Маркелов весь день делал вид, что всё замечательно, о чём-то договаривался с юристом фирмы (как потом выяснилось, подбивал на корпоративный договор), а его жена тщетно пыталась найти общий язык с другими дамами. Здесь присутствовали очень известные в городе люди и для Ирины это оказалось неожиданным. На Машу теперь она смотрела с завистью, но это никого не волновало.
Только Анастасия умудрилась подпортить настроение. Она сделала очень неоднозначный подарок: большой альбом их семейных фотографий, в которых было много счастливых лиц Александра, Насти и Светланы. Только она ошиблась. Петрова этот намёк на предательство первой семьи не задел. Семья распалась задолго до нынешней свадьбы. Машу задел, но не слишком. Не она была виновата в распаде первой Сашиной семьи. Поэтому этот демарш Анастасии остался без внимания. Сама Анастасия присутствовала только на регистрации и потом, подарив альбом, сразу же уехала.
Маша и Петров продержались вместе со всеми часа два, а потом незаметно ушли в дом. Дом, в котором теперь началась их общая жизнь. Новая, немного поздняя, но такая счастливая…
    
ЭПИЛОГ
Прошло десять лет.
– Мария Витальевна, трубочку возьмите, – раздался из динамика голос Верочки – новой Машиной секретарши.
Верочка сменила на этом месте Сонечку, а Сонечка – Лизочку – так и осуществлялся круговорот секретарш в приёмной Марии. Даже и поверье сложилось, что на этом месте быстро замуж выходишь. Маша уже могла конкурс устраивать, столько желающих было на место её секретарши. Мысли мелькнули и исчезли, и Маша сняла трубку.
– Слушаю?
– Марусь, тебе телефон для чего дан? Чтобы не слышать его? – раздался притворно-грозный рык мужа.
– Ох, Саш, прости! Опять забыла звук включить после совещания.
– Забыла она, – проворчал с улыбкой муж
Эту его улыбку Маша не только услышала по голосу, но и практически увидела.
– В общем, ты как хочешь, но чтобы к пяти была дома. Настя приезжает с Жоркой.
– Да ты что?! Конечно, буду. Ты подарки-то внуку приготовил, дед? – подначила Маша мужа.
Тот очень любил внука, но слово «дед» бесило его неимоверно. Сам Александр считал себя ещё крепким и здоровым мужчиной. Подумаешь, пятьдесят пять лет! Считай, всего лишь половина жизни. Ну или чуть больше, втихаря сознавался он сам себе. Однако надеялся успеть вырастить своих сорванцов, да и внуку помочь тоже.
– С нашими вместе выбирали, – ответил муж. – Марк, как всегда, за технику голосовал, а Маринка – за конструктор. Инженер, блин, будущий.
– А выбрали что? – рассмеялась Маша, представив Александра в магазине со спорящими детьми.
– Что папа сказал, то и выбрали, – самодовольно ответил муж. – Электрический самокат, пусть Жорка развивает координацию.
– Ты опять? – возмутилась Маша. – Ты же знаешь, как не любит Настя такое сокращение имени Георгий?!
– Я же не при ней, – отнекался муж. – При ней только – Гера, ну или Георгий, – и он рассмеялся.
Кто бы мог подумать, что Настя так кардинально изменится?! Вначале её потрясло наказание матери: пятнадцать лет тюрьмы – это не шутка! Конфискация имущества, запрет на созданный уже бизнес. Школу наёмников закрыли, некоторые её выпускники оказались тоже в тюрьме.
В общем, в Германии, да и в Европе Анастасии делать было уже нечего. Она решила прочно обосноваться в России, продав дом в Сербии и закрыв счёт в Германии. Первый год Настя ещё злилась на отца и общалась с ним крайне редко. Потом ей понадобилась помощь: она решила возродить дело матери – индивидуальные туры – но уже в России. Однако и своё первое дело – косметические салоны – тоже не бросила.
