Калейдоскоп. Многомирье (СИ)

— Скорее всего. Иначе с чего Яно-сану благодарить меня за избавление от него?
— А это существо — оно было здесь в единственном экземпляре?
— Нет, — ответил уже Дерек. — Их много. Они вселяются в людей и влияют на их мысли. Не совсем понял, как именно, но, кажется, это связано с манипуляцией эмоциями. Они образуют единый с человеком организм — даже мысли становятся общими. Поэтому Ясухиро говорил о пустоте внутри.
Магистр Клэптон прервался, увидев, как глаза слушателей стремительно округляются.
— Я давно мечтал выучить японский. И полгода назад начал над этим работать.
— Знай об этом убийца… Вы чудом спаслись, господин магистр, — прокомментировал Паулус.
— Именно, — Дерек вздохнул. — Сейчас эти существа заполонили весь Орден. Они среди стражников, исследователей, врачей. Ясухиро начала говорить про кого-то из магистров, и тогда…
— Кого-то? — настороженно уточнила Элли.
— Магистр Клэптон чист, — вступилась за Дерека Мила.
— Относительно.
Дерек закусил губу.
— Я виноват. Я знаю…
— Продолжайте, господин магистр. Вы рассказывали нам про заговор, — отрезала Элеонора.
— Я извинился. Если нужно, могу еще раз.
Элли промолчала.
— Ясухиро успел рассказать, что эти монстры хотят уничтожить Орден и один из миров, — продолжил Дерек. — Полагаю, что их главная цель — это мир, а наша организация — серьезная помеха, но не более того.
— Зачем им чужой мир? — удивилась Элли.
— Возможно, они завоеватели, — предположил Реджинолд.
— И столько лет потратили на простую помеху? — скептично отозвалась Мила.
— Сколько лет? — теперь пришел черед Дерека округлять глаза. Мила поделилась теорией относительно кражи универсального ключа и беспорядков в Каторхо и Оморено. Повисла тишина.
— А ведь это возможно, — тихо произнес Паулус. Остальные кивнули. Только Реджинолд сидел неподвижно.
— И если это так, то, — магистр Клэптон задумался, — то вряд ли их цель — всего один мир. Возможно, речь идет о масштабном вторжении. О межпространственной войне.
«Домой хочу», — снова подумала Мила и с трудом удержалась от того, чтобы залезть под простыню. Кажется, остальным было не легче. Никто больше не проронил ни звука. Так и сидели тихо, обмениваясь встревоженными взглядами.
Молчание нарушил зашедший к ним Рейн:
— Все очнулись? Как себя чувствуете? Боли, головокружение, тошнота, слабость?
Пациенты дружно замотали головами.
— Это хорошо, — сказал он без полагающейся радости. Даже для него прозвучало слишком мрачно.
— Магистр Клэптон, пожалуйста, зайдите к магистру Сабенн-кури. Магистр Комнисен и Аминта тоже там.
— Рирха вернулась?
Глаубер кивнул.
— Магистр Иэрос отправился вместо нее.
— Неравноценная замена, — хмыкнул Дерек. Уловив направленный на него пытливый взгляд Рейна, он добавил:
— А дамы не могут прийти сюда?
— Исключено. Разговор при посторонних…
— А разве я имел в виду разговор? — невинно пожал плечами Дерек. — Я хочу, чтобы мне помогли добраться до кабинета. Вдруг ты не сможешь меня дотащить. Или хуже — тебя вызовут по делу. Ты сразу меня бросишь, мой ответственный друг.
Судя по выражению лица Рейна, он бы с удовольствием бросил магистра Клэптона прямо сейчас. Прямо на пол. И тихое хихиканье Элли и Милы усилило это желание.
— Одну минуту, — Рейн скрылся за дверью.
— Почему-то мне его жалко, — задумчиво произнесла Мила.
— Это называется любовь, — пропел Паулус.
— Идиот.
— Неизлечимый, — согласилась Элли.
Паулус фыркнул и повернулся к коллеге спиной.
Между тем в комнату вернулся Рейн, теперь уже сопровождая Рирху и Аминту. Посланница сразу переключилась на их энергетические рисунки. Через несколько секунд она с облегчением вздохнула и улыбнулась.
— С ними все в порядке.
— Конечно, — растерянно сказала Рирха. Кажется, она не знала, порадоваться, что ее подопечная выжила, или отчитать ее за своеволие.
