Милая, (с)нежная, желанная

И все же главной интригой праздника оставался окрас шерсти малышей. Все рыжие? Или черные? Или даже с белыми пятнышками? А, может, рыжий, черный и беленькая? Ведь тройня же!
Когда подошел час полнолуния, небо чудесным образом очистилось от туч. И полная луна залила комнату серебром. Лука раздвинул шторы, и свет легко струился сквозь стекла.
Первым обернулся Ларс, старший мальчик. Фанни чуть не ущипнула себя за руку. Надо же! И такое бывает? Следом за братом, шерсткой покрылась сестра, малышка Агнесс. Севир хмыкнул. И, наконец, Райан, младший, ткнулся в ладони Фанни черным носиком.
- Вонючий крот… - выдохнул Лука.
- Не ругайся при детях, - осадил его Севир. – Они все слышат.
- Прости. – Лука крепко сжал его плечо. – Но… разве это не чудо?
- Чудо, - согласился Севир. – Как и их мать.
Фанни довольно улыбалась, поглаживая маленьких лисят. В их семье ни у одного из мужей не возникнет сомнение в отцовстве. Севир и Лука никогда не скажут: «Этот ребенок принадлежит только моему клану». Недаром сегодня шел снег! Она так же счастлива, как в тот день, когда стала истинной для Луки и Севира.
Их дети унаследовали окрас всех троих. Каждый! Рыжий, черный и белый – приблизительно в равных пропорциях. А еще… голубые глаза, как у мамы.
 
Конец