Богоборцы 5 (СИ)
— Всё в порядке? — что удивительно но спросил меня об этом Астерион, а Александра наоборот, отошла подальше. — Проблемы?
— Никаких! — я вдохнул полной грудью. — Наоборот, теперь всё замечательно! Двигаем? Вроде всё собрали?
— Конечно, — кивнул Минотавр и жестом подозвал водителей, которых у него было двое. — Нас не ждите. Леди Опсокополос доставите куда скажет. Всем сообщите что могут считать себя в отпуске, оплачиваемом естественно. О сроках возвращения к работе сообщу в СМС. Всё понятно? Свободны.
— Готов? — я поправил скрутку верёвки на плече. — Ну что попрыгали и поскакали?
— Виктор, можно тебя на минуту? — Александра стояла рядом кусая губы. — Всего пару слов.
— Конечно, — я пожал плечами. — Что ты хотела?
— Я так понимаю, отговаривать тебя бесполезно, — гречанка заметно волновалась и косилась на Астериона, который деликатно отошёл подальше, делая вид, что разбирается со снаряжением. — Не буду даже пытаться. Но всё же скажу, если встанет выбор, между вернуться одному и остаться с этой девочкой, умоляю тебя, возвращайся. Хоть ты и всё равно не послушаешь. Так ведь?
— Конечно, — улыбнулся я, — а знаешь почему? Потому что передо мной такой вопрос даже не стоит. Я всегда возвращаюсь, просто поверь.
— Но это царство мёртвых!!! — девушку трясло. — Ты что не понмаешь?! Оттуда не возвращаются!!!
— Брехня! — я щёлкнул её по носу. — я знаю как минимум два, а если учитывать нашего рогатого друга, то три случая когда это удавалось смертным. Так что у меня все шансы. Главное верить, понимаешь? Я вот в себя верю.
— Не сомневаюсь, — хлюпнула носом Александра. — Ты обещал! Понял! Только попробуй не вернуться! Я уже такие планы настроила, так что если что, приду и за шкирку вытащу!
— Договорились! — я протянул ей кулак, на который Саша с недоумением уставилась, не понимая что делать, так что просто обнял её, стиснув на секунду так, что девчонка пискнула. — Всё, не скучай. Мы быстро, туда и обратно, путешествие на пятнадцать минут. Ну что, Аст, двинули. Пора набить одну наглую крылатую морду. — И мы пошли.
Глава 26
— Ты серьёзно? — я толкнул ногой свзязку брёвен, — Мы поплывём через Стикс на плоту?! Я бы сказал что это безумная идея, но… блин, это самая безумная идея которую я слышал в своей жизни!!!
— Не хочешь плот — можешь отправиться своим ходом, — проигнорировал меня Астерион, продолжавший связывать брёвна между собой. — Или попроситься к Харону, он обожает выкидывать живых на половине пути.
— Это у него развлечение такое? — я припомнил всё что знал о перевозчике мира мёртвых и смогу ли я его одолеть. — Думаешь вдвоём не осилим?
— Его лодка просаживается под живыми. — оторвавшись от работы тяжело вздохнул Минотавр. — Думаешь, если бы была другая возможность, я бы тут извращался? Да ты хоть представляешь, сколько времени я потратил чтобы найти в Эребре и на Асфоделиевых полях подходящие деревья, срубить их и притащить в одно место?! Так может заткнёшься и поможешь наконец?!
— Да понял я, понял, — я хоть и не испытывал стыда, но всё равно тон сбавил. — Давай, говори что делать. Вяжем брёвна между собой?
— Нет, — Астерион указал мне на ветви. — Если верёвки попадут в воду — тут же растают. Нужно продолбить поперёк брёвен две канавки, в них уложим тонкие палки, сверху и снизу. А уже их будем крепить между собой. Да, конструкция так себе, но и выхода другого нет.
— А что это реально опасно? — я принялся за дело, обернув Смешер топором но стараясь особо сильно не бить. — Ахиллеса же в нём купали.
— И не только его, — кивнул Минотавр, не прекращая работы. — но заметь, за несколько тысяч лет известно всего трое или четверо тех кто выжил после этого. Так что статистика явно не в пользу рискнувшего.
— Знаешь, как говорят? — меня вдруг пробрало неуместное веселье и дух авантюризма. — Есть ложь, есть большая ложь, а есть статистика.
