Мне всегда будет 44
Так проходят выходные. Уезжает мама успокоенная: дети живут хорошо, в доме – достаток, дети и муж накормлены и ухожены. Что еще надо в наши непростые времена? Флора тоже довольна: мама в порядке, глаза ее лучатся по-прежнему улыбка все так же светла…
Следующие недели проходят в привычных делах и заботах. Подруги трудятся, Альфред тоже, дети учатся. Все идет своим чередом. «Пора планировать отпуск»,– думает Флора. Дети, оказывается, тоже.
–Мама, а мы поедем в этом году на море?– спрашивает Ринат за ужином.
–Как папа скажет,– отвечает Флора, с интересом вглядываясь в лицо мужа.
–Поедем!– решительно заявляет он, и все радостно улыбаются.
Море встретило их привычным шелестом волн. Уже по пути из аэропорта дети начали высматривать его в окно. И вот автобус огласился радостными возгласами: «Море! Море!», и все прильнули к стеклам. «Еще две недели впереди, налюбуетесь еще»,– говорит Альфред сыновьям, хотя и сам возбужден не меньше их. Флора тоже счастлива: она любит море, любит плавать, растворяя всю усталость души и тела в его теплой упругой воде, любит качаться на волнах, отдаваясь их мерному покачиванию. Любит его бескрайность, силу, многоцветие – сколько на него ни смотри, оно все время разное, с многочисленными оттенками. У татарского народа есть очень красивая песня про Адриатическое море, и сейчас Флора начала ее про себя напевать. «Надо будет обязательно съездить на Адриатику»,– думает она.
Они поехали в Пицунду – абхазский курорт, где раньше размещался Дом творчества писателей. Стройные и ароматные реликтовые сосны, дополнявшие морской пейзаж, делали воздух курорта еще целебнее и богаче. С развалом Советского Союза развалилась и система выделениях путевок в кавказские здравницы для членов Союза писателей. Теперь в них отдыхали все те, кто мог себе это позволить. А когда открылись границы, россияне кинулись штурмовать Анталию, Кемер и Мармарис, стремясь получить как можно больше невиданного ими ранее комфорта и удовольствий по системе «все включено». Но Флора побоялась, что бесплатные бары прикуют Альфреда к стакану, и весь отпуск он проведет у бассейна. О загулах россиян в турецких отелях ходили анекдоты. Шопинг ее тоже не интересовал: она любит экскурсии, прогулки, чтение – все то, что делает жизнь богаче и интереснее. Да и дороговато, по мнению мужа, выходило на четверых анталийское побережье. А море оно есть море – везде хорошо, рассудили они, оставив мечты о новых берегах на будущее. Альфия же осталась работать и сторожить дом, не желая обременять друзей еще и на отдыхе.
«Горячие хачапури с сыром! Горячие хачапури с сыром!»– пляж был полон отдыхающими, и голос продавца заглушался гомоном и шумом волн. Флора отложила книгу и снова закрыла глаза. Дети играли в волейбол, Альфред спал сном младенца, разомлев на солнце – мирный отдых счастливой семьи в отпуске. Завтра они поедут смотреть Ново-афонские пещеры. Это будет завтра, а сегодня можно просто блаженно отдыхать после целого года напряженного труда, тревог, забот…
Глава 34. После. 2007–2014–Жанкисэккэем, ты еще не хочешь встать?
Мы на новогодних каникулах, и я отдыхаю в своей новой уютной спальне. Я так устала от забот и напряжения минувшего года, что не тороплюсь пересаживаться в кресло. Мальчики еще тоже не заглядывали пожелать мне доброго утра и поцеловать маму. Наверное, тоже еще спят. Альфред же уже на ногах. Пора вставать и готовить вкусный праздничный завтрак. «Приготовлю сырники,– думаю я лениво.– Политые сметаной с вареньем, они ничуть не хуже оладьев». Мне нравится хлопотать на моей новой кухне. Да и Галия на праздники отпущена отдыхать, так что все хлопоты по хозяйству – на мне, а заботы обо мне – на муже.