Дерек приветственно кивнул и поднялся с кровати, изо всех сил изображая обессилевшего. «Станиславский рыдает от восторга», — подумала Мила, глядя за этим спектаклем. Внезапно ее осенило.
 
— Знаете, — начала она, — я могу ошибаться… но, кажется, все дхеосы хорошие. Они просто не могут быть плохими.
«Боже, что я несу?!».
— Вы ее на сохранность мозга проверяли? — спросила Аминта наполовину заботливо, наполовину издевательски.
— У девушки шок, — вступился Дерек. — А я еле на ногах стою. Так что пойдемте отсюда.
Дверь закрылась. Комнату вновь наполнила тишина, но менее тревожная.
— Не знаю, как вы, а я бы поспала, — сообщила Элеонора.
— Ты удивительно разумна, — Паулус вытянулся на койке и закрыл глаза.
Реджинолд и Мила переглянулись, пожали плечами и тоже легли.
«Навалились проблемы? Не знаешь, что делать? Ложись спать», — подумала посланница, укутываясь в простыню.
Полчаса спустя она поняла, что мозг с вековой мудростью Интернета в корне не согласен и спать отказывается, настойчиво перебирая все новые мысли. Мила попыталась переключиться на что-то более легкое. Мозг услужливо подкинул ей надоедливую песенку про уток, которые властители тьмы бездонной. А значит, в ближайшие несколько часов сон будет вне зоны доступа.
Мила оглядела соседей. Принявшая форму морской звезды Элли явно успела заснуть, а вот Паулус и Реджинолд, кажется, бодрствовали. Во всяком случае, уж слишком часто и аккуратно они вертелись.
— Эй, ребята. Вы спите?
— А ты догадайся, — угрюмо ответил Паулус, садясь в кровати.
— Тоже бессонница? — вежливо поинтересовался Реджинолд. Мила кивнула.
— Может, поговорим? И не делайте такие лица, — продолжил принц, заметив, как вздрогнули Мила и Паулус. — Вы ведь понимаете, что скривились в присутствии будущего короля?
— Но ведь не нашего. Паулус из Волессия, а я вообще из Серого мира.
Миле действительно казалось странным раскланиваться перед Реджи после пережитого. Она повернулась к Паулусу за поддержкой.
— Стражи принадлежат всем мирам сразу, — исследователь отчеканил одно из первых правил Устава Ордена.
— Вот же, — прошипела посланница.
— Дамтум?
— А что это?
— Ругательство, — пояснил Паулус.
— Я догадалась.
— Мифическое существо, — ответил Реджинолд. — Принято считать, что дети, которые ослушались родителей, пошли купаться и утонули, после смерти становятся дамтумами. Но чаще о нем говорят, эм, когда ситуация сложилась не очень хорошая.
— Вот как. Интересно.
Мила хотела спросить про другие ругательства, подслушанные у желтомирцев, но вспомнила, что воспитанной девушке не следует интересоваться бранными словами, и замолчала.
Именно в этот момент дверь начала медленно отворяться. Переглянувшись, все трое нырнули под простыни и приняли вид безмятежно спящих, но готовых при необходимости дать кулаком по носу.
— Эй, ребята, — тихо спросил Дерек. — Вы спите?
— Смотря, кто вам нужен, — отозвалась Мила.
— Хорошо бы, чтобы бодрствовали все, — ответила Рирха, заходя в комнату вместе с Аминтой. — Но я не хочу будить Элеонору. У вас был трудный день, пусть отдохнет.
— Тем более что не ей предстоит в Пурпурный мир отправиться, — добавила муза.
— Что, простите? — озвучил мысли всех троих Реджинолд.
— Я объясню, — начал Дерек. — Мила, ты ведь пыталась сказать мне, что в дхеосов эти существа вселяться не могут?
— Да. Мне так кажется, — и посланница описала сходства между энергетическими рисунками дхеосов и «этих существ».
— Думаешь, они из нашего мира? — уточнила Аминта. Мила покачала головой.
— Они все-таки отличаются. Просто похожи на вас. А раз так, возможно, вами они управлять не смогут.
— В этом что-то есть, — кивнул магистр Клэптон. — Тогда сомнений не остается. Мила и Его Высочество сейчас отправятся в мир дхеосов.
— Что, простите? — хором воскликнули без пяти минут путешественники.
— Господин магистр, а почему они? — нахмурился Паулус. — Я могу понять, почему вы выбрали Милу, но мне кажется, Его Высочеству лучше остаться здесь.