— Слышал, но это не тот случай, — хохотнул Астерион и вдруг замер. — Только не говори что ты хочешь…
— Ну не то чтобы хочу, — я тоже остановился. — Но думаю, а почему бы нет. Неуязвимость мне не помешает. И раз уж я здесь…
— Не, — Минотавр замотал головой. — Нет, нет, нет, нет! Скажи что ты шутишь!
— Да какие тут шутки, — я подошёл к берегу, глянул на серые волны, несущиеся к Тартару и принялся раздеваться. — Я серьёзен как никогда. У Ахиллеса же получилось? Чем я хуже?
— Может тем что у тебя нет матери-нимфы и прадеда Зевса? — скептически скривился Астерион, что на его морде смотрелось особенно выразительно. — Или ты реально мнишь себя Героем из мифов?
— Конечно нет, — я уверенно помотал головой, продолжая раздеваться. — Я — лучше! Так что мне точно ничего не грозит.
— Я впервые вижу такого самоуверенного психа, — бык уставился на меня как на блуждающего духа, которого гражданские зовут привидением. — Ты самоубийца! И зачем я только согласился на эту авантюру?!
— У нас в стране таких называют отморозками, — просветил я иностранца. — Да не ссы ты, всё будет чики пуки!
— Этого то я и боюсь, — вздохнул Минотавр, но не сделал попытки меня остановить. — Ты точно решил?
— А по твоему я разделся потому что люблю на людях хозяйством потрясти? — я снял носки, а затем поверх всех вещей осторожно положил свой артефакт из клыков зверобога и перстень Смешера, а затем снова подошёл к самому краю берега. — Знаешь, как у нас говорил один поэт? Уж если я чего решил, так выпью обязательно! Вот и я если решил… Джеронимо!
Не знаю, что толкнуло меня на это безумство. Я прекрасно понимал, насколько бредово это даже звучит — искупаться в Стиксе. Сто человек из ста скажут что это самоубийство. Но меня что-то звало это сделать, что-то прям подталкивало. Мол, тебе же это раз плюнуть. Пусть эти людишки боятся, но ты же лучше их всех. Сильнее быстрее, выносливее. Самое смешное что я понимал, что это бред, да и не сравнивал себя ни с кем, даже с тем потомком Геракла, просто потому что я и так хорош. Мне не надо никому ничего доказывать. Сам факт того, что я ещё жив, уже доказательство моей невероятной крутости. Но при этом я шёл к реке, может быть, чтобы доказать самому себе, что это не предел. И с кличем американских парашютистов, прыгнул прямо в серые, безжизненные воды реки мёртвых.
Волны сомкнулись над моей головой, а я буквально ослеп и оглох из-за навалившихся ощущений. Меня жгло адским пламенем и одновременно замораживало жуткой стужей абсолютного нуля. В каждую клетку, в каждый миллиметр кожи будто вонзилась острая стальная игла. Меня крутило, сжимало, растягивало и сплющивало. Я потерял ощущение где верх, где низ, и даже когда открыл глаза, вокруг была лишь глубокая тьма. И шёпот.
В первые мгновенья я его не услышал, но потом он начал становиться всё громче и громче. Я не мог разобрать слов и даже звуков, но понимал, это шёпот мёртвых. Они зовут меня, зовут стать одним из них, присоединиться к вечному хору, плыть по этим тёмным водам до бесконечности, пока само время не умрёт и разрушится само мироздание. Шёпот нарастал, давил, сбивал с мыслей, я уже не понимал, кто я и что тут делаю, только чувствовал, как холодные руки тянут меня на глубину… и тут в груди вспыхнуло пламя ярости. Медведь встал на дыбы и взревел и я заорал вместе с ним.
Я рванулся вперёд и вверх, сбрасывая с себя лапы мёртвых. Они пытались меня удержать, но ярость давала мне сил. Я грёб, грёб, и грёб до тех пор, пока не выскочил из воды, словно поплавок, но даже тогда не успокоился, а продолжал рваться. И лишь когда меня за загривок, словно щенка схватила громадная рука и буквально вышвырнула на сушу я немного успокоился. Немного, потому что меня била жуткая дрожь, я не мог сказать и слова, руки ходили ходуном, зуб на зуб не попадал, а глаза слезились и не видели ничего.
— Ты самый долбанутый человек которого я видел за всю свою жизнь, — слова Астериона доносились до меня словно через толстое одеяло и я не сразу понял, что такое ткнулось мне в губы. — Да пей ты!