Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем

— Ани, ты в который раз идешь на поводу своих чувств. Напомнить, чем закончился первый раз? — применил тяжелую артиллерию отец, когда понял, что простыми увещеваниями не обойтись.
Я вздохнула:
— Пожалуй, со стороны это выглядит именно так, но, отец, на этот раз все иначе. Ты и сам видишь, просто не хочешь признавать. И, пойми, теперь мне не просто предстоит выйти замуж, но выбирать отца для своих детей. И этот выбор гораздо сложнее того, что мне приходилось делать ранее. К тому же я уже не та наивная доверчивая девочка, которая бежала из дома год назад. А Этьен... Я видела его разным, и он меня тоже. Мы за очень короткий срок много вместе пережили и, несмотря ни на что, он всегда был для меня и моих детей опорой и поддержкой. А еще. еще я вижу, что он их искренне любит. Много ли мужчин на это способны? Титул, влияние, земли, деньги — все это хорошо, и я уверена — вы с дядей сможете найти имеющего это все подходящего короне мужа, но ты ведь хочешь мне и своим внукам счастья? — я подошла к отцу и прижалась щекой к его груди. — А я буду счастливой только с Этьеном.
Отец вздохнул, покачал головой и погладил меня по спине.
Мы тогда еще долго разговаривали. Ему было сложно принять, что я уже выросла, и наличие у меня детей его в этом совсем не убеждало, но в конце концов он принял, что, не успев развестись, я снова собираюсь замуж. Тем более кандидатура даже по его меркам была очень неплохая.
— Что ж, уж лучше я сам поведу тебя к алтарю, чем ты снова решишь совершить глупость и лишить меня этой привилегии новым побегом, — наконец, дал себя уговорить мой отец.
Именно так — дал уговорить. Потому что если бы он и правда был против, то не стал бы со мной даже разговаривать, а просто погрузил на корабль и отправил в Ревну. Видимо, договоренности с герцогом Бермингем и Аллирией были очень вкусными, чтобы решиться снова отдать свою единственную дочь замуж.
Я же все эти месяцы успевала заниматься детьми, ездить в оранжереи и погрузилась в предсвадебные хлопоты. Это только кажется, что четыре месяца на подготовку — много. Ничего подобного! Тем более пришлось учитывать, что свадьбу своей любимой племянницы решил посетить сам король Ревны.
Эта новость так взбудоражила аллирийскую аристократию, что мне простили первое замужество и развод, окрасив все это в розовые тона юношеской порывистости и романтичности.
За всеми этими хлопотами отъезд тринского герцога с сыном — моим бывшим мужем — прошел как-то мимо меня. Лишь еще однажды герцог появился в нашем доме и попросил разрешения взглянуть на внука. А когда уходил, произнес:
— Что бы там ни было, Аника, я рад, что у меня появился такой замечательный внук. Вам всегда будут рады в Трине. К тому же теперь титул графа Сквонатти и небольшие но живописные земли близ моря принадлежат Дамиану. Соответствующие бумаги я уже передал вашему отцу.
— Но как же Алан?
— Мне жаль, что вам столько пришлось пережить по его вине, но что-либо изменить в прошлом я уже не в силах. Помимо вас он натворил столько всего, что порочит наш род, что лишение титула и наследства стало для него наименьшей, но самой болезненной карой...
Действительно, для такого амбициозного и алчного человека это крайне тяжелый удар.
— .А еще он женился, — внезапно добавил герцог, и я чуть не уронила шляпу, которую собиралась лично подать старику.
— К-как женился? — опешила я. — На ком?
— На Катиери, — растянул он губы в тонкой улыбке. — Да-да, той самой, что помогала вас выкрасть. Кстати, я пообещал им, что верну графский титул, когда они осчастливят меня внуком, и внуков от другой его женщины я не приму. — Он протянул руку и сам взял у меня шляпу. — Надеюсь, он наконец начнет ценить своих детей и дар быть родителем, который Пресветлый дает отнюдь не каждой паре.
Чуть склонил голову, прощаясь, и вышел из дома. Я ошарашенно стояла посреди коридора и осознавала, как же продумано этот человек наказал не только своего сына, но и Катиери. Для этих двоих явно началась совсем не та жизнь, о которой они мечтали, и мозг друг другу они будут выедать долго и со вкусом. Лично я предпочла бы снова сигануть с корабля в открытое море, чем так жить.
Наша с Этьеном свадьба по важности затмила собой даже ежегодную ярмарку. Так получилось, что они совпали, и я в ней, разумеется, поучаствовать не могла, хотя выращенная мной роза этого стоила. И ведь распустилась как раз к конкурсу! Но, увы и ах, без создателя цветы принимать участия не могли — чтобы никто не мог выдать чужую работу за свою. Жаль, конечно, но впереди ведь будет еще много таких ярмарок.
А меня у алтаря уже ждет Этьен — мужчина, которому я безоговорочно отдала свое сердце.
— Мам, ты такая. такая красивая! — вывела меня из задумчивости Лея.
— Спасибо, солнышко! — улыбнулась я и в который раз посмотрела в зеркало.
В нем отражалась я и не я одновременно. Я уже привыкла и к вычурным прическам, и к шикарным платьям, и к украшениям, но то, что сейчас было на мне — шедевр портновского искусства! Ткань и кружево для него привезли из далекой Цхины, куда я уже хотела попасть сама. По фигуре струились бежевые шелк и шитье — белый мне уже не по статусу. Фаты не было, вернее, здесь принято нечто вроде кружевного покрова на голову, который не скрывал лицо — оно должно быть открыто пред ликом Пресветлого.
На Лее было великолепное белое платьице, в котором она выглядела маленькой кудрявой феечкой. Хотя для меня она и была той самой феей, которая сделала этот день возможным.
Открылась неприметная дверь, и в комнату вошел мой отец.
— Готова?
Он выглядел очень серьезным и напряженным. Неужели волнуется?
— Да, — улыбнулась я, и черты его лица разгладились.
— Ты сейчас очень похожа на мать, — внезапно произнес он, и его глаза заблестели. — Даже не верится, что моя дочь уже так выросла.
Я сдержалась, чтобы не закатить глаза — в последнее время эти слова звучали так часто, что даже Лея спрятала смешок.
— Уже выросла и даже родила тебе внука и подарила внучку, — я подошла и поправила на нем чуть сбившийся шейный платок.
Внука и внучку дед обожал и проводил с ними больше времени, чем когда-то с собственными детьми. Сиар даже как-то в шутку высказал ему это в качестве претензии, на что получил отповедь, что, мол, когда у него самого появятся дети, а потом и внуки, тогда он поймет. И не забывал нам с Этьеном «угрожать» страшной расправой, если мы не будем привозить ему внуков хотя бы раз в год. На что мы отвечали, что всегда будем рады видеть дедушку у нас в гостях.
Отец Этьена после объявления о нашем бракосочетании уехал в столицу — повез приглашение на свадьбу королю. Это стандартный обычай среди аристократов — дань уважению, и никто короля на самом деле не ждал. Но мы не учли, что мой дядя — король Ревны — с которым так сильно хотел породниться бывший граф Сквонатти, на такое же стандартное приглашение ответит... согласием! Как говорил отец, монарх очень соскучился по единственной племяннице и очень хотел ее — то есть меня — повидать.