Мистер-кудряшка

– Хорошо. – Зашла в спальню, выудила из сумки халат и переоделась. Не идти же в баню в джинсах.
Баранов в нетерпении топтался на крыльце, ожидая меня. И чего он такой нервный? Не убьюсь же я там, в бане этой. Наверное.
Зря я так. Баранов, действительно, показав мне все необходимое для омовения, удалился прочь, бросив на меня встревоженный взгляд. Я вздохнула и стянула с себя вмиг пропитавшийся потом халат. В бане было жарко. Нет. Не так. Здесь было настоящее пекло. И как люди умудряются здесь еще и мыться, если я в первую же минуту диагностировала у себя тепловой удар?
Сцепив зубы и призвав на помощь все свое упрямство, я набрала воды в тазик. Холодной. И вылила его на себя, чтобы хоть немного охладиться. Помогло. Минуты на три. После пришлось снова поливать себя холодной водой, периодически намыливая кожу гелем и волосы шампунем. После четвертого такого обливания, я решила, что совсем помылась и, завернувшись в полотенце и прихватив халат, выползла из этого локального филиала ада.
– Ты как? – Переполошился Александр, увидев меня.
– Там жарко. – Простонала я и, как была в полотенце, вышла на улицу.
Стараясь не упасть под первый попавшийся куст, побрела к дому. Ну ее нафиг, такую баню.
– Ян, – услышала растерянное за спиной.
Отмахнулась халатом, не в силах разговаривать. Добрела до крыльца, минуту штурмовала ступеньки, дома едва сил хватило, чтобы дойти до спальни и упасть на кровать. Господи, никогда больше на такой экстрим не соглашусь. У меня теперь пожизненная аллергия на банные процедуры.
Отлежавшись минут десять, все же заставила себя закутаться в одеяло. Со стыдом вспомнила, что нижнее белье так и осталось в бане. Ну и ладно. Когда ты присмерти, оказывается, что это уже не так уж и важно.
Неожиданно для себя я уснула. Проснувшись, покосилась на часы. Оказывается, я проспала два часа. Тело было отдохнувшим. Вот только низ живота неприятно тянуло и… Я подскочила на кровати и полезла в телефон. Календарь обещал мне еще четыре дня свободы от нехороших дней. Я ломанулась к сумке с вещами и принялась в ней рыться. Да что ж это такое-то? Ни одного средства женской гигиены не нашла. У Анастасии Семеновны климакс что ли, что она не вспомнила о такой мелочи? Или все же сумку мне кто-то другой собирал, кого эта проблема сейчас тоже не волнует? Маринка, например.
Спасла меня заначка, всегда присутствующая в дамской сумочке. Однако, надолго ее не хватит. Выйдя из ванной, я направилась искать Баранова. Тот нашелся на крыльце. Сидел на ступеньках и пил чай. Я плотнее запахнула плащ и села рядом с ним.
– Мне срочно нужно в магазин или аптеку. – Сказала, понадеявшись, что лишних вопросов он мне задавать не будет.
– Зачем? – Не оправдал он моих ожиданий.
– Мне нужно кое-что купить. – Покраснев, сообщила ему.
– Что? – Александр покосился на меня. Я промолчала, не зная, как ему сказать правду. – Еды у нас еще дней на пять хватит. – Теперь он смотрел на меня более пристально.
– Мне нужно… для женского здоровья кое-что купить. – Тихо призналась, не зная, куда себя деть от стыда.
– Таблетки? – Переполошился он. – Ты чем-то болеешь? Тебе в больницу надо? Ты…?
– Баранов, месячные у меня начались! – Рявкнула на него, понимая, что лучше бы сразу сказала, а то переполошила только парня.
– О! – Округлил он губы и поправил очки на переносице. – А… Эмм… Тебе лекарства какие-то нужны? У тебя что-то болит?
– Прокладки мне нужны. – Сказала уже куда спокойнее. Теперь я полностью осознала ту истину, что мужики намеков не понимают. Тем более, этот конкретный.
– И все? – Прищурился он.
– Ты отвезешь меня, или нет? – Устроил мне тут допрос на ровном месте. Молча бы отвез до магазина, проблем бы не было. И так гадко я бы сейчас себя не чувствовала.
– Нет. Ты очень приметная. Я сам съезжу. А ты пока у Захаровны посидишь. Она же тоже… хмм… женщина. Наверное, у нее тоже… это бывает. – Баранов встал, расплескав чай по доскам крыльца и зашел обратно в дом.
Я тоже вернулась в помещение. Что ж, думаю, что у Степаниды мне скучно не будет. Да и с новым человеком поближе познакомлюсь, чтобы здесь от скуки не сдохнуть. Быстро натянула джинсы, набросила на себя теплую кофту и снова забурилась в плащ. Это после бани мне показалось, что осень теплая. А сейчас под вечер уже ощутимо похолодало.
Баранов ждал меня у машины. Он снова спрятал волосы под кепку и надел какую-то полуспортивную куртку. Замаскировался. Мне, привыкшей видеть его исключительно в деловом костюме, было не по себе от такого «кудряшки». Таким он казался более опасным.
До дома Захаровны мы доехали буквально за пять минут. Баранов припарковался у огромной сосны и посмотрел на меня.
– Степке сильно не верь по поводу меня. Она меня просто недолюбливает. – Подмигнул он мне.
Я выбралась из машины и осмотрелась. В начинающихся сумерках за деревьями был виден огонек. К нему я и двинулась. Баранов не отставал.
– Степка! – Крикнул он, когда мы подошли к бревенчатой избе, вокруг которой стояли всякие клетки и сетки.
– Чего? – Дверь избы отворилась и к нам вышла Степанида с черной косой на плече. – О, гости пожаловали.
– Поохраняешь Яну, пока я в поселок съезжу? – Я от Александра такого заискивающего тона еще не слышала.
– А что мне за это будет? – Спросила девица и перекинула черную косу на спину.
– Я не расскажу Кузнецову, кто его капканы в реке утопил пять лет назад. – Тон Баранова изменился. Теперь он принялся торговаться. Типичный юрист.
Я тихо хмыкнула.
– Сам напросился. – Улыбнулась Степа и поманила меня пальцем. – Я твоей жене все про тебя расскажу.
– Я не его жена. – Сообщила, чтобы потом недопониманий не было.
– Так еще интереснее. – Пожала плечами девица и вошла в дом.
Мне не оставалось ничего другого, кроме как пойти за ней. Баранов дождался, когда я закрою дверь, и только через минуту я услышала, как машина отъехала.
Изба и внутри тоже была деревянной. Пока я топталась на пороге, осматриваясь, мимо меня кто-то с топотом пробежал. Я отступила к двери.
– Не бойся. Это Чижик. Мой ёж. – Откуда-то из глубины дома сообщила Степанида.
– Угу… – Я сбросила ботинки, стянула с себя плащ, так как в избе было тепло, и направилась на поиски хозяйки. Та нашлась на кухне. Пирожки из теста пластала. Большую часть кухни занимала внушительная русская печь, в зеве которой виднелись тусклые угли.
– Ты вовремя. Сейчас пирожков наделаем, посидим, поболтаем. – Степанида быстро работала руками. – Ты грибные любишь?
– Да. – Неуверенно ответила и подпрыгнула на месте от неясного движения в темном углу.
– Не бойся. Это Барсик. Он лапу сломал. Лечится, вот. – Она запихнула начинку в очередной пирожок и защипнула тот по краям.