Александр в помощи не отказал, да ещё и подогнал помощника – опытного туриста-экстремала. Вадим и сам давно хотел создать нечто подобное, да с финансами был затык. А тут совпало: есть дама с финансами, но без специальных знаний, и он со знаниями, но без финансов. В общем, спелись и через некоторое время сошлись для совместной жизни. Жили вначале без регистрации, но с рождением Георгия оформили отношения. Большой любви Маша там не видела, но взаимное уважение присутствовало.
Родился Герка, которому сейчас было шесть лет. Он на три года был младше своих дяди и тёти. Но, когда они все были в одной компании – это не мешало им пакостить вместе. Вот с рождением сына Настя и смягчилась. Не то чтобы она стала пушистой зайкой, но ненавидеть отца перестала, чаще приезжала в гости, однако особой теплотой к родственникам так и не прониклась.
Петровские двойняшки оказались разнояйцовыми близнецами. Мальчик и девочка. Марк и Марина. По характеру совершенно разные: степенный рассудительный Марк- мамин сын, и взрывная деятельная Маришка – папина доча. Конечно, деление условное. Оба они любили детей одинаково сильно. Понятно: поздние дети взрослых родителей. Просто Марк повторял характер Маши и был более ей понятен и управляем, а Маришка – характером удалась в отца, и ему легче было с ней справляться.
Обычно дети всегда были вместе и верховодила именно дочка. А Марк никогда не отказывался от участия в проказах, но старался снизить разрушительное действие сестринских идей. Когда же к ним добавлялся Герка, то усадьба превращалась в испытательный полигон чего-либо. Для нянь, а, позднее, для воспитателей всегда было много работы.
Мария отключила телефон и с блуждающей улыбкой уставилась в пространство. Мыслями она уже была дома. Но голос Верочки опять напомнил ей о работе.
– Мария Витальевна, к вам посетитель, по договорённости.
– Проси, – коротко ответила Маша.
Знала этого посетителя: Маркелов его фамилия. И просьбу его Маша тоже уже знала: полный набор строительных и отделочных материалов для его нового дома. Сейчас договор подпишут и всё: на Машины плечи, вернее, на её фирму ляжет снабжение Маркеловской стройки. Отказаться? Да зачем?! Мало ли что связывало их в далёкой юности? Сейчас они с Маркеловым совершенно чужие люди. Есть у них общий сын – Ваня, но его отношения с родным отцом Машу давно не касаются. Кстати, они дружат. И это не видимость, а настоящая мужская дружба. Маркелов нашёл всё-таки дорожку к сердцу сына и тот простил ему своё безотцовское детство.
Зато сейчас их водой не разольёшь и во многом, благодаря Ваньке, Маше приходится мирится с присутствием Маркелова в своей жизни. А Маркелов всё же развёлся со своей нелюбимой Ириной вскоре после свадьбы Петровых. Завидно ему стало на Машино счастье, захотел и себе такого же. Год прожил один, а потом резко женился на молодой тридцатилетней женщине – бывшей учительнице музыки его падчерицы. Сразу родили ребёнка и теперь у него есть своя родная дочка – Стефания. За сыном теперь собирается, жена-то молодая ещё. Вот поэтому и дом ему нужен новый и просторный.
Причём тут Маша? Так Маша теперь – директор сети строительных магазинов. Маленькой пока сети: два магазина в городе и один в области. Но дело растёт. Началось всё с Машиного декрета. Вернее, сразу после него. Сидеть дома она категорически не хотела, а тут подвернулся случай: поступил заказ на строительные и отделочные материалы для коттеджа (у Петрова фирма сама и производила строительные материала из дерева). Кое-что собрали из собственных, но многое пришлось закупать, чтобы выполнить заказ. А почему, собственно? Почему бы им самим не создать изначально отдел розничной продажи? Или не отдел, а отдельное подразделение? А Маша готова этим заняться. Зря что ли десять лет отпахала в строительном бизнесе?