Домашний арест или новый папа по соседству (СИ)

У меня все замирает, когда откуда-то из угла зала к трибуне выходит тетка из опеки. Я стискиваю пальцами столешницу.
-Спокойно, - шепчет адвокат, - у нас есть характеристики из сада, с работы, от соседей. Заключения наркодиспансера и психиатра. Все будет хорошо.
Но инспекторша из опеки меня удивляет. И, видимо, не только меня, потому что обернувшись в мою сторону, она вдруг начинает говорить совсем не то, что была должна.
-Когда в нашу службу поступил сигнал, мы конечно, сразу отреагировали, - говорит эта женщина. - Организовали проверку, опросили соседей и входе всех мероприятий выяснили, что сигнал был ошибочным. В квартире проживает прекрасная семья. Сытая, образованная, аккуратная. Со всеми актами вы можете ознакомиться лично…
От облегчения я закрываю глаза. Как? Что это вообще за чудеса?
-Мы бы тоже хотели пригласить своего свидетеля, - говорит мой адвокат. - Раз уж пошли в ход такие аргументы.
К кафедре выходит Лина.
-Как представитель лаборатории, я бы хотела предоставить суду доказательства того, что истец предпринимал попытки опорочить честное имя ответчика. Попросту отравить. Прошу вас, Ваша честь, ознакомиться с результатами экспертизы содержимого кофейного стакана…
А дальше начинается жесть. На проекторе откуда-то берутся кадры с камер, где свекровь угощает меня кофе. Валентина Ионовна картинно хватается за сердце и требует врача, чтобы зарегистрировать покушение на ее жизнь. Кричит, что это подстава. И отпечатки тоже. А она - заслуженный врач и прочее. Мой адвокат выдвигает дополнительный иск и в качестве отступных предлагает условия разделения родительских прав при которых мой бывший муж видит ребенка раз в две недели. Три часа. И только на общественной территории, контролируемой камерами видеонаблюдения. Этим он фактически ставит свекровь в положение, когда в клинике круглосуточно поселится прокуратура и будет контролировать весь поток лекарств, если она позволит делу со стаканом дойти до разбирательств.
Мой бывший муж решает сыграть в «хорошего полицейского» и начинает петь суду, что ему совершенно не приносит удовольствие раздел ребенка. Ему главное - чтобы дочь была счастлива. Он ради этого на все согласен. В браке или нет…
Ах, прям святой!
Суд удаляется для вынесения решения.
Приставам приходится вызвать дополнительную охрану, чтобы мои, конечно и исключительно доброжелательные родственники не получили доступа ни ко мне, ни к Лине.
-Я не думала, что ты сама решишь выступать, - шепчу я сестре Ивана. - Тебе не страшно?
-Я тебя умаляю, - фыркает она. - Что с меня взять? Кроме собачьего корма.
Почувствовав, что суд явно на нашей стороне, я даже выпиваю стаканчик сладкого кофе, но съесть так ничего и не могу. От вида печенья и шоколадок к горлу подступает тошнота.
Зал затихает, когда судья возвращается.
-Суд постановил, - бьет она своим молоточком. - Истцу в требовании отказать. Удовлетворить встречный иск от ответчика и назначить основным местом проживания ребенка жилплощадь матери. Удовлетворить требования ответчика о продолжительности свиданий, а также удовлетворить требование по алиментам в размере, установленном законом Российской Федерации.
Дальше она ещё зачитывает детали решения.
Свекровь беснуется и кричит, что будет жаловаться и, конечно, пойдет в инстанции выше. В итоге, так достаёт судью, что та после трех предупреждений накладывает на свекровь штраф.
Счастливые мы с Линой после суда заезжаем в магазин и скупаем все вкусности, которые попадаются на полках. Загружаем сладостями адвоката, у дочки которого сегодня, оказывается, день рождения, и отправляемся домой.
Там застаем душераздирающие последствия кулинарной эпопеи о том, как Ваня и Вера стряпали сосиски в тесте. Кухня в муке, одежда в муке, мебель в муке, дочка спит в муке и Аронов… который единственный чистый, потому что успел помыться.
Я с визгом кидаюсь ему на шею. Он смеется и кружит меня.
-Все, - спрашивает требовательно, - ты теперь свободная женщина? Только моя женщина?
-Да, ну почти, - киваю, - через месяц решение вступит в силу, если его не оспорят.
 
-А они не станут, - кровожадно фыркает Лина.
