Близняшки от босса. Сердце пополам

И растеряться…
Не придумав, как сгладить ситуацию, я переключаюсь на дочерей. Ежедневные заботы и такие привычные действия и процедуры теперь умножились на два, так что мне есть, чем заняться. Пока переодеваю малышек, мы успеваем и посмеяться, и побаловаться, и поругаться друг с другом. Наполняем особняк Шторма шумом и гамом.
В какой-то момент я резко осекаюсь, шикаю на девочек и взволнованно ищу взглядом Вадима, чтобы просканировать его эмоции. Вспоминаю, как Антон терпеть не мог крики Риты, даже радостные. Невольно параллель провожу.
Однако Шторм с улыбкой собирается в офис. Спокойно и молча, то и дело поглядывая в нашу сторону.
Помогает отвести близняшек на первый этаж. Целует их поочередно, кивает мне, но несколько напряженно, и разворачивается, чтобы уйти.
— Вадим? — решаюсь окликнуть его, когда он берется за ручку двери.
Несмотря на то, что Шторм катастрофически опаздывает в холдинг, он оборачивается мгновенно и впивается в меня внимательным взглядом. Оставляю Риту и Алю на ковре в гостиной. Стараясь не терять их надолго из поля зрения, я стремительно приближаюсь к Вадиму.
— Вам с малышками нужно что-то еще? — он изгибает бровь, подготовившись «записывать» информацию в память.
Невольно улыбаюсь, таю от его заботы и готовности в любой момент выполнить наши просьбы. Все-таки Вадим — хороший отец и… мужчина. Впервые смотрю на бывшего босса под этим углом, и мне нравится то, что я наблюдаю.
Осмелев, подхожу вплотную к нему.
— Да… Нет… — путаюсь от волнения и, чтобы отвлечь себя чем-то, поправляю Вадиму воротник рубашки. Как обычно, Шторм одет с легкой небрежностью. И меня, аккуратную и педантичную, это нервирует. — Что мы будем делать дальше? Я имею ввиду, когда ты все выяснишь, найдешь виновных — и нам с детьми не будет угрожать ничего…
Сглатываю тяжело и поднимаю взгляд с мощной шеи на красивое мужское лицо. Замираю в ожидании ответа. Даже стука собственного сердца не слышу. Время будто останавливается вокруг.
— Распишемся, — произносит он хлестко и бескомпромиссно. Я лишь могу рот ошеломленно приоткрыть, но сказать что-то не в силах. — Мои документы о разводе со дня на день будут готовы. Твои, если не ошибаюсь, через пару недель, — хмыкает задумчиво. — Но я попрошу ускорить. Думаю, не проблема, — уверенно говорит, будто мы план на неделю в холдинге составляем, а не будущее наше обсуждаем. — И потом ты официально станешь моей женой. Это оптимальный вариант в нашей ситуации, — подытоживает убедительно.
Опускаю руки, прекратив «колдовать» над костюмом Шторма. И делаю несколько шагов назад, мысленно прячась и плотно закрываясь в раковине, где до этого момента мне было вполне комфортно. Стоило лишь нос высунуть, как я сразу получила оплеуху. Чтобы знала свое место.
— Ясно, — выжимаю из себя. — Я подумаю, — произношу машинально, будто моим мнением интересовался кто-то.
— Подумаешь? — переспрашивает Вадим.
Внезапно обледеневший, будто айсберг, равнодушный, несокрушимый. Он буравит меня прищуренным янтарным взглядом. Не ожидал моего сопротивления, пусть даже слабого.
Шторм привык все решать сам. А я…
Стискиваю зубы, ругая себя за глупость и наивность. На что я рассчитывала, начиная этот разговор? И о чем я «думать» собираюсь?
Мне ведь не предложение руки и сердца делают, а выгодный контракт предлагают. И следующие слова Вадима лишь подтверждают это:
— Подумай. Я приму любые твои условия, — его слова царапают и замораживают душу, как острые льдинки.
Шторм приближается ко мне, быстро чмокает в щеку, обдавая холодом. Потому что его тепло я себе нафантазировала — нет на самом деле ничего. Только расчет и необходимость.
Не обронив ни слова на прощание, Вадим покидает дом, четко очертив границы между нами.
А дальше… Мы будем жить под одной крышей, но так и останемся чужими? Я буду исполнять роль няньки, а Вадим… Что если он устанет возиться со мной и заведет отношения на стороне? Как Антон? Пусть даже не думает, что я потерплю подобное! Не смогу, только не от Вадима. Впрочем… какое я имею право ревновать и указывать ему?
Или… прописать это в «контракте»?
Больно становится. Какая-то суррогатная семья.
Смаргиваю слезы. Отбрасываю свои желания и чувства. Еще толком не зародившиеся, хороню их глубоко внутри.
Дети… Они важнее. Их счастье и комфорт превыше всего.
— Булочки, — натянув на расстроенное лицо улыбку, поворачиваюсь к Рите и Але. — Давайте мы позавтракаем, а потом немного позанимаемся. Скоротаем время до возвращения вашего папочки…
 
Глава 29
Вадим
Черта с два я ее отпущу! Добьюсь, чтобы хотя бы не шугалась меня, на любой компромисс пойду. Сказал же, все условия обеспечу для нее и детей. Что еще нужно? Но жить они будут со мной. Не временно, до выяснения обстоятельств и пока им защита нужна, а всегда. Не собираюсь быть воскресным папой. И уж тем более наблюдать, как Снежана себе нового мужика заведет.
Поэтому официально распишемся. И это не обсуждается.
— Да, Марк, — грозно рявкаю в трубку, а сам шагаю по коридору клиники.
Как не вовремя все. Навалилось общей массой — не утонуть бы.
— Шторм, ты не забыл о запланированной встрече с замминистра Ивановым? — тянет конкурент с насмешкой.
Конечно, забыл. Снежинка говорила что-то утром. Деловито так, помощницу включив. А я мог думать только о том, что жену в ней видеть хочу. Любимую и любящую. Аппетит растет, хотя разум понимает: насчет второго пункта можно даже не мечтать.
Ледяная Снежинка.
— Роман Редиванович сегодня вместо меня, — стараюсь сохранить невозмутимый тон, но этот жучара Туманов все понимает.
— Бросил своего зама на амбразуру? Не боишься, что одеяло на себя перетяну? — хмыкает издевательски, раздражая меня.
— В нем и запутаешься. И вытолкнуть некому будет, так и закопают, — поддерживаю его настрой. — Ты проект видел, к которому нас привлечь хотят? Думаешь, в одиночку его потянешь? Не подавись…
— Видел, поэтому и звоню. В принципе не люблю иметь дело с государством. Отчетности и контроля больше, чем профита. Я вообще назло тебе влез, когда узнал, что твой холдинг заявку подал. А ты теперь увиливаешь, — вдруг признается.
— Не в моих правилах бросать начатое, — чеканю, оглядывая приемную. — Просто я сейчас… кхм… занят.
— Вадим, у тебя проблемы? — неожиданно серьезно уточняет. — Я слышал о разводе.
Закатываю глаза: не всех крыс в медиахолдинге вытравили. И Туманов случая не упустит использовать информацию против меня. Надо подумать, как мне всю ситуацию красиво вывернуть. В свою пользу. И сделать это до того, как конкурент по мне ударит. Впрочем, насколько я знаю, а ведь мои люди тоже рыли под него знатно, Марк хоть и говнюк, но при этом ярый поборник семейных ценностей. Сам женат, детей планирует. Верный и правильный до мозга костей. За это я его даже уважаю. Хотя антипатия сильнее. Как и наша больная борьба.