–Пожалуй, встану,– говорю я ему и прошу одеть меня сегодня в уютный домашний костюм. Этот день можно провести с книгой, сидя в уютном кресле моей светлой гостиной, как все счастливые люди, время от времени поглядывая на украшенную елку. «Покормлю мужчин, и выберу, что почитать. А вечером все вместе что-нибудь посмотрим»,– решаю я. Благо подруга принесла мне целую кипу книг и фильмов.
Жизнь в новом доме, действительно, потекла счастливо. Альфред не спешил покинуть дом, который он с удовольствием обживает. Ему здесь хорошо и комфортно, как и сыновьям. Правда, скоро они покинут гнездо – выросли, возмужали. Пока же мы живем одной большой и дружной семьей. То, что первого января я не встала с кровати на ноги, меня не сломало. Тем более, что чудо все-таки случилось – я смогла пошевелить пальцем. Я никому об этом не рассказываю, боясь расплескать это волшебство, как долго ждавшая ребенка женщина боится рассказать о своей беременности. Для меня это не маленькая победа, а огромная долгожданная радость и я боюсь ее сглазить. Даже Альфии и маме я пока ничего не говорю. При мысли о маме я привычно тянусь к телефону и набираю ее номер. Проговорив с ней полчаса, я звоню брату. «Как ты, счастливая домовладелица?– бодро интересуется Амир.– не заблудилась в своем большом доме?». Шутка актуальна – поначалу мы все не могли привыкнуть к новому пространству вокруг, попадая не туда, куда собирались, и весело над этим смеялись. Мы вообще стали много улыбаться, переехав в новый дом – так тут было светло и красиво, что для негативных мыслей не оставалось темных закутков. Здесь стены не давили, а помогали, как и положено стенам в родном доме.
–Давай завтра развесим наши фотографии из путешествий по стенам,– предлагаю я мужу, и он охотно соглашается.
Камиль распечатал их по моей просьбе в большом формате, и теперь они будут нам постоянно напоминать о счастливых днях нашей жизни. Я беру стопку и долго их перебираю: вот Венеция, вот Флоренция, вот Чехия… Мы на них кажемся такими молодыми и жизнерадостными. Счастливая красивая пара среди красоты мира… Я беру в руки зеркало и долго вглядываюсь в свое лицо: сильно ли оно изменилось за эти годы? Не так уж и сильно: морщин пока нет, глаза еще светятся, а раннюю седину я закрашиваю тонирующим бальзамом. Годы страданий оставили свои шрамы только в душе, пощадив лицо. Альфред тоже хорошо сохранился. Пожалуй, даже слишком хорошо…
Все новогодние праздники мы проводим дома за приятными домашними хлопотами. Раньше, в прежней жизни, мы бы уехали на это время куда-нибудь, Но в эти дни нам так хорошо здесь и сейчас, что мы наслаждаемся каждым прожитым днем в уюте нашего теплого и нарядного жилища. К нам заходят знакомиться новые соседи, мы весело проводим с ними вечера. Тут, как в деревне, живут одним большим поселком: все друг друга знают, общаются, ходят друг к другу в гости. Это мне тоже нравится. И я веду отсчет своей новой жизни – в новом году, в новом доме, с новыми мечтами. Но мое главное желание не оставляет меня ни на минуту, и я продолжаю трудиться над своим телом. И вот уже кончаются каникулы, наступают трудовые будни. «Пешком теперь до работы не прогуляешься»,– думаю я, когда за мной приезжает мой служебный автомобиль. До работы ехать теперь дольше, но я люблю эти минуты, люблю смотреть в окно машины, любуясь пролетающими мимо видами. Я чувствую себя путешественницей, которая едет в аэропорт или на экскурсию…
…Дни нанизываются один на другой, пролетая как столбы фонарей за автомобильным окном, отмеривая год вехами незначительных и значимых событий. Вот начал таять снег, и природа начала переодеваться к весне. Вот появились первоцветы и зацвели мои фруктовые деревья. А вот уже в моем саду, где я так люблю проводить солнечные дни, распустились пионы. Вот Камиль получил диплом. Вот он устроился на работу и уехал в Москву. Вот Ренат привел в дом девушку, на которой хочет жениться…