Серебряная птичка

Похищение Челлы. Проклятье! Но неудивительно. Он ведь сам её предупреждал. Объяснял, зачем её могут похитить! Строил догадки и хотел бы ошибаться!
То, что за всем стоит мукарранский князь, а Юна в этом не сомневалась, делала их проблему размером с гору! Фурати подробно изложил Найрину положение вещей. И всё было тревожно и сложно.
И какой выход? Скорее отправляться туда, куда увезли Сайгура и Челлу — это не обсуждается. Там, на месте, станет понятно, что можно сделать. Но не идти же войной на князя…
 
— Конечно, лорд Найрин, — согласилась Юна. — И какая война, что вы? Мы приглашены в гости.
 
Оказывается, последние слова Найрин пробормотал вслух.
— Я соберу всё, что у нас есть для выкупа. И могу ли попросить вас об одолжении? Точнее, о займе?..
— Деньги для выкупа не нужны. Князя могут заинтересовать только редкие драгоценности. Я приберегла кое-что.
— Я буду в долгу и возмещу стоимость! — вскинулся Найрин.
— Не будете, — покачала головой Юна. — Не надо пустых расчётов. Да и мы пока ничего не знаем. Выкупа золотом за Сайгура князь точно не потребует. Он поставит какие-то другие условия.
Найрин твердо посмотрел на неё.
 
— Я готов на всё, чтобы освободить брата. И я умру ради Челлы, леди Юна, поверьте мне! Даже не задумаюсь. Вы считаете, она действительно в безопасности?
 
