(не)моё чудовище (СИ)

Девушка мягко улыбается и говорит:
- Но что-то пошло не так?
- Определенно. Страсть, экспрессия, искры во все стороны. И, как следствие, свадьба и трое карапузов. Если не ошибаюсь, сейчас ждут четвертого.
- Прям как в кино.
- Похоже, - киваю я, а сам старательно считываю с женского лица эмоции. Как отреагирует на эту историю с замужеством и многочисленным потомством?
Но ничего особенного не вижу. Девушка спокойна и расслаблена. Похоже, сытный обед действительно повлиял на нее благотворно.
Поэтому, когда приносят десерт, даже берет в руки бокал с шампанским. И с предвкушением глядит на целую дивизию каких-то миниатюрных пироженок с белой массой, ягодами и кусочками фруктов. Некоторые из них еще и съедобной золотой фольгой присыпаны, но особого смысла не несущей. Сплошной выпендреж.
Хомячит сладости Ника с наслаждением. Хотя как по мне - ничего особенного. Мне в больший кайф смотреть, как, наконец-то расслабившись, девушка уже не сидит с прямой, как доска, спиной, а улыбается и даже хохмит в ответ на мои собственные незамысловатые шутки.
- Заглянул однажды сюда один толстосумик с дутой красоткой на буксире, - делюсь я очередной историей. - Я тогда в общем зале сидел - пообедать забежал. Мне-то пофиг, таких вот парочек насмотрелся вволю. Но девчонка решила скандал закатить на пустом месте - то ли салат ей не тот, то ли фрукты не те - и стала она выговаривать местную официанточку. Катя выскочила, стала выяснять, что и как. И все бы ничего, а стал толстосумик права качать, да за женщину свою заступаться. Оно-то, может, и правильно, но вела девка себя безобразно… И это все вкупе с огромными такими губищами, ресницами до лба и сиськами в четвертый размер. И колыхается это все, как желе, аж аппетит пропал…
Ника хохочет. Не то от представленной картинки, не то от моих ярких эпитетов, но - хохочет искренне и радостно.
- В бизнесе - оно ж как? Надо иногда гордость свою поглубже загонять. Чтобы клиентов не растерять. - продолжаю я, - И Катерина - она умная баба, прекрасно это понимает. Но тогда была су-шефом, даже не менеджером и не администратором. И никакого отношения к залу не имела. Но на эмоциях вылила на красотку бутылку вина и, вроде бы как, оплеуху мужику отвесила. Но это не точно. Я очень в тот момент ей гордился.
- И что потом?
- Суп с котом. Скандал разгорелся нешуточный. Народ телефоны повытаскивал, снимать стал, охрана мнется, не знает что делать - клиент-то из богатеньких, связями своими козырять стал… Дескать, ресторан закроет, Женьку по миру пустит… Толкнул он Катерину. Сильно. Она ушиблась сильно и упала. Тут-то, конечно, сторожа стоять в стороне не стали - чистой же воды хулиганство. Но Доронин подоспел раньше - в охапку мужика - и вон. В свободный полет. А следом - и красотулю-чикулю его… Но самое интересное - Катя ему еще и выговор сделала, прям при всех. Сама, говорит, разобралась бы, а ему тут делать нечего. Разругались опять в пух и прах…
- И как только после этого ресторан не закрыли… - тянет Самойлова.
- Не закрыли. А сцены подобные будто в местную фишку какую превратились, как ни странно. Народ валом повалил, желая увидеть что-нибудь этакое.
- И часто видели?
- Чаще, чем хотелось. Скандалили они часто - по делу или без.
- И как же твой знакомый ее не уволил? Они уже были тогда женаты, да?
- Ни в коем разе, самое интересное. Даже интрижки не было. По крайней мере, мне так Доронин клятвенно божился. А не уволил, потому что уже на крючок подсел так конкретно. Терпел. И, терзают меня смутные сомнения, испытывал какое-то мазохистское удовольствие. Но как по мне, лучше бы они этими БДСМ-штучками баловались, и дома, а не при всем честном народе разборки устраивали.
- Мне показалось, что Катерина очень милая и культурная женщина…
- Она действительно очень милая. И заботливая. И мамочка отличная. С возрастом, конечно, стала спокойней и рассудительней. Но при необходимости жару может дать…
Ника снова смеется - беззаботно и весело. И мне безумно нравится смотреть на это.
 
