Не время для героев. Том 5 (СИ)

Невероятное предположение, едва не вызывает смех! Но и отбросить его нельзя! Есть крохотный шанс, что это правда!
И если это так, то я таскаю на руке древнюю реликвию, которым в этом мире поклоняются, как вместилищам богов! Как-то даже не по себе от таких новостей… И что мне делать с этим знанием?
А может, я зря переживаю? Может, артефакт похож внешне, но не более…
Здесь явно скрыта какая-то тайна… Но Эйса не может помочь выяснить правду о перчатке, а вот рассказать больше о том, как устроен мир — вполне.
На этом я и решаю сосредоточиться. По-крайней мере, нужно прояснить, что за колдуны повстречались мне в замке, и ждать ли от местных жрецов каких-то проблем?
— Ты сказала, что в свободном Анклаве каждый правитель сам решает, как ему править, и упомянула Ордена. Скажи, Эйса, чем занимаются эти Ордена? Карают ли тех, кто… не поклоняется Творцу?
— Конечно карают! — широко распахивает глаза рыжая и смотрит на меня с сомнением. — В Свободном Анклаве таких найти сложно, но дальше на север, в Теневых землях, говорят, всё ещё обитают последователи Зеал-Тора. Их уничтожают без всякой жалости!
— Есть и такие?
— Да. Те, кто мечтает, чтобы Предатель вернулся. Иногда они пытаются пробраться в Свободные земли, устраивают налёты на торговцев или даже целые поселения, проводят свои мерзкие ритуалы, чтобы установить контакт с астральным морем, и вызывают оттуда демонов. Но Ордена истребляют отступников при первой же возможности.
— Значит, эти Ордена — охотники?
— Не только, — качает головой рыжая. — Их очень много, некоторые не покидают пределы городов и заботятся о жителях, другие, напротив — всё время в пути. Одни посвящают себя медицине и используют имеющиеся в распоряжении осколки, чтобы исцелять страждущих. Другие, как вы сказали, являются охотниками на опасных зверей, живущих в джунглях и пещерах, или тварей, иногда выплывающих из астрального моря.
Вот оно! Вот то, что мне нужно!
— В дороге я слышал, что недавно такое случилось и поблизости. Паломники болтали, что из астрального моря появился целый замок! Днях в восьми пути к востоку, в одной из долин неподалёку от большого озера.
— Я слышала об этом, — с серьёзным видом кивает девушка. — Говорят, туда наведался один из Сейнорай, живущих на Воздушных островах.
— Вот как?
— Да! Он проезжал через Тиал’Лир около трёх недель назад. Говорят, он уже почти Велар, владеет тремя школами магии! И ещё ходил слух, что этот Сейнорай продал здесь одного из найденных в том замке демонов!
Стараясь выглядеть невозмутимо, в душе я едва не кричу от радости. Удача повернулась ко мне лицом! Я напал на след!
— Продал демона? Но… Как такое возможно? Как такое допустил Орден вашего города? Почему астральную тварь не убили сразу?
Эйса улыбается — мягко, почти покровительственно. Она не слишком образована, судя по её речи, однако явно радуется тому, что может рассказать прибывшему в город деревенщине, как устроен мир.
— Тиал’Лир — не дикая местность, и Орден Утренней звезды, который отвечает за астральную защиту города, имеет… Просвещённые взгляды на мир.
— Что ты имеешь в виду?
— Наши жрецы считают, что созданий астрала нужно изучать — чтобы уметь лучше противостоять им. И за многие годы после того, как ушёл Творец, Орден достиг больших высот в этом деле.
— Каких, например?
— Ошейники, ограничивающие способности тварей, заклинания, контролирующие их, клетки и комнаты, из которых они не могут выбраться. Астральные демоны появляются в нашем мире часто — и при каждой удобной возможности их не только убивают, но и ловят, ведь их души и тела ценны для тех, кто умеет их обуздать и использовать. И используют демонов по-разному — для опытов, изготовления усилителей и зелий, для изучения или… Я этого не одобряю, но даже для забав.
Услышанное хоть весьма полезно для понимания происходящего, но вызывает мрачные чувства.
— Значит, этого демона продали жрецам на опыты?
— О нет! — взмахивает рукой Эйса. — Нет, насколько я слышала. Вроде как он сражается на Арене.