— Оставим смерть на крайний случай, — мягко улыбнулась Юна, — Помните, нас действительно пригласили в гости. На подходе праздник, Осивур. Примерно то же самое, что Осенний праздник в Кандрии. В это время часто празднуют свадьбы, считается, что Мать благословляет. К тому же мне и так следовало наведаться в Измир.
— В гости… — Найрин ощутимо скрипнул зубами.
— Именно, в гости, к моему дяде, князю Мукаррана. И я пока не знаю, что нам предстоит.
— Леди Юна, вы племянница всех монархов на свете? — он не удержался.
— Нет, к сожалению, — Юна грустно усмехнулась. — А жаль, это было бы удобно. Мой отец, если по-кандрийски, двоюродный кузен князя, но у них были сложные отношения. Так вот, лорд Найрин, мы уезжаем завтра на рассвете. Вас уже собрали в дорогу, так что просто отдохните как следует.
— Леди Юна, вы сокровище, — от души завил Найрин.
— Благодарю. Итак, на празднике будет состязание знатных пахтанов. Это может быть айга — большие скачки, и турнир на мечах, и вообще всё, что захочет князь, хоть пение и танцы. Сайгур, скорее всего, будет участвовать. И, наверное, нам придется как-то вмешаться.
Найрин кивнул, принимая услышанное. Но приходил во всё большее замешательство.
— Дорога не будет длинной, у меня есть доступ на фейскую тропу, — добавила Юна. — Да, здесь и такое есть. Думаю, что и пленников повезли так, чтобы не испытывать терпение князя. Ваше кольцо, кольцо Эргов, лорд Найрин, — она взглянула на яркий жёлтый камень на пальце мужчины. — Вот ценность, не потеряйте. Нам может понадобиться помощь Эргов.
— Счастье, что я не успел уехать, — бросил Найрин. — Теперь только после возвращения брата и Челлы. Если я уеду, у них, наверное, всё наладится…
После этих слов лорд Фурати и Юна переглянулись, Фурати вздохнул и махнул рукой.
— Леди Юна, объясните, наконец, нашему другу кое-что про наследницу. Ему надо это понимать…
— Я допускала, что ему рассказал брат, — со вздохом сказала Юна. — Лорд Найрин, Челла принадлежит к роду фей. И она получила от своей прародительницы некую особенность, помимо магии. Мужчина, который желает взять Челлу насильно, не может этого сделать. У него разом пропадает гм… возможность…
Найрин помолчал, обдумывая, а скорее, не сразу нашёлся, что сказать.
— Насильно? Но они обвенчаны!
— Гм, — Юна выразительно улыбнулась.
— Возможность, то есть… я правильно понял… временное мужское бессилие?
— Да, бессилие, именно. Именно временное. Не опасное. Ну и, для этого надо проявить чрезмерную настойчивость там, где её не надо проявлять.
— Я понял, — кивнул Найрин. — И что же, мой брат?.. Странно…
— И не говорите, — закивал Фурати, вдруг давая волю проснувшемуся сарказму. — Он имеет заслуги. Но кому бы пришло в голову объяснять взрослому мужчине, что женщину, которую ведешь в постель, надо сначала обольстить… ну хотя бы… Простите, леди Юна.
— Да, ваш брат подошёл к браку немного странно. Как к исполнению долга, и только. Я думаю, он переживал из-за множества новых дел, и любви к жене в его душе просто не было места. Он решил, что жена из чувства долга должна перетерпеть исполнение им супружеского долга. Вот собственно и всё. Огонь не может быть снегом. Челла Эмай не может против воли принадлежать мужчине.
— Я понял, — Найрин был ни на шутку смущён. — Но, леди Юна… почему Сайгуру сразу не сказали про особенность Челлы?
Взгляд Юны стал прохладным.
— Лорд Найрин, на стол в зале подают душистую воду для омовения рук, но я не убеждаю гостей это делать. Это естественно. Мужчина может отвести девушку в Храм и обвенчаться, потому что этого требует король и обстоятельства. Но напоминать этому мужчине, что надо добиться хотя бы приязни женщины перед осуществлением брака — простите, мне в голову не пришло. Да, фейский дар есть, но если бы ваш брат не вёл себя как…
— Фейское проклятье, вот оно, — пробормотал Найрин. — Спасибо за объяснения, леди Юна. Я понял.
— Я не уверен, что вы поняли, лорд Найрин, — непривычно скрипучим голосом заявил Фурати. — Именем короля, приказываю вам осознать наконец, что теперь именно вы станете мужем Челлы Эмай и хозяином Дьямона! И это ваш долг — сохранить земли за Кандрией. Обстоятельства изменились, прекратите сомневаться и рассказывать, как собираетесь сбежать от своих обязанностей! Решили умереть — умрите, но не вздумайте увиливать, я сочту это государственной изменой!
Найрин слушал с изумлением.
— Нет-нет, умирать нельзя, — возразила Юна. — А на кого вы тут всё оставите? Вашу смерть уже я сочту государственной изменой, лорд Найрин.
— Вы ведь шутите, леди Юна? — уточнил Найрин.
— Немножко. Доброй ночи, благородные господа.
Найрин раскланялся и поспешил уйти, Фурати задержался, чтобы с довольной улыбкой спросить:
— Я ведь доходчиво ему объяснил, как считаете, дорогая моя?
— О да, милорд, — признала Юна, пряча улыбку.
    
Глава 47. В Измире
Сайгура везли в Измир связанным — на коняшке, поводья которой пристегнули к седлу впереди идущей лошади. Глаз не спускали, это помимо пут и рабского ошейника, явно переоценивая его возможности. Ну что ж, это мешает, конечно, но даже в чём-то приятно.
Дорога то и дело превращалась в узкую тропу вдоль пропасти, и невозможность самому править лошадью здорово раздражала. Или, ещё удивительней — дорога пролегала внутри пещер, и они ехали в темноте, освещая себе путь факелами. Пещеры тянулись подолгу, и дорога внутри них была достаточно широкой, чтобы разъехались два всадника. Были только всадники, никаких повозок, поэтому и двигался отряд довольно споро. Несколько лошадей, холёных, дорогих, вели в поводу — без всадников, и среди них — вороного Сайгура. Пару дней вороной прихрамывал, но тут были свои лошадники, помогли, теперь конь поправился. Хотя бы это…