Близняшки от босса. Сердце пополам

Будь что будет! По крайней мере, я попыталась.
Теперь остается лишь ждать приговора.
Невольно прислушиваюсь к тиканью настенных часов и пытаюсь унять стук собственного сердца, которое разошлось не на шутку и, кажется, громыхает на весь кабинет.
В то время как у меня все внутри леденеет от неизвестности и я не могу унять дрожь в теле, Шторм неторопливо возвращается к столу. Перебирает какие-то бумаги, при этом даже глаз на меня не поднимает, будто я вдруг перестала существовать.
Напоминаю о себе негромким покашливанием. Вадим продолжает свое занятие, не реагируя на меня. Словно я невидимка. Хочется ущипнуть себя, чтобы убедиться, что я все еще здесь, настоящая.
— Вадим Дмитриевич, — строго и громко зову я, устав от такого откровенного игнорирования.
Босс в мгновение ока оказывается напротив меня и протягивает стопку листов, в которых все разлинеено и почеркано. Принимаю машинально.
— Что это? — крепко сжимаю бумаги, оставляя на краях мятые следы.
Пытаюсь вчитаться в текст, но слова плывут перед глазами. И если печатный текст с трудом, но еще могу разобрать, то пометки на полях будто на другом языке сделаны. Инопланетном. Почерк неразборчивый. Размашистый, неровный и загадочный, как сам Шторм.
— Мой график совещаний и встреч на неделю, — отойдя от меня, он опускается в кресло. — С контактами заказчиков и партнеров, — откидывается на спинку расслабленно. — Так вот, мне он не нравится.
Свожу брови, бросаю быстрый взгляд на Вадима, встречаюсь с его плавленой карамелью, а после, сделав глубокий вдох, возвращаюсь к бумагам. На этот раз изучаю их внимательнее — и каким-то чудом мне удается частично пометки дешифровать. В состоянии аффекта, видимо.
— Кхм… — выдерживаю паузу, которая остро мне необходима, чтобы с мыслями собраться. — Плотный график, — задумчиво хмыкаю и слышу недовольный смешок босса. — Это нормально, что тут есть дни, где на одно время несколько совещаний записано? — отрываюсь от плана и исподлобья на Шторма смотрю.
— Роман договаривался. У него, видимо, есть маховик времени, только со мной он делиться не хочет, — говорит в своей, как я заметила, привычной игривой манере. Но тут же на серьезный тон переходит. — Снежана, я буду благодарен, если ты сможешь упорядочить весь этот трэш, — не выдержав, потирает и сдавливает переносицу, словно мучается от мигрени. — Какие-то встречи нужно сдвинуть, какие-то и вовсе перенести на следующую неделю. Созвонись со спорными клиентами. В конце концов, подключи обаяние — у меня с этим напряженка, я только хуже сделаю, — заканчивает уже с ухмылкой.
— Ясно, я попробую, — тяну неуверенно, но вспоминаю о желании босса видеть «бойкую и решительную» помощницу. — То есть… да! Я все сделаю, — киваю поспешно.
Прижимаю бумаги к груди, однако сразу отстраняю от себя, вспомнив о мокрой блузке. Незаметно смахиваю влагу с листов, но она успевает впитаться, размазав и без того неразборчивые надписи Шторма.
Вадим неотрывно следит за каждым моим движением, а затем, не обронив ни слова, пододвигается к столу. Ищет что-то среди документов и папок.
Неудачно развернувшись, случайно рамку цепляет локтем, и та падает фотографией вниз. Босс мгновенно поднимает ее, ставит на место и одним легким движением стирает несуществующую пыль с изображения.
Кто там запечатлен — я не вижу. Впрочем, это личное — и я не должна лезть в жизнь начальства.
Но почему-то не могу побороть любопытство. Меня словно какая-то неведомая сила тянет подскочить к столу, схватить рамку — и впиться взором в фото. Не понимаю, что со мной. Из последних сил сдерживаю странный порыв. Но глаз от пустого задника рамки отвести не могу. Как и избавиться от необъяснимой бури в груди.
— Роман, свободного водителя найди. Задание есть. Срочное, — рявкает Вадим внезапно, и я вскидываю голову. Босс говорит по телефону: видимо, его он и искал лихорадочно на столе. — Домой к Снежане нужно съездить и привезти кое-то, — скользит по мне взглядом, задерживается на декольте. — А еще в аптеку заскочить, — переключается на мое лицо. — Адрес и детали в смс скину.
Отключившись, вопросительно на меня смотрит. Так, что я молниеносно выпаливаю свой адрес.
— Приступай к работе, Снежана, — бросает босс, набирая текст в телефоне. — Сейчас Виктора к тебе пришлю, он сисадмин наш. Даст тебе все пароли и обеспечит необходимой техникой. Принтер, сканер… Сама ему скажешь, что тебе нужно. Ни в чем себе не отказывай, — заключает шутливо и на дверь кивает.
Срываюсь с места и, довольная, иду на выход. Но на пороге все-таки оборачиваюсь:
— Спасибо, Вадим Дмитриевич, я не подведу, — улыбаюсь я широко и искренне, но босс, взглянув на меня, почему-то хмурится задумчиво.
Сбегаю из кабинета этого переменчивого мужчины, пока он не передумал.
* * *
Буквально через полчаса стойка в приемной преображается. Оживает. Но мне некогда любоваться обновленным рабочим местом. До прихода Виктора я наспех поправила макияж и уложила волосы так, чтобы скулу прикрыть. И как только меня допустили к ноутбуку, погрузилась в жуткий график Шторма.
И вот сейчас я, словно робот, стучу по клавиатуре. То и дело поглядываю на пометки босса — и себя боюсь потерять в этом беспорядке.
Отвлекаюсь лишь на водителя, который передает мне пакет. Машинально раскрываю сверток, изучаю содержимое, пытаясь переключиться на него после бесконечной вереницы дат, цифр и фамилий.
— Спасибо, но… — цепляюсь взглядом за новую блузку, с биркой и в упаковке. — Зачем? Разве мама не передала вам? — непонимающе на мужчину смотрю.
Боссу я не лгала — я действительно перебралась с ребенком к маме. На следующее утро после ссоры с Антоном успела прихватить наши с Ритой вещи. Воспользовалась тем, что муж отсыпался и не слышал, как я хозяйничаю в квартире. Правда, взяла я только самое необходимое. Остальное решила вывезти после развода.
И сегодня я предупредила маму по телефону о том, что водитель заедет. Все объяснила ей, но…
— Мне открыл какой-то баклан. И, выслушав, послал, — сообщает мужчина грубовато. — Я ездил по этому адресу, — показывает мне смс на телефоне.
Всматриваюсь в дисплей и чувствую себя так, будто на голову ушат воды вылили. Ледяной. А потом еще порывом штормового ветра с ног сбили.
Понимаю, что на нервах я случайно выпалила боссу не тот адрес. Не мамин, а… моего мужа.
Испуганно покосившись на дверь Вадима, мысленно подписываю заявление на увольнение. В его глазах «жертва» опять солгала. И плевать, что невольно.
— Тогда я созвонился с Романом Редивановичем — и дальше действовал по его инструкциям, — успокаивает меня водитель, и я не могу сдержать облегченного вздоха. — Размер он наугад назвал. Наверное, подойдет, — мельком оценивает меня, глядя сверху вниз.
Мгновенно заливаюсь краской. Никогда еще мужчины для меня одежду не выбирали. Но я бесконечно благодарна, что они боссу мою оплошность не сдали.