Дар чародея

И именно на этих досках сверху, на закрытом месте стояла Надя. Она была привязана веревками спиной к мощному столбу, а ее ноги упиралась на жуткую крышку горячего чана. Огонь во второй открытой половине полыхал так яростно, что девушку из-за языков пламени, пляшущих перед ней, почти не было видно. Со связанными сзади руками, бледным испуганным лицом и распущенными темными волосами, она походила на средневековую ведьму, приговоренную к сожжению.
В этот момент Новиков, облаченный в грязный серый балахон и обвешанный железными подвесками и чеканными амулетами, ходил вокруг чана с факелом в руке и поджигал все новые дрова на дне котла, то и дело что-то победно крича в воздух и задирая голову.
– Он сожжет ее! – вскричал в ужасе Ивашка.
Но Чернышевы не слушали его, они уже перепрыгнули за круглые очертания земляного рва. Сергей, откинув трость в сторону, бросился к Новикову и со всего размаха саданул его по лицу. Дворецкий выронил факел из рук и осел на землю, тряся головой. Сергей же стремглав бросился к котлу. Он проворно залез на закрытую крышку, где стояла Надя, и начал рвать руками веревки, которые удерживали девушку, словно путами, пытаясь, как можно скорее освободить ее.
Испуганные большие глаза Нади были полны слез.
– Сергей! – окликнул брата Никита. И тот, обернувшись, увидел в руках брата нож.
Понятливо кивнув, Сергей протянул ладонь и в следующий миг поймал кинутый Никитой нож и начал торопливо резать веревки. Удивительно, но закрытая часть котла, на которой они стояли вместе с девушкой, совсем не обжигала. Лишь яростное тепло огня, которое находилось перед ними, сильно жарило кожу, как в бане.
Никита же подскочил к Новикову, чтобы схватить его, но дворецкий, уже придя в себя, сильно пнул Чернышева по ногам. Поморщившись, Никита мощно врезал кулаком по челюсти неугомонного Новикова, но тот не хотел успокаиваться и вознамерился подраться с графом. Яростно тряхнув гудящей головой, Капитон замахнулся, но Никита, предугадав его ответный выпад, сильно ударил бешеного дворецкого в живот, чтобы уже усмирить его. Уже через пару мгновений Чернышев жестко схватил Новикова, заломив за спину его руки. Подняв его на ноги, Никита не давал ему вырваться.
– Глупая девица! – цедил над Надей Сергей, трясущимися руками пытаясь как можно скорее освободить девушку. – Я же говорил тебе не делать этого! Ты вообще понимаешь, что творишь?!
– Но зато вы сами все видели, – нервно дрожа, лепетала она упрямо в ответ.
– Вот б… – Сергей замялся, сверкая на нее газами, и заставил себя замолчать.
Надя поняла, что он хотел выругаться и явно нецензурными словами, но, видимо, воспитание не позволило ему этого. Уже через пару минут он, разрезав веревки, осторожно спустил ее с жуткого чана на землю и отволок подальше от этого ведьмовского горящего сооружения. Неистово прижав девушку к своей груди, он пару раз выдохнул, пытаясь успокоиться.
Они оказались рядом с Новиковым и Никитой, и Сергей, вперив угрожающий взор в дворецкого, прохрипел:
– Безумец, ты совсем спятил?!
– Да за это тебя точно растерзать мало! Ишь, что удумал! – бросил ему Никита, продолжая удерживать в сильных руках брыкающего тщедушного дворецкого, который был недоволен всем происходящим и пытался вырваться.
– За что растерзать? – трепыхался дворецкий, и было видно, что он не понимает, чем недовольны Чернышевы. – Я ничего дурного не делал!
– Как душегуб, уволок ее в лес, чтобы жечь на костре?! – процедил в ярости Сергей, все еще не в силах справиться со своим гневом.
– Неправда это! Я не хотел причинить вред богине Надежде! – начал как-то истерично кричать в свое оправдание Новиков. – Я только хотел, чтобы она осветилась священным огнем!
