"Фантастика 2023-85". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)
Возвращалась к дому я гораздо медленнее, чем покидала его. У одной из стен, под навесом, построенном из деревянных жердей и укрытый камышом, сидели маленькие девочки лет семи-десяти и весело переговариваясь разбирали траву, связывая их в пучки. Чуть дальше, девочки постарше, вычёсывали овечью шерсть. Рядом с ними, мальчишка пяти лет, что-то старательно строгал, он так быстро орудовал ножом с большим лезвием, что у меня после каждого его взмаха, замирало сердце.
— Добрый день, — поприветствовала я трудящихся и присев рядом, поглядывая на девчушек, принялась разбирать траву. Из всего многообразия, наваленного на ткань сена, я смогла разобрать только: тысячелистник, ромашку и кажется это была душица, остальные мне были совершенно не знакомы.
— Добрый, — ответили дети и замолчали. Видимо я своим присутствием, нарушила их маленький девичник.
— Сегодня, отличная погода. Небо немного хмурое, но дождика не должно быть, — произнесла я, пытаясь разговорить девчонок. Мне необходимо понять, где я очутилась, а спрашивать в лоб об этом, довольно опасно.
— В Фернсе всегда такая погода, ничего особенного, — ответила самая маленькая из них.
— Но сегодня особенно чудесный вид, — пояснила я, — ой… совсем вылетело из головы, а как называется это море?
— Ибернийский океан, — тихо сказала, самая старшая, настороженно переглядываясь с подружками.
— Спасибо, — поблагодарила и решила больше не приставать с вопросами, а то мало ли. И задумалась, вспоминая географию и историю Земли, но об океане с таким названием я не слышала. Полученная информация мне ни капли не помогла, и я до сих пор не располагаю сведениями, где нахожусь. Как дальше быть, тоже не знаю, не лезть же к людям с вопросами: «а расскажите кто я и где я»?
За несложной и ароматной работой, в мыслях далёких от радужных, я и девчонки перебрали все травы в ранее небольшом стоге сена, связанные пучки тут же утащила, Морна (так к ней обратились мои напарницы).
И как только мы закончили с разбором, девчушки не задерживаясь более, убежали в дом, а мне если честно, идти туда совсем не хотелось. Там воняет, грязно и есть люди, а я пока не готова к общению.
Но и мозолить глаза, сидя без дела на лавке под навесом, тоже не стоит. Решено — необходимо осмотреться. Быстро поднялась и пока меня не заметили, рванула за здание. Зайдя, как оказалось, за самый большой дом в этом поселении, я принялась рассматривать маленькие домики.
У каждого из них сновали люди, занимаясь повседневными заботами. Осторожно разглядывая их, стараясь делать это незаметно, я убеждалась, что попала в Среднее века. Судя по одежде и построенным домам, больше похоже на Европу, хотя я могу ошибаться.
Продвигаясь, всё дальше от главного дома, огибая разные постройки, от жилых до сараев, из которых доносились кудахтанье кур и хрюканье поросят, я наконец-то добралась до каменной стены, невысокой, всего метра полтора. Найти выход не составило большого труда, пройдя всего шагов двадцать, я обнаружила калитку. Что интересно, меня никто не задержал, не остановил, вообще пока я шла по деревне, люди совершенно не обращали на меня никакого внимание.
За калиткой меня снова ожидало потрясение. Живописный холм, стадо овец, пасущихся на нём. Цветущий вереск окрашивал склоны холмов в нежные сиреневые тона. В туманной дымке цепью тянулись горы, а их белые шапки розовели в лучах прячущего за них солнца.
— Как это прекрасно, — чуть слышно вымолвила и замерев от восторга, смотрела на удивительную красоту. Через несколько минут, оглянувшись, посмотрела на деревню, вспомнила, что меня там ожидает и решила задержаться здесь.
Удобно расположилась на сочной зелёной траве, я наблюдала, как горы, проглатывают яркое солнышко. Стадо овец, подгоняемое маленьким человечком, взбиралось на следующий холм. В двухсот метрах справа журчала по камням серебристая река. Местность здесь была неровная, слегка холмистая, и речка петляла, кружила и тянула затяжные повороты, огибая возвышенности. В такие моменты, душу пронизывает светлое ликование, какое-то чувство умиротворения и тихой радости растворяет все мелкие суетные мысли и печали.
