Асфоделия. Суженая смерти
– В вас грации меньше, чем у торговки на рынке, – резюмировал Эветьен.
– Это комплимент? – уточнила я иронично.
– Ни в коем случае.
– Я предупреждала.
– Благородная фрайнэ, не обученная искусству танца, не способная должным образом выразить почтение ни своему императору, ни прочим вышестоящим особам, ведущая странные речи, невоздержанная и невоспитанная. О жителях островов всякое болтают, но подобного даже я не ожидал.
– А чего вы ожидали? Трепетную маргаритку вроде Нарциссы? Наглую хамоватую магичку… колдунью? Или засланного казачка под прикрытием… тьфу, то бишь мятежницу, спящую и видящую, как бы пробраться в кулуары власти и свергнуть императора?
– Осторожнее со словами, – предостерёг Эветьен. – У Империи есть враги, внешние и внутренние, на которых опасно закрывать глаза. Это-то вы понимать должны, несмотря на воспитание, каким бы оно ни было, и юность.
И тут меня озарило. Асфоделия молода, спору нет, однако на сколько? Судить по внешности тяжело, я сама… прежняя я выглядела моложе своих лет.
– Вы так говорите, будто мне пятнадцать, и я ни хрена… ничего не понимаю, – закинула я удочку.
– Не пятнадцать, но…
– А сколько мне, по-вашему?
– По бумагам двадцать один год, сколь помню, – Эветьен глянул на меня с подозрением. – Уже более века жребий отбирает из благородных незамужних фрайнэ не младше двадцати лет, добродетельных и без изъянов физических и моральных.
Какая-то расплывчатая формулировка.
Музыка стихла, и шаги взад-вперёд закончились. Пары раскланялись повторно, но Эветьен этой частью пренебрёг и сопроводил меня обратно к столу. На скамье сидели бледная, несчастная донельзя Нарцисса и мрачная Жизель, рядом стоял мужчина в чёрных и алых одеждах, немолодой, с зачёсанными назад длинными волосами, каштановыми с проседью. Лицо его, худое, изрезанное морщинами, с залысинами выше лба, казалось жутковатой маской из какого-нибудь фильма ужасов, и светлые запавшие глаза и будто натянутая на череп пергаментная кожа лишь усиливали сходство с призраком грядущего зомби-апокалипсиса.
– Магистр Бенни, – поприветствовал незнакомца Эветьен.
– Фрайн Шевери, – откликнулся магистр негромко, чуть скрипучим голосом и обратил на меня царапающий изучающий взгляд. – Я уже имел честь быть представленным девам запада и севера, а нынче передо мной, сколь полагаю, дикий цветок востока?
– Фрайнэ Асфоделия Тиаго, – назвал моё имя Эветьен и пояснил, видимо, на случай, если я ещё не оценила всю степень собственного попадоса: – Дэйриан Бенни, магистр ордена Заката.
Глава 6– Фрайнэ Асфоделия, – магистр склонил голову, продолжая ощупывать меня взглядом, далёким от раздевающего.
Скорее разделывающим, словно я свежая мясная туша, готовая к следующей стадии расчленения.
Бр-р!
Не припоминаю, чтобы видела его среди придворных рангом повыше… уж больно внешность приметная, мимо точно не пройдёшь… а статус его вряд ли предполагал место за столами у дверей.
Прибыл позже? Может, здешние маги вообще с простыми смертными есть не садятся.
– Фрайн… э-э… магистр Бенни, – пролепетала я.
– И впрямь очаровательна, – выдал Дэйриан незамысловатый комплимент для галочки и демонстративно осмотрелся.
Люди вокруг, начавшие было приглядываться к нам с жадным любопытством дорвавшихся до бесплатных зрелищ, мгновенно отвернулись и сделали вид, будто всецело заняты беседами, вином и наблюдением за танцующими. Тонкие губы дрогнули в мимолётной усмешке, напоминая, что лицезреть подобную реакцию для мага не в первой, и Дэйриан вновь сосредоточил внимание на Эветьене.
– Нас проводят в место потише или Его императорское величество желает развеять все сомнения здесь и сейчас? – осведомился магистр вкрадчиво.
– Здесь, – ответил Эветьен. – Чем быстрее всё разрешится, тем лучше.
– Что ж… как пожелает Его императорское величество, – по жесту Дэйриана откуда-то из-за спины магистра появился молодой человек в том же контрастном сочетании чёрного и красного, худой и бледный.
Выступил вперёд, открыл небольшую, окованную металлическими полосками шкатулку, что держал в руках. На бархате внутренней обивки покоился плоский камень, чёрный с тусклыми зеленоватыми прожилками, похожий на обыкновенную гальку.
– Вы это специально подстроили, – прошипела я, едва Дэйриан отвернулся к шкатулке.
– Скорейшее прояснение некоторых нюансов в ваших же интересах, – негромко отозвался Эветьен, сохраняя непроницаемое выражение.
– Обязательно при всём честном народе?
– Радуйтесь, что именно публично, а не посредством официального визита глубокоуважаемого магистра к вам.
Ну да, а когда вот так, словно между делом, на глазах случайных зевак, то ничего страшного, порядок полный.
– Благородные фрайнэ, извольте подать левую руку, ладонью вверх, – Дэйриан достал камень, провёл подушечкой большого пальца по одной из прожилок, отчего та на секунду налилась светом, точно подмигивая мрачному миру вокруг. – Может быть немного больно, но неприятные ощущения быстро пройдут.
Нарцисса посмотрела затравленно сначала на Жизель, затем на нас с Эветьеном, но руку всё же протянула. Магистр вложил в подрагивающую раскрытую ладошку камень.
– Сожмите, фрайнэ.
Нарцисса послушно стиснула пальцы так, что побелели костяшки, и зажмурилась обречённо.
На камень уставились мы все, однако ничего не происходило. Играла музыка, сходились и расходились в фигурах танца пары, где-то поблизости звенел беззаботный девичий смех. Выждав минуту, Дэйриан отрицательно качнул головой, забрал камень и передал Жизель.
– Благодарю, фрайнэ. Прошу вас, фрайнэ.
Жизель держала камень легче, спокойнее, чем Нарцисса, не закрывала глаза, не казалась испуганным ребёнком, но лицо её застыло в напряжённом ожидании худшего.
– Благодарю, фрайнэ, – вероятно, магистр не счёл нужным запоминать имена избранных. – Прошу вас, фрайнэ. Если хотите, можете присесть.