 
— На Арене?
— Боевая яма для рабов и тех, кто хочет быстро подзаработать, — пожимает плечами рыжая. — Мой муж не одобряет таких развлечений… Но отец водил меня туда пару раз, когда я была ещё совсем маленькой. Иногда, чтобы разогреть народ, или устроить зрелище, против андабатов выставляют потусторонних сущностей. Их ограничивают штуками, которые владельцы Арены покупают у жрецов, но демоны всё равно сильны — и каждое такое сражение собирает толпы зрителей.
Во мне разгорается надежда.
— Значит, этот демон сейчас там?
— Не знаю, может быть, — пожимает плечами девушка. — Я слышала об этом на рынке, пару недель назад. Муж не одобряет, когда я интересуюсь такими вещами.
Мы с Эйсой разговариваем ещё какое-то время. Она (наконец-то) рассказывает мне о местных деньгах, некоторых законах, особенностях жизни в городе — и когда мы заканчиваем беседу, на Тиал’Лир уже опускаются сумерки.
— Лэр, ещё раз, спасибо вам за то, что вытащили меня из толпы, — потупив взгляд, произносит рыжая. — Я даже не знаю, что…
— Не стоит, Эйса. Ты помогла мне освоиться в городе — так что будем считать, что мы в расчёте, хорошо?
— Хорошо, — неуверенно улыбается девушка.
— Береги себя.
— И вы, лэр.
Отойдя на несколько шагов и обернувшись, вижу, что она провожает меня задумчивым взглядом. Махнув девушке рукой, я растворяюсь в толпе.
Теперь у меня есть направление для дальнейших поисков. Некая Арена в западной части города, где бьются рабы и андабаты — вольные люди, пришедшие заработать денег, выступая в опасных, а часто и вовсе смертельных схватках. И основные бои начинаются как раз вечером — когда дневная жара отступает.
Пока я добираюсь до места, пытаюсь осмыслить то, что узнал, да и вообще — всё произошедшее со мной с момента пробуждения в джунглях.
Сказать, что всё это странно — не сказать ничего. Мало того, что меня сильно смущает перчатка и все эти истории об Осколках и древних богах, так ещё и одна вещь не даёт покоя.
Беренгар сказал, что я «сам стал тёмным властелином». Тёмным — это в каком, интересно, смысле? Я был злым тираном, диктатором, угнетающим свой народ? Пошёл войной на соседей? Не из-за меня ли случился тот катаклизм, который упоминал призрак старика?..
Но я ведь вытащил Эйсу из-под ног тысяч паломников — я хотел её спасти, я посчитал это верным решением! Так может, теперь я не такой уж и «тёмный»? Или это из-за потери памяти, а когда она вернётся, я возжелаю крови и убийств?
Во мне точно есть задатки кровожадности. Я не испытывал жалости к разбойникам, и без сомнений перерезал им горло… Но при этом мне стало жаль зверька, даже если он укусил меня за палец.
При этих мыслях я осторожно поглаживаю пушистое тельце Хама, который дремлет, обхватив мою перчатку лапами.
Что ж, даже если раньше я был плохим человеком — сейчас ничего об этом не помню. Тогда есть ли смысл переживать? Не лучше ли попытаться измениться и стать другим?
За размышлениями я добираюсь до арены.
Ею оказывается огромная овальная постройка из рыжего камня с четырьмя арочными входами. Здесь народу лишь немногим меньше, чем было возле храма, а изнутри доносится оглушительный рёв сотен людей.
Выстояв немалых размеров очередь, я оказываюсь у широкой и высокой арки прохода, прорезанной сквозь старый камень. Её перекрывает группа охраны — пятёрка солдат в синей форме и в уже знакомых мне изящных доспехах, и ещё двое, от вида которых мне становится не по себе.
Эти мужчины закованы будто-бы в остов доспеха — стальной каркас охватывает их руки, ноги и тело. На руках установлены выдвижные клинки и самострелы, наподобие того, что лежит у меня в сумке, а за спиной висит что-то навроде мешка, подсоединённого к каркасу доспеха трубками. А сочленения этого доспеха подвижны, и при сгибании рук и ног издают тихий жужжащий звук.
Замерев, я разглядываю необычную конструкцию, и моё внимание не остаётся незамеченным.