Хорошая девочка для плохого мальчика

— Ты такой красивый…
— Чего? — нахмурился он.
— …но такой козёл! — заявила я, вскинув подбородок. — Что ещё сделать прикажет мой новый хозяин?
— О, вот второе мне нравится, — отметил он. — Зови меня наедине Мой Хозяин. А вот если первое ещё раз повторишь — я тебе придумаю очень гадкое и стыдное задание. Понятно, Бэмби?
Я смерила его задумчивым взглядом. Он мог бы. Лучше не злить его…
Надоест же ему когда-то измываться надо мной.
— Ладно, — ответила я, отвернувшись от него. — Всё на этом?
— И Назар не должен знать, что тебя попросил об этом я. Если будет спрашивать, почему ты с ним холодна, ты скажешь ему, что он тебе просто не нравится. Поняла?
— Да, — ответила я.
Ведь Даня не знает, что на самом деле мне вообще фиолетово на его брата. Можно сказать, что тут я отделалась малой кровью.
— Всё на этом? — снова спросила я, желая уйти от него поскорее.
— Нет, конечно, — ядовито улыбнулся парень. — Мы только начали. И второе моё пожелание — ты будешь прислуживать мне.
— Что делать? — уставилась я на него.
Я думала, он шутил, и одним кофе мы и закроем вопрос.
— Будешь моей прислугой здесь, в школе, — абсолютно серьёзно заявил он мне.
— Знаешь куда иди? — негромко сказала я, развернулась и уже хотела уйти от него, наплевав на дневник, как мне в спину понеслись строчки из него же…
— Всё было как у всех, пока однажды папа не погиб от несчастного случая на заводе… Мама совсем тогда с катушек слетела… Начала пить, ее выгнали с работы, лишили родительских прав. Меня отправили в детский дом…
Поперёк горла встал ком. Глаза защипало от подступающих слёз. Это был просто удар под дых. Он узнал обо мне такое… Я сама дала ему этот козырь в руки. Подло использовать его против меня же…
Я медленно обернулась на него, разглядывая, словно впервые увидела.
— Хочешь, чтобы все узнали, что твоя мать алкоголичка? — спросил он.
Больно. Унизительно. Слёзы жгли горло.
Он просто вывалял меня в грязи.
— Что я должна делать? — тихо спросила я, чувствуя, как подписываю сейчас негласный договор рабыни. Рабыни Даниила Бодрова.
— Пойдёшь сегодня со мной.
Дар речи я совсем потеряла…
    
25.
— К…куда? — спросила я.
В голове крутились всякие разные варианты, куда же я должна с ним пойти, и никакой мне не нравился.
— В спортзал, Бэмби, — ответил Даня.
— В спортзал? — непонимающе захлопала я ресницами. Это, конечно, не самый плохой из возможных мест, куда он бы меня позвал, но почему именно туда?
— Ну да, — насмешливо изогнул он бровь, очевидно, видел, что я не понимаю его. — Ты помнишь, что физрук просил тебя подтянуть? Или у тебя память как у рыбки — восемь секунд и забыла?
Ай, чёрт… И правда же, физрук меня вписал в эту дурацкую олимпиаду, где короли близнецы, а я буду корявый и неуклюжий шут при них…
— Помню, — ответила я.
— Ну вот и знай: каждый день после школы если нет факультативов мы будем заниматься спортом. Иначе ты нас опозоришь на все школы своими…кхм… Умениями. И учти: я строго буду спрашивать. Терпи и выполняй.
Значит, он решил меня загонять в спортзале… Не лучшая участь, но лояльнее, чем… Что-нибудь погорячее, что могло бы прийти в голову парня. Но, видимо, он и в самом деле ничего такого от меня не хотел, только поглумиться. Ну и слава богу!
— У меня во вторник и четверг театральный кружок, куда по твоей милости меня запихали, — отметила я.
Парень тихо рассмеялся. Видимо, он всё ещё находил свою шутку забавной и остроумной, в отличие от меня. Я даже не улыбнулась.
— Тебе прямо везёт, слушай, — подколол он. — Не хочешь вести активную общественную жизнь, а она тебя — хочет.
— Дико смешно, — фыркнула я, а парень рассмеялся громче.
— Короче, тогда у нас остаётся понедельник, среда и пятница. И в эти дни у тебя будут тренировки.
— А ты знаешь, что требуется выполнять на олимпиаде?
— Конечно, — кивнул он, лениво прислонившись плечом к моему шкафчику, возле которого мы и продолжили болтать. — Не первый день замужем. Но… Боюсь, что ты можешь не дожить до самой олимпиады и что-то вообще ничему не научитшся делать из её элементов…
Да я тоже в этом не уверена. Я бегаю сто метров со скоростью улитки, а потом ложусь умирать. Но деваться мне с тонущей подводной лодки просто некуда.
— Я постараюсь дожить, — отозвалась я, нахмурив брови.
— Ну посмотрим, — хмыкнул Бодров. — Короче, сегодня как раз среда. Так что жду тебя после уроков в спортзале, рохля. Будем делать из тебя человека.
Я поджала губы и недовольно уставилась на него.
— Можно без оскорблений? — спросила я.
— Можно, — оскалился Даня. — Если только ты будешь послушной девочкой.
Я промолчала на этот выпад. Буду игнорировать его и молчать, может тогда он меньше будет болтать обидного. Подвинула его и открыла шкаф, достала оттуда пакет с его ветровкой.
— Держи, — отдала я пакет ему в руки. — Я постирала её. Спасибо тебе, ты меня очень выручил.
— А что насчёт школьной формы? — спросил Даня, забирая у меня пакет.
— Мне звонила мама Лины. Она взяла мои мерки и сказала, что закажет срочный пошив нового комплекта в том же ателье, где шили и старую, — ответила я. — А тебе это зачем знать?
— Ненавижу несправедливость, — ответил он.
— Но сам себя ты не ведёшь справедливо, — поддела я парня.
— А мне можно, — нагло заявил он.
— Да правда что ли?
— Правда, — улыбнулся мне Бодров. — Мне теперь можно всё, Бэмби, и даже немного больше. Ведь я кое-что знаю о тебе…
Слушать опять об этом было просто невыносимо. Я закинула рюкзак на плечо, намереваясь уйти.
— Я тебя услышала. Буду в спортзале после уроков, — сказала я и уже развернулась и сделала шаг, как он ухватил меня за руку и потянул обратно.
— А тебя разве кто-то отпускал? — спросил он, подтащив меня к себе ближе и заглянув в мои глаза своими ледяными. И злыми. — Будешь уходить, когда я позволю.
— Что ещё тебе надо? — кипела я внутри, пытаясь забрать свою руку. Он держал её крепко, хоть и боли, как ни странно, не причинял.
— Сидеть будешь со мной. За партой, — заявил он мне.
— Зачем? — вскинула я брови. — Тебе же самому это не нравится.
— Я буду списывать у тебя, Бэмби. А ты будешь всё решать для нас.