Но еще больше я радуюсь тому, что она все же успокоилась и раскрепостилась.
И даже не отвернулась, когда я, под влиянием момента, притянул к себе и поцеловал - жадно и голодно, слизывая с губ остатки мятного мусса и ощущая на них вкус шампанского.
- Ты ведь хотела определенности, правда? - тихо спрашиваю я, отрываясь от пухлых губ, - Хочешь, скажу кое-что?
Вероника смотрит на меня из-под полуопущенных ресниц, а взгляд у нее немного рассеянный и чумной.
- Ну?
- Давай попробуем, детка.
- Ммм?
Я кладу пальцы на мягкую женскую скулу и веду подушечками вниз - по щеке, по подбородку и шее. Ласково оглаживаю ямочку между ключицами и дерзко шурую дальше - в ложбинку между грудями. Ника порывисто выдыхает и снова жмурится, поддавшись вперед.
Не услышала. Или, скорее всего, просто не поняла.
Как же это, блин, сложно…
- Ника? - зову я настойчиво, возвращая ладонь вверх и обхватывая пальцами остренький подбородок, - Прием-прием! Мне трудно что-то обещать такой вздорной и самостоятельной девочке, как ты. Но я хочу, чтобы ты стала моей женщиной.
- И что это может значить? - рассеянно интересуется Ника.
- Многое, детка. Многое. Предлагаю тебе переехать ко мне. И, если все пойдет нормально и ты не захочешь убить меня в первую же неделю, то мы пойдем в ЗАГС и подадим заявление.
- Чт… Что?!!
  
56. Вероника
 
- Чт… Что?!!
Позорно взвизгнув, я дергаюсь и шарахаюсь назад. Причем так сильно, что едва не падаю. Хорошо, что Лев быстро обхватывает меня за талию и выравнивает.
- ЗАГС? - переспрашиваю я, уверенная, что просто ослышалась. - Заявление?!
Лев широко усмехается и, продолжая удерживать меня в своих руках, смотрит. Ласково так, но слегка обеспокоенно.
Оно и понятно. Я вот тоже не уверена, что после подобных выкрутасов моя психика имеет хоть какой-то шанс остаться в норме…
- С чего это вдруг?! - в шоке спрашиваю я, - Слушай, шутки-шутками, но это…
- Чересчур? - заканчивает за меня этот дурной мужчина, - Хмм… Мы и так форсируем события не по канону. Не вижу смысла затягивать. Да и где есть гарантия, что ты согласишься по истечению озвученной мною недели?
- Подожди, Лев… послушай себя! Ты предлагаешь выйти за себя замуж! Мы знакомы друг с другом без году неделя и совершенно друг друга не знаем…
- Кое-что все-таки знаем. А остальное - в процессе.
- Нет-нет-нет… - мотаю я головой, поддаваясь истерике, - Это как-то… слишком…
- Прости… - Лев улыбается и снова нежно оглаживает мои скулы пальцами.
- Подумай сам! - я дергаю головой, чтобы вырваться из захвата его ладони, но безуспешно, - Это же… бред! Это… неправильно!
- И почему же?
- Ну… переспали мы с тобой пару раз… Так, что, сразу в ЗАГС? Да так никто ж сейчас не делает! Зачем тебе этот фарс?
- Малыш, это не фарс, - успокаивающе произносит Лев, - Я просто немного опережаю события. Зато сразу расставляю все точки, чтобы у тебя больше не оставалось никаких сомнений насчет серьезности моих намерений. Ведь именно этого ты боишься?
Он снова чертовски прав!
- Я не готова, - говорю я откровенно.
- Ты отказываешься? - уточняет мужчина, но деловито, без видимой мне обиды.
- Ну сам подумай! Кто ж так делает предложение?!
- Скажем так - воспринимай это как хорошо взвешенное рациональное решение. Как договор, если хочешь. - опять шокирует меня Смирнов, - Я хочу семью. Жену - умную и понимающую. И детей. Возраст, знаешь ли, располагает. А у нас с тобой химия. И секс у нас отличный.
- Вот именно! У нас только секс, не более. И ты готов рискнуть и вступить в брак лишь из-за этого?! Ты сколько раз уже был женат, а?!
Болезненный толчок бьет меня под дых, заставляя сердце на секунду остановится, а дыхание - сбиться. Этот фарс… Он сбивает меня с ног и заставляет усомниться в здравости рассудка Смирнова. А с умалишенными я иметь дело категорически отказываюсь!