Когда Вера просыпается, мы садимся пить чай с теми самыми сосисками. Они оказываются вполне себе сносными.
-Мамочка, тебе вкусно? - Настойчиво интересуется дочь.
-Очень, - усердно причмокиваю. - Ты у меня настоящая хозяюшка.
-А жуется тебе хорошо? - Не отстает с вопросами Вера.
-Хорошо, - удивлённо киваю. - Смотри, - отправляю в рот последний кусок булки. - Я все-все скушала.
-Как скушала? - Подлетает дочь со стула и пытается заглянуть ко мне в рот. - Ваня, она его съела! - Констатирует с отчаянием. - Совсем проглотила…
Аронов начинает истерично ржать.
-Что происходит? - Пытаюсь понять я.
-Ай, - вскрикивает Лина. - Что это? Кулинары?
Выплевывает кусок булки на ладошку и, отряхивая от крошек, демонстрирует всем кольцо, которое я нашла сегодня утром в шкафу.
-Не, я конечно, понимаю, братец, что инцест - дело семейное, - начинает с ехидной улыбочкой.
Иван не дает ей договорить. Забирает кольцо, обмывает его под краном и подходит ко мне.
-В общем, - улыбается, - у нас все как всегда, романтично, Надь. Но хорошо, что ты кольцо не съела, а то было бы совсем, как всегда. Через то самое место.
Лина прыскает от смеха.
Я тоже не сдерживаюсь и прикрываю рот ладошкой. Такой момент. Мне вообще то, предложение делают. А я ржу.
-Надюш, ты выйдешь за меня замуж? Я вот уже у Веры спросил. Она не против… - Заглядывает мне в глаза Иван.
-Да… - шепчу и порывисто его обнимаю. - Да!
Вера стискивает ручонкам нас двоих.
-Я тоже хочу… - растроганно гнусавит Лина и наваливается сверху.
Я тихонько плачу в раз десятый за сегодняшний день, но теперь уже от счастья. Вот теперь все правильно. Идеально, как я мечтала! Целую Аронова и вдруг чисто мамским боковым слухом слышу, что справа будто кто-то стучит каблуками по ламинату.
Оборачиваюсь и встречаюсь глазами с ярко накрашенной, модной, молодой женщиной. Она кажется мне знакомой.
Девушка небрежно кидает сумочку на барную стойку и ведет пальцем по рассыпанной муке.
Аронов застывает в моих руках. А чувствую, как физически напрягаются его мышцы.
-Что ты здесь делаешь, Элен?! - Говорит своим самым ледяным тоном. - Я просил тебя оставить ключи у охраны. Ещё месяц назад.
-Нам нужно поговорить, Иван, - говорит она. - Наедине…
Мое сердце сбивается с ритма. Что нужно этой женщине от моего теперь уже будущего мужа?
-Говори здесь, - пожимает плечами Иван. - У меня нет секретов от семьи.
-Ну что ж, - усмехается Элен. - Здесь, так здесь. Семья…
Несколько раз бьет красными ногтями по столешнице и выдает:
-Я беременна, Иван…
 Глава 28. Проблемы и их решения. 
Глава 28. Проблемы и их решения.
Иван
Молча просматриваю результаты анализов, которые принесла Элен.
-Ты прости, - прокашливаюсь, - но я должен спросить, почему ты уверена, что он мой?
-Срок почти три месяца, - отвечает моя бывшая женщина. - Я тогда с Гераскиным ещё даже не была знакома.
-То есть ты спала с этим жопоногим, имея моего ребенка в животе? - На пару секунд меня накрывает.
Это, конечно, мерзость. И я не знаю мужика, который бы отреагировал адекватно.
-Мне извиниться ещё раз? - Вспыхивает Элен. - Ну не знала я! Ты был постоянно занят. Я тут одна. Не нужно строить из себя святого!
Нервно меряю шагами кабинет и на всякий случай смотрю в окно. Мне сейчас очень страшно от мысли, что когда я выйду из кабинета, я не найду в доме ни сестру, ни Надю, ни Веру. Они могут! Черт, все ж так хорошо было!
Делаю глубокие вдох и выдох.
-Вот только не нужно так тяжело вздыхать! - Повышает голос Элен. - Если ты думаешь, что залететь от тебя - это верх мечтаний, ты глубоко ошибаешься. У меня только карьера пошла в гору. В общем, если ты готов нас содержать, то я оставлю ребенка. Если нет, у меня ещё есть месяц на аборт.