Калейдоскоп. Многомирье (СИ)

— Отлично, — прошептал Иэрос, радостно потирая ладони. — Нашли всех сразу — всех сразу и заберем.
— Сомневаюсь, — пробормотал Паулус, оглядывая толпу фэйри, невдалеке от которой сидели люди. Некоторые из них напоминали крандов, однако из их тел торчали металлические лезвия и штыри. Образовав большой круг, они о чем-то переговаривались своей помесью скрипа и взмахов ветками. Вокруг суетились зелигены — яркие лесные цветы. Помимо них, Паулус заметил маленьких серо-коричневых существ, смахивающих на лягушек, и похожие на клубни создания. «Картошка на ножках», — усмехнулся он, оглядывая округлые тельца с копной яркой травы на голове, являвшейся одновременно и телом. Ходячие клубни носились по долине, мешая другим фэйри, но остановить их никто не пытался. «Дети? Молодняк?» — предположил Паулус. Он перевел взгляд на Элеонору. Рассмотреть выражение ее лица не получалось из-за пыли. Клубов пыли и пепла.
Паулус впервые задумался, почему местность внутри низины выжжена. Причем граница между живым лесом и сгоревшим была такой точной, словно пожар отгородили защитным полем. Учитывая, что Орден ни тушением, ни поджиганием лесов в Зеленом мире никогда не занимался, вывод напрашивался только один.
— Это работа эмоциоников и их марионеток, — Паулус стиснул кулаки. «Видимо, эти фэйри решили, что Дерек, Элли и остальные пришли их уничтожить, как другие люди уничтожили их дом».
— О чем ты?
Оказывается, Паулус говорил вслух. Он повернулся к Иэросу:
— Эмоционики и подчиненные им люди — думаю, они сожгли эту долину. А фэйри приняли магистра Клэптона и остальных за врагов и поймали их.
— Вот как, — фобос поскреб кончик носа. — Тогда будем ждать.
Заметив, как нахмурился Паулус, он добавил:
— Если мы там покажемся сейчас, то нарвемся на драку, верно? Ты уверен, что мы сможем выбраться из этой драки вместе с остальными? Неизвестно, чем фэйри их обрызгали.
— Обрызгали?
Иэрос указал на маленькие клубни.
— Не думаю, что они просто так пыльцу разбрасывают.
Теперь Паулус понял, откуда столько пыли в низине. Понял он и то, почему никто из пленников не шевелился. Они либо спали, либо потеряли сознание. «Либо умерли», — следом подумал исследователь, но отогнал эту мысль подальше. Однако именно она продолжала впиваться в сознание, рисуя картины бездыханного тела Элеоноры в фиолетовом гробу.
Долго Паулус бы не выдержал, он вообще нервный и дерганный по натуре. Поэтому он стал искать решение. Как ему вытащить людей и не вступить в схватку с фэйри? Из-за выжженной растительности спрятаться внизу негде. Если только заставить фэйри уйти. «Может, напугать их?» — Паулус перевел взгляд на фобоса.
— Господин магистр, а как действуют ваши заклинания?
— Это не заклинания, это естественное воздействие, — заметив, как насупился Паулус, Иэрос вздохнул. — Я точно не знаю. Мы всегда опасались обследований с помощью технологий Синего мира.
— А как же исследования профессора Креспена? Я знаю, он не выдвинул официальной теории, но неужели он не озвучивал свои догадки?
Магистр поднял глаза к небу, пытаясь вспомнить.
— Кажется, это связано с волнами разной частоты. Точно не помню. Тео недолго занимался этим вопросом, он быстро переключился на теорию информационного поля. Тео… Да благостно было его слияние, — закончил Иэрос тихо, но с чувством. Паулус кивнул: покойный профессор Креспен проработал в Ордене всего пять лет, но его успели очень полюбить. Раньше имя Тео Креспена упоминалось довольно часто, особенно среди исследователей-теоретиков, к которым относился Паулус.
«Не о том думаешь! — Паулус помотал головой, повторяя про себя ответ магистра. — Волны… Дерек говорил, что фэйри очень чувствительны к вибрациям, а это тоже разновидность волн. Но ведь совершенно иного типа… Какхе, неужели на эти растения не подействует сила Иэроса?!»
Дождь, давно превратившийся в мелкую изморось, совсем прекратился.
