Ты моя! И это не обсуждается. Часть 1

Комната встретила меня глухой тишиной. Белые занавески развевались от легкого ветерка, идущего от открытого окна. Книга так и лежала открытой на столе. С картинки в начале параграфа на меня смотрели черные глаза представителя росов. Черные белки удивительно сочетались с синими радужками. Чуть раскосые в обрамлении черных ресниц. Взгляд роса завораживал, притягивал. В такие глаза можно смотреть бесконечно, столько в них одновременно неестественного, темного и невероятно красивого.
Я подошла к столу и захлопнула книгу.
Захотелось вздремнуть. Обычно днем я не сплю, но сегодня меня терзала усталость. Прежде чем лечь, я невольно прислушалась, ожидая услышать суетливые шаги Морковки. Но в коридоре, как и в соседней комнате, было тихо.
Я легла на кровать и только закрыла глаза, как услышала тихую вибрацию. Подняла голову и осмотрелась, не понимая, откуда звук. Вибрация усилилась и теперь щекоткой разбегалась по телу. Кольцо, которое мне подарил профессор, вдруг вспыхнуло пурпурным светом. Несколько секунд свет нестерпимо резал глаза, пока не стал бледнее. А когда почти угас, то превратился в очертания лица, в котором я узнала профессора Гройта.
Образ пошел рябью. На мгновение стал бледнее, а потом вспыхнул как зарево.
— Амелия, — лицо принялось двигаться, повторяя человеческую мимику, только менее естественно, как будто ее лепили из глины. — Я оставил это сообщение на случай, если мой эксперимент пойдет прахом. — Образ снова пошел рябью. — И если ты это слушаешь, то, вероятно, у меня большие проблемы и придется скрыться на некоторое время.
Я часто заморгала, не понимая сниться мне это или нет.
— У меня есть для тебя одна просьба, — продолжил образ профессора. — Ты должна прийти ко мне домой и забрать одну вещь. Она лежит в кабинет на втором этаже в тайнике. Ты сразу же найдешь его — это маленькая фигурка Посланника жизни. Снизу ты найдешь отделение с коробочкой. Не пытайся ее открыть! После этого я хочу, чтобы ты доставила ее в…
Образ снова пошел рябью.
Я вытянула руку вперед, словно бы пыталась ухватиться за него.
— Амелия…
— Да, что это такое, — выругалась я.
— …Отнеси коробочку… За городом М… Это очень важно…
Образ вспыхнул пурпурным огнем, и кольцо посерело. Я, тяжело дыша, смотрела на украшение. В голове никак не укладывалось услышанное. Не понимала, что за коробка, куда ее доставить. И, главное, что произошло всего за одну ночь, раз профессор пропал и оставил мне сообщение через иллюзию.
Солнце за окном все еще стояло в зените, просвечиваясь через облака и туман. Сейчас было не больше трех часов дня.
Я встала с кровати и сделала шаг к двери, но остановилась. Возвращаться в дом профессора сейчас было чистой воды самоубийством. Наверняка росы все еще там. Маловероятно, что они надолго задержатся в доме, и, скорей всего, с наступлением ночи уйдут.
Значит, стоит пойти под утро, когда все давно спят. Думаю, миновать ворота Академии у меня получится. Главное — вернуться до рассвета.
Я сжала кулаки и села на кровать. Меня терзало беспокойство. Что если росы не уйдут? Тогда возвращение посреди ночи будет выглядеть очень странно и те точно от меня не отстанут. Но и оттягивать все до завтра я не могла.
А если профессор действительно в опасности?
До самого вечера я не находила себе места. Вставала, наливала чай, пыталась заснуть. Сон не приходил, и я снова поднималась, чтобы в очередной раз выглянуть в окно и увидеть, что еще не стемнело.
Когда последние студенты разбрелись по корпусам общежития, а тропинки осветили желтые огни фонарей, я переоделась в брюки и накинула на плечи легкую куртку. Через несколько минут я миновала ворота Академии и приблизилась к дому профессора Гройта.
На первый взгляд, в доме никого не было. В окнах не горел свет, разговоров и ходьбы не слышалось. Входную дверь росы плотно закрыли, как и шторы. Попытки разглядеть что-то внутри не увенчались успехом.
Запахнутые занавески заставили меня сомневаться в своем решении. Ну не стали бы росы так делать, если бы собирались уйти. Возможно, они сделали это еще когда проверяли дом, чтобы не привлекать внимание случайных прохожих. И все же не верилось, что те так просто покинули дом.
Несколько минут я стояла у окна в гостиную. Затаила дыхание, чтобы не пропустить ни единого звука. Но часы тикали, а дом молчал, и даже шорох не выдавал присутствие постороннего.
Я закусила губу и оглядела улицу. Вокруг ни души. В окнах не горел свет. Даже патруль не ходил. В последнее время происходило мало инцидентов, поэтому стража порядком расслабилась.
Сейчас моим союзником была только тишина, а значит, если что-то случится, то без внимания дом не останется. Росам это не нужно.
Я посмела шевельнуться и сделать несколько шагов к двери. Дом продолжал молчать, и только завывание ветра между домами нарушали эту тишину.
Пальцы коснулись ручки двери и повернули ее. Замок пронзительно скрипнул, и я сморщилась. Порыв уйти обратно в Академию стал неожиданно настолько сильным, что отпустила ручку и сделала шаг назад. Хотелось покинуть это место, ведь в темноте выглядело оно слишком мрачно.
Вспомнились слова профессора, что нужно забрать одну вещь в его кабинете. Не могла же я вот так струсить и наплевать на его просьбу. К тому же, возможно, удастся встретиться с ним в том месте, куда он меня послал. В последнее смутно верилось, но проигнорировать его просьбу мне не позволила совесть. Профессор Гройт много раз помогал и держал в тайне мой дар, значит, нужно отплатить той же монетой.
Я решительно открыла дверь и зашла в дом. Дыхание сперло, а сердце застучало, как барабан. Никто не накинулся на меня, никто не пытался схватить. В доме по-прежнему царила тишина.
Я выдохнула.
Когда пришла очередь пойти искать кабинет, я вспомнила, что не прихватила с собой даже самого простого фонаря. Сейчас, когда дом тонул в темноте, освещение бы не помешало.
По коже пробежали мурашки.
Не люблю темноту. Более того, до ужаса боюсь оставаться в ней одна. Каждая тень и картина казались призраками. Дерево, скрипящее от ветра — скребущимся в окно монстром. Казалось, за каждым углом поджидает что-то ужасное, хотя и понимала — это все воображение.
Меня пробрала дрожь. Снова пришлось задавить порыв уйти. В этот раз справиться оказалось гораздо сложнее.
Я мельком заглянула в гостиную. Заметила, что кресло, в котором сидела несколько часов назад, опрокинуто набок. В соседней комнате тоже было пусто. Мысль, что здесь я все-таки одна, принесла облегчение. Но спокойнее все же не стало.
Кабинет нашелся в самом конце коридора. Прежде чем зайти в внутрь, пришлось осмотреть другие комнаты, чтобы не попасться к росам. В спальне я нашла масляный фонарь, на дне которого еще было немного масла. Огниво нашлось в столике рядом.