Все будет по-моему! Арка 9 (СИ)

«Раз на то пошло, то мне следовало принести сюда гроб, но ты превзошёл мои ожидания.»
«Я старался не ради вас, а ради своей жизни. И искренне надеюсь, что Ваше Величество больше не соизволит со мной так шутить.» — холодно изрёк Кён.
«Лучше не надейся, и тогда будет меньше неприятных неожиданностей.» — мурлыкнула Гера, облизнув шершавым языком кисть руки, не отрывая алого взгляда от добычи.
Кён омрачился, хотя в действительности ничуть не удивился.
Такое выражение на лице юноши подняло настроение Геры, и она, виляя соблазнительной упругой попой, направилась во вторую дверь — в душевую.
Тем временем Кён забрал лежанку из своих покоев и разместил её ровно в пяти метрах от лежанки императрицы. Честь, которую ему предоставили, невозможно переоценить, однако для парня этого мало. Пока он не будет лежать с ней в обнимку — всё зазря!
Вскоре скрипнула дверь.
Глаза Кёна округлились, когда он увидел вышедшую из душа мантикоршу. Она массировала полотенце, завёрнутое конусом на голове. Но реакция парня обусловлена другим: женщина была полностью голой!
Нагой вид столь величественной красавицы будоражил воображение. Её точёное тело идеально балансировало между мощью и женственностью, что подчёркивали тени между изгибами. Каждая деталь казалась совершенной: длинные стройные ноги, упругие бёдра и тонкая талия со спортивным животом. Её идеальной формы грудь с торчащими от холодного душа сосочками заставляла кровь бурлить и приливать к причинным местам. Небольшой красный кустик между ног был вишенкой на изысканном торте.
Если убрать звериные признаки и ауру, то за право владеть такой красавицей лучшие бордели мира устроят кровавую баню. Но, разумеется, её положение и могущество играли первостепенную роль в создании образа: не просто запретный плод, а легендарная ягодка с ядовитыми колючками, способными убить даже древнего дракона.
Императрица ничуть не смущалась своей наготы. Она вообще не заметила, что на неё пялятся. А даже не будь она высшим зверем, всё равно вес юноши в её глазах слишком мал, чтобы его внимание вызывали в ней чувство стыда. Максимум — небольшое смущение, и то если характер и воспитание подходящие.
Гера устроилась поудобнее на лежанке и, наконец, обратила внимание, что на неё смотрят.
Кён сухо покашлял, старательно делая невозмутимый вид: «Я слышал, ваш отец был потрясающим императором… Самым сильным и мудрым. Это правда?»
«Даже не думай об этом.» — предупредила Гера, распознав замысел человека.
Кён завертел головой: «Даже в мыслях не было! Просто любопытство. А это правда, что Леоро больше десяти тысяч лет отроду?»
«Ещё одно слово про моего отца…» — пригрозила Гера.
«Извините за бестактность! Я не подумал, что вам может быть больно о нём вспоминать…»
«Ты заблуждаешься.»
«Заблуждаюсь?» — Кён всячески старался хотя бы завести диалог, но безрезультатно. Императрица попросту игнорировала его. К ней невозможно подступиться!
Сняв полотенце с уже сухих волос, Гера повернулась к человеку спиной, обмотала тонкую талию скорпионьим хвостом для удобства и легла спать.
У Кёна запершило в горле от столь соблазнительного вида упругой попки и небольшой розовой расселины между ног. Эта глупая кошка будто специально дразнит его! Хотя в действительности она даже не подумала, что щекочет ему нервы.
Кён задумался, а как отреагирует Гера, если он начнёт мастурбировать? Не сочтёт ли она это за оскорбление? Возможно ли её соблазнить таким образом, играя на неудовлетворённом половом инстинкте? На Триане же когда-то сработало!
Кён знал, что высшие звери никогда не мастурбируют, только если их не научить. В их обществе вообще отсутствует понимание о пошлости. Даже начни они спариваться на улице, это никого не смутит. От этого их останавливает только этикет. Примерно такой же, как запрет на курение в общественном месте в культурной стране.
Кён пришёл к выводу, что риск оправдан, поэтому взялся за дело. Попытка не пытка. Он должен предпринимать хотя бы какие-нибудь попытки, чтобы подобраться к Гере!
