Вторая попытка леди Тейл

— Герцог, я вручаю ее вам! — Быстрый толчок — и Ляна буквально влетела в его объятия.
— Что?! — опешил Грант. Но девушку поймал.
— Проводите мою горничную к леди Вудсток, пожалуйста. И попросите приютить ее до моего возвращения. Я буду вам снова должна, но обещаю, что…
— Не говорите глупости, Мелани. Между нами никаких долгов.
— Тогда просто выполните мою просьбу, пожалуйста! — Я оглянулась — к нам уже на всех парах мчались и дядя, и Эдвин, и какие-то слуги. — Грант, уходите. Быстро. Ляна сама расскажет, почему все так получилось. А сейчас — прощайте.
И я быстро скользнула обратно во двор особняка Гарльтонов. В конце концов, вряд ли служанка настолько нужна всем этим людям, чтобы гнаться за ней дальше. Им нужна я. А я — здесь.
— Мелани, ты ведешь себя… — дядя Освальд явно запыхался и озверел со всей этой беготней, — неподобающе! Живо в экипаж, и мы уезжаем сию минуту! Даже если ты что-то забыла из вещей, миссис Эванс, — он бросил взгляд на экономку, — пришлет тебе это с оказией!
    
Глава 47
Нда. Радует одно - даже угрожая Ляне настоящей физической расправой, ни родня, ни бывший муж не решились применить силу ко мне. Я, в общем, знала, что так будет. Даже после свадьбы Эдвин предпочитал манипулировать моей ненормальной влюбленностью, а не применять силу. Да и дядина семья… короче говоря, физически мне ничего не грозит. Но вот морально… устала.
Дорога прошла в тягостном молчании. Я старательно обижалась, дулась, смотрела в окно. Кэтрин, убедившая себя, что я предала нашу дружбу ради пустой блажи, тоже обижалась и дулась. Зато Эдвину, чтобы не спровоцировать повторный виток так называемой болезни, пришлось убраться из кареты и ехать отдельно.
Или он не поехал? Сомневаюсь, но точно сказать не могу. Не исключено, что он задержался, чтобы разобраться с Ляной. К счастью, достать ее у Вудстоков он точно не сможет.
Я до самой переправы гоняла в голове одну-единственную мысль: чем и как Эдвин смог держать родителей? Почему папа в конце концов его просто не… убрал? Был Эдвин — и сгинул…
Увы, ничего дельного на ум так и не приходило.
Разве что…
Однажды в одной из книг закрытой секции библиотеки парламента мне встретилось упоминание о ментальных печатях, использовавшихся призывателями демонов. Но призыв запрещен уже больше пятисот лет, а все методики демонологов, считается, были уничтожены в течение века, последовавшего за днем Огненного Очищения.
Эдвин что-то раздобыл? Это объяснило бы его контроль и надо мной, и над дядей, и над некоторыми союзниками… а как же приворот? Зачем в таком случае было поить меня зельем? Я все перепутала? Уф-ф-ф…
На пароме мы переправились уже в сгущающихся сумерках.
— Добро пожаловать на Коралловый остров, — встретил нас представитель пансионата, в котором дядя планировал остановиться. — Лорд, леди, прошу следовать за мной.
Пришлось вернуться от заоблачных мыслей на грешную землю. Я теперь каждую минуту ждала подвоха. Эдвина сейчас с нами не было, но я, как пуганная степными волками кобыла, боялась уже каждого куста.
И не зря боялась.
— Леди, ваши покои не здесь, — заявила мне управляющая после того, как дядю, тетю и Кэтрин уже развели по комнатам. — Ваши родственники решили поздравить вас с трудным поступлением и сделать вам приятный сюрприз. Самые роскошные комнаты нашего пансионата расположены на верхнем этаже, и с балкона открывается восхитительный вид на лагуну и горы, а также на одну из двух легендарных достопримечательностей Кораллового острова. Я, конечно, имею в виду Старый маяк.
Вот, Мелани, и твой страшный куст… Я еще не поняла, в чем дело, но покои на верхнем этаже мне были хорошо знакомы. Слишком хорошо. Это и правда самая роскошная на острове… тюрьма.
Покои расположены на последнем этаже самого высокого здания на Коралловом острове. Вид оттуда потрясающий, это да. Если спрыгнуть с кружевной балюстрады, опоясывающей террасу, лететь будешь очень долго, и размажет тебя о прекрасные скалы у подножия мелкими брызгами.
В прошлой жизни я провела в этой восхитительной тюрьме несколько месяцев после свадьбы. Это был наш с Эдвином «медовый месяц».
Во второй раз туда я попала перед самой отправкой в монастырь, и тоже не по своей воле. М-да…
Я держалась настороже, это и уберегло меня от столкновения. По лестнице навстречу нам скатился молодой шатен лет двадцати. От парня несло одеколоном, будто он разом вылил на себя бутылку. Лицо было перекошено в гримасе злобы.
Чудом не сбив меня с ног, он лишь ругнулся неподобающим для лорда образом и, не потрудившись извиниться, помчался дальше, будто за ним морские демоны гнались.
— Прошу прощения, леди…
Но что мне говорила управляющая, я не слушала.
Обернувшись, я посмотрела вслед парню. Увы, он уже скрылся, не догнать.
А нужно ли догонять?
— Какой невоспитанный, — пробормотала я и продолжила подниматься.
Я узнала его… по одеколонной вони. В полутьме с маской ярости на лице точно бы не соотнесла взбешенного хама и молчаливого… друга Эдвина.
Какая интересная встреча… В совпадение я не верю. Готова поспорить, что парень здесь из-за моего бывшего мужа. Но какое разительное отличие! До сих пор я считала, что верный исполнитель сделан изо льда и вообще не способен на эмоции, а тут такое буйство чувств. Хм-хм.
Определенно, мне следует с этим разобраться.
Но если оценить их дружбу с точки зрения магии подчинения… А вдруг он тоже был на магической цепи?
Так. Прямо сейчас догонять парня я не побегу. Управляющая не поймет и неизбежно доложит дяде. И главное — я не представляю, куда именно отправился молодой человек. Как же его зовут? Странно, в этом месте памяти словно туманное облачко. И я не в первый раз обнаруживаю его в своих воспоминаниях, но отчего-то раньше не обращала на эти пустоты внимания.
Вопреки правилам приличия я потребовала, чтобы управляющая прошла в комнаты первой. Мало ли какая ловушка меня там поджидает? Но нет, ничего не произошло.
Управляющая сообщила, что поздний ужин и багаж доставят в самое ближайшее время, и посетовала, что после заката в полной мере оценить панорамный вид не получится.
Жестом отпустив женщину, я обошла выделенные мне комнаты, тщательно проверяя, как делала в прошлом, в роли жены премьера, но ничего не нашла.
К счастью или к сожалению? Не знаю…
По старой памяти вернулась на балкон. Я просиживала в шезлонге часами, ожидая добрых вестей от любимого мужа и спасаясь от неизвестности задачками, как оказалось, авторства Гранта. Надо же, он к тому времени уже был мертв, а я все равно ловила крохи его тепла…
Это стены так давят, что меня снова в слезы тянет? Хватит уже.