– Освятить ее смерть сожжением?! – пророкотал зло Никита.
– Но она сама меня об этом просила! Она жаждала пообщаться с богами, а для этого надо очиститься огнем! Она сама хотела этого! – воскликнул Капитон.
– Ага, и поэтому ты связал ей руки.
– Это чтобы она вдруг не навредила себе, если испугается, – объяснил дворецкий.
– Что за бред?! – вскричал Сергей, прижимая к себе девушку, неистово целуя ее лицо и гладя по голове.
Она была так же одета в какой-то жуткий белый балахон, похожий на ночную рубашку, босая и с распущенными черными волосами.
– Богиня Надежда, скажите им! – выкрикнул Новиков в исступлении. – Что я говорю правду.
Но Надя упорно молчала, лишь испуганно жалась к широкой груди Сергея и тяжко вздыхала. И Чернышев прекрасно понял, что она специально просила его об этом, чтобы поймать на злодеянии.
– А я говорил тебе, Сережа, что он сумасшедший, а еще и буйный, как оказалось! – продолжал обвинять Никита. – Это ведь ты у нас сердобольный, всех жалеешь – и вот до чего все дошло!
– Что это? – спросил неожиданно Сергей.
Оставив Надю, он в два шага приблизился к Новикову и дернул с его шеи серебряную тонкую цепь, одну из многих, на которых красовались амулеты. Но на этой цепи сверкало вычурное золотое кольцо с мерцающим изумрудом. Сергей вперился безумным взором в знакомую драгоценность и похолодел всем телом, понимая, что они наконец нашли того, кого искали так долго.
– Все, Новиков, за это безобразие тебе точно придется ответ держать, и уже сам знаешь где! – вынес приговор Никита.
– В полиции! – процедил Сергей. – Теперь ты за все ответишь… и за смерть Лидии, и за то, что Наденьку пытался сжечь!
– За смерть Лидии? – опешил Никита, недоуменно посмотрев на брата.
– Это кольцо Лидочки, посмотри! – рявкнул в негодовании Сергей.
Никита перевел взор на драгоценность, которую яростно сжимал в пальцах брат, и побледнел. Он нахмурился, начиная понимать, что к чему.
– И впрямь… – пролепетал тихо Никита и замолчал. Было видно, что он о чем-то напряженно задумался.
– Где ты взял кольцо?! – прокричал Сергей прямо в лицо Новикову, схватив его за грязный балахон на груди. – Говори немедля, или я за себя не отвечаю!
Надя впервые видела жениха в таком бешеном гневе, да еще чтобы он так хрипло угрожающе рычал. Она понимала, что он действительно сильно переживал по поводу всего этого. Она приблизилась к нему и, положив руку ему на плечо, пыталась чуть отодвинуть от перепуганного, бледного как смерть Капитона.
– Сережа, успокойся, – попросила она ласково.
– Отойти, Наденька! – огрызнулся он. – Сейчас этот колдун мне все расскажет!
– Колдун? – вновь недоуменно спросил Никита, явно не понимая, так и удерживая Новикова в руках.
– Да, таков он и есть! – прохрипел Сергей, толкнув Новикова в грудь. Чуть отступив от дворецкого, он продолжал испепелять его ненавидящим угрожающим взором и цедил каждое слово: – Именно ты тот колдун, который уморил мою Лидочку! Именно тебя я искал весь этот жуткий год! Именно ты водил меня кругами по лесу, когда пропала Лидия, и я, как одержимый, искал ее. И лазил по твоим гнусным подземельям! И два месяца назад едва тебя не поймал, ведь так? Когда нашел твое логово! Но ты, Новиков, ловко ускользнул от меня, словно уж! Еще и стрелял! Тогда тебе удалось скрыть свое лицо, и оттого я не смог узнать тебя. Но это ты сначала убил мою Лидочку, а теперь хотел расправиться с Наденькой! Это ты, Новиков, заморочил голову Лидии, обещая ей помочь, и внушал ей свои потусторонние бредни! Колдун и есть! Именно ты морочил мне голову весь этот год!