— Господин магистр, — начал Паулус, не сводя взгляда с фэйри. Подобия крандов продолжали обсуждение, в то время как зелигены согнали лягушат и клубни к дальнему склону.
 
— Да?
— Вы сможете дотянуться своими волнами до этих существ?
Иэрос окинул взглядом расстояние от холмика до фэйри и глубоко вдохнул.
— Я постараюсь.
Он поднялся с земли и пополз к краю низины.
[1] Хэйз (англ.Hathe) созвучно с английским haze — туман, отсутствие ясности в мыслях
 Глава 26 
— Стойте, не сейчас! — громко зашептал Паулус магистру в спину.
Однако Иэрос уже оказался на вершине склона. Его тело побледнело. Невидимкой он не стал, но в высокой траве его было сложно заметить.
Паулус съежился, ощущая, как кожа покрывается мурашками. В силуэте фобоса проступали черты то дикого зверя, то старухи с огромными клыками, то Кешиссе, то поросшего тиной и водорослями Дамтума. Паулус опустил взгляд в низину.
Сила Иэроса мало влияла на фэйри. Возможно, будь они обычными растениями, и не повлияла бы вовсе. Но магистр был невероятно силен, и потому фэйри все-таки ощущали страх. А то, что они не могли найти источник тревоги, лишь усиливало волнение. Подобия крандов прекратили проходившее со скрипом — в буквальном смысле — совещание. Зелигены стали кругом, чтобы защитить малышей. К ним уже шагали древесные фэйри. «Они готовятся к обороне», — догадался Паулус и обратился к Иэросу, стараясь не смотреть на того:
— Господин магистр, начинайте спускаться. Я пойду следом и освобожу магистра Клэптона и девушек.
Фобос не ответил. Однако трава зашелестела. Вскоре послышался скрип и скрежет. Паулус выглянул из-за холма: древесные фэйри были настроены агрессивно, но нападать опасались. «Нужно торопиться», — Паулус вскочил и мгновенно остановился, парализованный страхом. «Успокойся! Думай об энергии жизни, думай о людях, нуждающихся в помощи», — повторял он. Ведомый своим даром, Паулус спустился по склону и, превозмогая боль и усталость, подбежал к пленникам.
При быстром осмотре серьезных травм не нашлось. К тому же пленники не были связаны. «Духи милостивые, прошу, сделайте так, чтобы они сейчас очнулись», — молился Паулус, концентрируя энергию в ладонях. Он часто использовал «оживляющий щипок» на Элли, когда она клевала носом по утрам. «Пожалуйста, пусть он и сейчас сработает», — попросил Паулус, слегка сжал кожу на ладони Элли и выпустил разряд.
— Ай! — дернулась Элеонора, открывая глаза. Паулусу очень хотелось немедленно убедиться, что на ней нет ни царапинки, но время поджимало. Он занялся Дереком, а потом Хертой и Зоей. Когда Паулус закончил, Элеонора успела немного прийти в себя.
— Какая же ты бестолочь! — воскликнула она, мешая радость с обидой. — Чуть свою жизнь не отдал, и все ради того, чтобы нас повязали ходячие деревья.
— Так получилось, — Паулус смущенно поскреб щеку. Слез, заблестевших в уголках глаз Элли, он не увидел.
— Спасибо, Паулус! — Дерек с силой тряхнул его руку; потом он перевел взгляд на дальний склон. — А там Иэрос, да?
— Да. На фэйри его сила тоже действует, пусть и не так хорошо.
Дерек кивнул и с легкостью поднялся на ноги. Паулус, который с трудом сгибал суставы, мог ему только позавидовать.
— Как будем действовать? — спросила Херта и сама же ответила: — Надо сначала выбраться из низины, а затем дать сигнал, чтобы магистр Иэрос отступил.
Никто не возражал. Однако стоило им оказаться на склоне, как сверху, со стороны холмика, где прятались Иэрос и Паулус, показались утыканные железками псевдо-крандов.
— У кого есть оружие? — спросила Херта.
— У меня, — сообщил Дерек.
— И у меня, — добавила Зоя.
Элеонора закусила губу.
Херта достала бластер и произнесла:
— Новый план. Элеонора, зови магистра Иэроса сюда. Зойа, господин магистр, будем отстреливаться.
Дерек помрачнел, но спорить не стал.
— Паулус…
— Да? — оживился исследователь.
— А что ты можешь сделать?
— Я? Ну…
— Вперед! — скомандовала Херта.