Но насладится в полной мере яркостью красок, слиянием разнообразных звуков, всех тех красот, которых мы попросту не замечаем, находясь в повседневных буднях, мне не позволили. Со стороны небольшого перелеска раздался стук копыт, и через минуту, как бы в подтверждение, из леса начали выезжать всадники.
Глава 2
— Куинни, малышка. Ты в порядке? — пара всадников резко остановились около меня и спешились. Остальные промчались мимо, старательно отводя от нас взгляд.
— Да, я в порядке, — ответила (в моём случае немногословность, это спасение) с удивлением рассматривая обоих мужчин. Они были высокими, широкоплечими, красивыми, черты лица грубые, словно вытесаны из камня. Отличие было в цвете волос, глаз и, наверное, во взгляде.
Говоривший был рыжим, такой яркий оранжевый оттенок волос и с серыми я бы сказала прозрачными глазами. На лице, казалось навеки застыла маска превосходства, а взгляд был холоден, в отличие от его заботливой улыбки.
Второй был смуглым, его тёмно-каштановые волосы, длинной до плеч, были собраны с боков в тонкие косички, а макушка отдавала рыжиной, из-за выгоревших прядей на солнце. На его лице в обрамлении густых ресниц сверкали ясные голубые глаза. Они смотрели пристально, словно пытались разглядеть во мне, что-то только ему известное.
— Уже вечереет, тебе лучше вернуться в крепость, — продолжил рыжий. Я еле сдержала ухмылку услышав столь высокую оценку низенького забора.
— Да, пора возвращаться, — согласилась с мужчиной.
— Тебя подвести?
— Нет, я доберусь. Не стоит меня ждать, — пробормотала, от пристального взгляда темноволосого мужчины, мне становилось не по себе.
— Не задерживайся, — вскочив на лошадь, рыжий направил её к воротам.
— Куинн, не разгуливай за крепостью в одиночестве, это может быть опасно, — произнёс темноволосый, — идём я провожу тебя.
— Хорошо, — не стала сопротивляться и настаивать на своём. Поворачиваясь к деревне, ещё раз взглянула на темноволосого — у мужчины на лице мелькнуло и тут же исчезло удивление. Хм… с чего бы это.
Незнакомец довёл меня до двери дома и не прощаясь быстрым шагом ушёл в направлении хлева, ведя на поводу коня. Весь путь до дома мы проделали, не говоря ни слова, я не знала, что сказать, а он видимо молчун.
Я несколько минут смотрела вслед уходящему мужчине, но к сожалению, мне пора вернуться в дом. Заходила в холл, задержав дыхание, но всё равно зловоние сбило меня с ног. Дикий хохот и крик, резким звуком ударили по всё ещё продолжавшей болеть голове. К вечеру народу в холле набилось слишком много для такого небольшого помещения.
В основном это были мужчины, они смачно жевали огромные куски мяса, запивая чем-то из глиняных кружек и тут же кидали обглоданные кости собакам на пол. Женщины сидели рядом, их было гораздо меньше, но поведением не отличались. Они так же аппетитом ели, и так же подкармливали животных объедками. Смотрела на всё это и у меня возникало странное несоответствие между чувством голода, при виде аппетитного куска мяса и подступающей к горлу тошноты от повсюду валяющих объедках. Голод всё же победил, три дня на жидкой похлёбке, без куска хлеба, долго не продержишься.
Но приблизится к столу — боялась, я пока не поняла какое место занимаю в этом сообществе. Может моё на полу вместе с собаками, хотя отдельная комната… точно, что-то не сходится. Погрязнуть в размышлениях, не дал всё тот же рыжий:
— Куинн, что ты замерла. Лекарь разрешил тебе есть мясо, иди сюда.
Его голос прозвучал неожиданно громко, мужчины, сидящие за столом на секунду, замерли, с поднесёнными кружками у рта, но через мгновение продолжили возлияние. Только лишь две дамы, не спускали с меня свой взгляд, и он мне не понравился.