 
По едва заметному изменению в сердечном ритме мантикорши Кён смекнул, что она обратила внимание на его действия. С её мощным пассивным сканированием, сравнимым со всевидящим третьим глазом, было бы странно, не заметь она его твёрдое достоинство, которое он циклично натирает ладонью вверх-вниз.
Любопытство Геры нарастало, и она, наконец, спросила: «Что ты делаешь?»
Кён, не останавливаясь, ответил: «Делаю то, без чего не смогу уснуть.»
*молчаливая пауза*
«Прошлыми ночами ты этого не делал.»
«Прошлыми ночами у меня перед глазами не было голой красавицы.»
*молчаливая пауза*
«Почему бы тебе тогда не смотреть на меня?» — раздражённо спросила Гера.
«Я — человек. Мои глаза не могут оторваться от вас. Вы слишком хороши собой.»
Императрица растерялась, не зная, как реагировать. Что человек имеет в виду? Он похвалил её внешность? Но ей не нужны его комплименты! Или это он так оправдал свою похоть, над которой потерял контроль?
Заметив, что взгляд юноши устремлён в интимное место, Гера невольно напряглась. В причинном месте появился ощущение, будто там её что-то трогает. Это вызывало дискомфорт, но сопровождалось чем-то волнительно-приятным. Наверняка ведь воображает, как проникает в неё! Но если так подумать, то человек не нарушает границы её личного пространства и не делает чего-то неприемлемого, так? Тем более, нет ничего удивительного в том, что он заинтересован в ней, и им овладела похоть, не дающая ему уснуть.
Однако все эти оправдания вдруг померкли. Гера вздрогнула от неожиданности, когда из достоинства юноши что-то выстрелило. Она обернулась и красивыми округлыми глазами уставилась на подрагивающий твёрдый ствол, выпускающий фонтанчиком белую жидкость. Что-то внутри сильно сжалось, и вспыхнуло возмущение, которое мантикорша объяснила тем, что её использовали против воли, пусть и в переносном смысле.
«Больше не смей заниматься этим в моих покоях!» — изрекла Гера с угрозой.
{Проклятье… Только зря драгоценную жидкость израсходовал.} — Кён досадливо цокнул. Похоже, с этой стороны к ней тоже не подобраться. Благо хоть легко отделался. Не будь она высшим зверем, несомненно отрезала бы ему шарики и не только.
Незаметно наступило утро. Завтрак подошёл к концу.
Отодвинув тарелку, Гера сказала: «У меня есть для тебя императорское задание.»
Кён мрачно посмотрел на мантикоршу, глаза которой азартно блестели.
«На его выполнение у тебя те же самые три дня начиная с этой минуты. Если не выполнишь в срок, то по закону будешь казнён. Как и в прошлый раз, тебе запрещено разглашать кому-либо, что задание дала я. Твоя задача — отнять у Диаманта Скорпикора, шестого принца, одного из питомцев: Диану Стоун.»
«А не проще ли было сразу приказать мне убить себя?!» — возмущённо крикнул Кён.
Ядовитая кошка с лёгкой очаровательной улыбочкой принялась игриво облизывать шершавым язычком жирные пальцы. Реакция человека, очевидно, обрадовала её; распалила в ней азарт, который и вынудил её затевать все эти задания.
{Су-у-у-ука-а-а, да я ж тебя замучаю, когда у меня будет такая возможность!} — подумал Кён, сжимая кулаки. Она дала ему ещё более невыполнимое задание, чем в прошлый раз!
Диамант, как известно всем в лесу, яростный любитель питомцев. Он владеет самым статусным питомцем в лесу — Дафной Клоуз, и недавно он завёл себе Дианой Стоун. Он заботится и оберегает их, и не оставляет ни на секунду. И сейчас Кён должен каким-то чудом отнять у него одну из них! Забрать сокровище у властелина прямо из-под носа!
То, что Гера приказала забрать именно Диану Стоун, означало, что она подошла к делу ответственно: собрала всю информацию и выяснила, что она приходится Кёну матерью. Возможно даже, она знает, что он с ней спарился, чтобы участвовать в турнире.
Кён сдержал рвущиеся наружу эмоции, — всё равно они только заводят мантикоршу, — и спокойно спросил: «Что я получу за выполнения этого задания?»