И жар-птица в подарок

Юлисса достала карточку, повертела белый картонный прямоугольник с чёрными виньетками по углам, разглядывая со всех сторон.
«А меня сегодня на отбор позвали».
«Серьёзно? На настоящий?!»
«Самый что ни на есть».
«Невест?»
«Обижаешь! Женихов».
«Э-э, стесняюсь даже спросить, в качестве кого».
«Если я всё правильно поняла, то в качестве своего рода препятствия для кандидатов. В старину так развлекались, что-то вроде пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что, и всё в таком духе. Между прочим, от настоящего тёмного властелина приглашение поступило. Лично».
Конечно, надо бы ещё уточнить на всякий случай, не ошиблась ли она, но… сколько с той стороны есть жгучих брюнетов с интригующей цифрой тринадцать и именем невыговариваемым, зато приметным, имеющих племянницу и возможность устроить настоящий отбор женихов для единственной близкой кровиночки и не считающихся с расходами?
«Юл, ни один тёмный властелин с тобой не совладает, прости за тавтологию».
«Ему и не нужно, это предстоит претендентам в женихи, а мне надо просто расслабиться и попробовать получить удовольствие. Вдруг да среди забракованных кандидатов найдётся кто интересный?»
«Ты согласилась?»
Ещё непробитые извещения торчали грустной неровной пачкой из коробочки, за спиной громоздились принятые Юлиссой посылки – большие коробки прямо на полу, маленькие и пакеты на железном столе рядом, – ожидая рассортировки, распечатки накладных и упаковки. Гудел сонной мухой компьютер, суетилась Олинна, пытаясь закончить с заказом, – светловолосая макушка то появлялась, то исчезала за барьером, – и никакого намёка на праздничное настроение. А завтра всё заново, по заведённой схеме и приевшемуся кругу. И так по тридцать первое декабря включительно, большую часть которого придётся провести на работе, глядя с удивлением на клиентов, отправляющих что-то в последний день года, и уныло – в окно, на белый снег, расчищенные дорожки и людей, спешащих с большими, набитыми продуктами пакетами из магазина, находящегося на соседней улице.
Тоска смертная.
Потом домой, наводить полный марафет и выдвигаться на вечеринку, где предполагалось встречать Новый год, однако как же не хотелось тратить последнюю неделю на бестолковое сидение на рабочем месте, натянутые улыбки клиентам и препирательства с ними же и начальницей заодно.
Особенно в свете столь соблазнительного, заманчивого предложения.
«Пока нет, но собираюсь. Ари, если властный разрешит, айда со мной на пару-тройку денёчков? Впечатлений и вдохновения наберёшься, от нашей зимы отдохнёшь, если у тебя, конечно, нет других планов».
«Потрясём иной мир?»
«Потрясём. Не всё ж нам только на свадьбе Эжени пьянствовать и распевать в караоке грустные песни о любви. Тебе ведь всё равно, где писать?»
«Лишь бы было, куда зарядку воткнуть, а так я согласная».
«Угу, значит, договорились. Пойду звонить властному».
«Удачи».
Юлисса отложила в сторону внесённое в базу извещение, взяла телефон и набрала один из номеров с карточки.
 
* * *
 
Иной мир вообще и владения тёмного властелина в частности встретили ясным утренним небом, жарким солнышком и яркой зеленью, безмерно далёкой от привычной зимы, сугробов и морозов, которые, впрочем, раз на раз не приходились, периодически уступая место глобальному потеплению. Уже через тридцать секунд после выхода из портала Арнетти расстегнула пуховик, сняла шапку с большим белым помпоном и без особого эффекта принялась ею обмахиваться, второй рукой прижимая к пышной груди сумку с ноутбуком.
– Говорила же тебе, не накутывайся, – прошипела Юлисса. – Зачем, если тут сделал шаг, и ты уже в другой климатической зоне?
– Во-первых, дорогая моя, я не такая знойная женщина, как ты, – парировала Арнетти. – Во-вторых, до твоего «сделал шаг» ещё надо было доехать, причём, замечу, на общественном транспорте, и дойти – по нашим улицам и нашей погоде. Не в летнем же сарафанчике мне было идти.
– Но и не в пуховике и мокасинах.
Сама Юлисса ограничилась лёгкой курточкой, накинутой поверх кофточки в обтяжку. Плюс джинсы в облипку, идеально подчёркивающие длинные ноги, крутые бёдра и упругую попку, и сапожки на шпильке – пусть властный не думает, что собирается нанять замарашку в непотребном форменном балахоне. А уж какие там мысли посетили головы прохожих, увидевших очередную не по сезону раздетую девицу, Юлиссу мало волновало.
– Ух ты! – Арнетти, оглядевшись в восхищении, вдруг остановилась и Юлисса вместе с ней.
Выше небольшой квадратной площадки, огороженной и мощённой камнем, куда привёл портал, поднимался почти отвесный ребристый склон с вырубленной в его толщей лестницей и короткими тоннелями, а на самом его верху, заслоняя солнце, возвышался замок, чёрный, готический и мрачный в лучшем духе хорошего ужастика. Так и виделось, будто шпили башен пронзали не ясное голубое небо, а низкие, озаряемые вспышками молний тучи и сквозь раскаты грома прорывались зловещий вой, звон цепей или крики несчастных, замученных местными чудовищами жертв.
– Прошу следовать за мной, – напомнил о своём присутствии сопровождающий, доблестно тащивший большую спортивную сумку с вещами Арнетти и чемодан Юлиссы, доверху набитый исключительно нужными, важными и полезными предметами.
В конце концов, кто знает, что может потребоваться за время её пребывания здесь?
Сопровождающий, молодой, приятной наружности мужчина, обошёл девушек и направился к лестнице.
– Простите, а лифта тут нет? – на всякий случай уточнила Юлисса, на глаз пытаясь прикинуть высоту склона. И количество ступеней заодно. – Или хотя бы эскалатора?
– Нет, к сожалению.
– А почему бы тогда не сделать так, чтобы портал сразу открывался где-нибудь наверху?
– Полагаю, данный вопрос вам стоит обсудить с Его сиятельством.
– О, всенепременно обсудим и удобства, и сиятельство, – пробормотала Юлисса себе под нос.
Интереса ради приблизилась к краю площадки, осторожно наклонилась над парапетом – по ту сторону пропасть и дно её скрывалось в сизой туманной мгле. Поодаль, словно противоположный берег, тянулись подковой отвесные склоны-обрывы, где-то угольно-чёрные, где-то серые с металлическим оттенком, где-то кирпично-красные, отчего казалось, будто земля и камень истекали кровью, успевшей уже размазаться уродливыми пятнами и высохнуть. Лес украшал верхнюю часть склонов нарядной тёмно-зелёной каймой и Юлиссе даже послышался далёкий шум водопада.
– Юл! – окликнула Арнетти от подножия лестницы.
Ступеньки, крутые, узкие и неровные, то уходили в толщу скалы, то выбирались на внешнюю сторону, то вновь терялись в полумраке тоннелей. Подниматься пришлось долго, Юлисса успела проклясть и модные шпильки, и тесные джинсы, и Дэймитри, чтоб ему икалось, Хул… Халди… бренди… бранди… короче, без-бутылки-не-выговоришь-младшего. Вот почему, к бесам, нельзя было сделать хотя бы какой-нибудь доисторический подъёмник?!