Дар чародея

– Предчувствуя свою гибель, ваш батюшка настоял на том, чтобы мы с тобой, Никита, уехали и скрывали наше существование. После нашего отъезда он рассчитал всю прислугу и нанял новую, чтобы они не могли знать, что у Чернышевых был еще один сын. Я забрала тебя, касатик, с собой и мы жили вместе, – объяснила бабушка. – Твой отец многое знал наперед. И когда ваши родители погибли в схватке с колдуном, который на самом деле не был твоим дядей, этот черт стал опекуном Сережи, чтобы выведать все про завещание вашего батюшки.
– Но почему именно я жил в бедности, почему выбор отца пал на меня? – заявил Никита обиженно.
– Ты возмущен, дорогой? – подняла брови Велина. – Наоборот, ты должен благодарить своего батюшку за то, что он выбрал тебя для этого. Потому что мы не знали, выживет ли Сереженька. Все-таки он остался тут в лапах колдуна и в любой момент мог погибнуть. Его жизнь здесь была гораздо опаснее.
– И роскошнее, – буркнул Никита мрачно.
– Прекрати эти глупости, – строго сказала Велина. – Плохое позади, и мы все вместе. Все эти долгие восемь лет я пыталась разделаться с этим чертом и его прихвостнями. И постепенно уничтожала их одного за другим. С самим же колдуном Борисом мне удалось справиться только после совета светлых старцев-волхвов, которые надоумили меня, как от него избавиться. Потому что физически убрать его было почти невозможно.
– Так для этого вы уезжали из нашей деревни неделю назад, бабушка? – понял Никита.
– Ты верно догадался. Я была здесь.
– Но дядя умер от сердечного удара, – уточнил Сергей.
– Естественно, – кивнула старушка. – Я все сделала так, чтобы доктора так и думали. И не стоит называть его дядей, он тебе не родной.
– Теперь я понимаю, – сказал задумчиво мальчик.
Возникла недолгая пауза. Сергей и Никита переосмысливали все слова прабабушки и не могли прийти в себя от этих новостей.
– Что задумались, голубки? – подбадривающе улыбнулась она мальчикам. – Мы вместе, снова одна семья. И отныне заживем счастливо, ведь так?!
– Я очень рад этому! – вдруг вскликнул Сергей, первым придя в себя, бросился к Никите и крепко обнял его. – Братец! Так хорошо, что вы вернулись домой!
Никита же не выразил восторгов по этому поводу и в ответ, чуть приобняв брата, промямлил:
– Наверное. И вы будете не против, чтобы мы жили с вами, граф?
Сергей отстранился от него и искренне ответил, улыбаясь:
– Нет! Я только рад буду! В этом огромном доме так неуютно одному. А теперь у меня есть родные люди. Благодарю вас, бабушка!
Он обнял и ее. Старушка радостно рассмеялась и проворчала:
– Осторожнее, дорогой, не жми меня так. Я уж немолода, еще сломаешь мне ребра. А мне еще надобно прожить лет пятьдесят…
Все рассмеялись, и даже Никита, которому явно понравилось теплое отношение к нему Сергея.
– Скоро ваши именины, касатики, – сказала Велина. – Подумайте, что каждый из вас хочет получить в подарок. Мы прочтем завещание вашего батюшки, он оставил его для вас. Ибо всегда верил, а скорее всего, знал, что мы снова будем вместе. Он мог видеть будущее. Так и вышло…

Пятнадцатого июля, в день двенадцатых именин молодых графов Чернышевых, на закрытый прием в фамильный особняк на Малой Дворянской улице были приглашены только добрые и сердечные люди, как сказала Велина Александровна, которые искренне радовались воссоединению семьи и возвращению Никиты и его бабушки. Кроме дворянских семейств, здесь присутствовали купцы, мещане и пара непонятных людей, похожих на отшельников или монахов. Велина Александровна была рада приезду всех гостей, знатных и нет, угощая за обильно накрытым столом всевозможными яствами. Гости желали мальчикам здоровья и скорейшего взросления, жали им руки и высказывали надежду, что Чернышевы найдут свой путь и счастье в этом мире.
После того как все гости разъехались по домам, бабушка Велина, как теперь ласково называли ее мальчики, привела их в бывший кабинет отца и закрыла дверь на ключ.
Сидя в кресле Михаила, старушка окидывала своих правнуков любящим взором, сегодня они оба были модно одеты в сюртуки и светлые штаны, как и полагается мужчинам-дворянам, и держались весь вечер очень достойно. Она была горда ими, понимая, что мальчики выросли хорошими детьми, и надеялась на то, что они станут и замечательными душевными молодыми людьми. Сегодня она намеревалась отдать им дары покойного отца, которые отныне должны сопровождать их по жизненному пути.
Они родились в один день, но не сильно походили друг на друга. Сергей имел русые волосы, светло-голубые глаза отца, миловидное лицо. Он был добродушным, немного застенчивым и спокойным. Никита же был темно-русым с зеленью глаз матери, неспокойным, подвижным и немного вспыльчивым. Хотя он и вырос в простых условиях, в деревне, врожденный аристократизм все равно проявил себя. И теперь он смотрелся вполне органично в дорогом костюме и мягких бальных туфлях.
Они стояли перед ней, и Велина видела, что Сергей постоянно жмет брату руку и словно пытается угадать его настроение.
– Бабушка, вы говорили, что батюшка оставил для нас какие-то ценные вещи, – спросил нетерпеливо Никита. – Вы же для этого позвали нас сюда?
– Ты прав, милок. Сейчас я вам все и отдам.
Глаза Никиты загорелись, ибо он предчувствовал, что их отец, имеющий огромное состояние и множество крепостных душ, наверняка должен был завещать им нечто дорогое.
Велина Александровна встала и подошла к большой напольной вазе, расписанной диковинными рисунками в восточном стиле, стоявшей у стены и служившей украшением камина. Сосредоточившись, она выпрямила пальцы правой руки и ребром ладони легко ударила по боковой стенке вазы. Та вмиг рассыпалась на множество осколков. И мальчики с удивлением охнули, ведь прабабушка – как они узнали, бабушка их матушки – применила некое секретное мастерство, которые позволило ей таким легким движением разбить вдребезги очень прочную глиняную вазу. Проворно наклонившись, Велина откинула часть осколков и вытащила некий сверток из простой холстины. Она проследовала к столу и, положив его на стол, развязала тесьму и извлекла письмо.
– Так тайник батюшки все время был здесь, в кабинете Бориса? – удивился Сергей.
– Естественно. Ранее это был кабинет вашего батюшки. На самом видном месте. Лучшего тайника и не найти. Этот черт явно бы не стал искать у себя под носом. А ваза эта была с двойным дном. Вроде заглянешь в нее, а там пусто.
– Поразительно!
– Ну что, готовы услышать наказ вашего батюшки, милочки? – спросила она, усаживаясь в большое кресло у стола. Она быстро распечатала письмо и развернула его.
– Читайте! Прошу вас, бабушка! – не выдержал напряжения Никита.
– Хорошо.

– «Если вы читаете это, мои любимые сыновья, значит, зло побеждено и колдун и его темная шайка мертвы. Надеюсь только на то, что вы оба в здравии, как и моя дорогая Велина Александровна, ваш ангел-хранитель. Я сделал все, чтобы уберечь вас. Вы мои любимые сыновья, мое продолжение и моя гордость. Я передам в дар мои сокровища, которые велел отдать после достижении вами двенадцати лет, ибо теперь вы достаточно выросли, любимые мои, чтобы сделать решающий выбор, выбор вашей души и вашей судьбы.