Измена леди Вайолет

Все эти поступки обусловлены подсознательным стремлением к одному единственному итогу.
— А девчушка-то поняла наконец, — прокомментировал прочитавший мои мысли Гоинс. Да только мне от этого легче, увы, не стало.
Следующий миг с тоненьким протяжным криком из моего тела отделилась черная призрачная субстанция, сворачиваясь следом в овальный комок.
— Вот она, проклятая частичка Нешзрагатма! — выдал дед, глядя на сие мерзкое, пульсирующее нечто, даже чуть придвинулся вперед, чтобы лучше разглядеть. Потому как кресло скрипнуло, маска качнулась.
А субстанция при этом лишь сильнее завизжала, завращалась и стала пульсировать пуще прежнего, предпринимая попытку за попыткой добраться до кого-нибудь из присутствующих. Однако призванная вампиром магическая клетка, красной паутинкой опутавшая эту сущность, не позволила ей ничего сделать.
— А теперь вернем всю кровушку обратно. — прокомментировал старый маг, возвращая моему телу жизненные краски. Буквально.
Вновь по мановению пальца я закрыла глаза и очутилась в собственном теле, ощущая небывалую легкость и огромный, просто невероятный прилив сил! Еще немного, и смогла бы парить над полом, уж наверняка.
— Вот так-так э-это же... — проронил кровавый маг по завершению заклинания. Пентаграмма на его груди постепенно угасла, а голос стал каким-то глухим и слабым. Затем он и вовсе попросил: — Отдай мне её...
— Нет. — Вампир был неумолим и лишь сильнее сжал меня в своих объятьях. — Как сосуд она тебе не подойдет.
Когда же до меня дошел смысл сказанного, то я чуть было не стала вырываться, чему мешала стальная хватка, удерживающего меня очередного монстра. Который, казалось, и вовсе считал меня, как какую-то вещь.
— Вижу, ворожба вытянула из тебя последние силы, — голос Сазеральда зазвучал, если не надменно, то близко к тому. — У меня есть другое к тебе предложение.
Я даже удивиться не успела, как вдруг меня отпустили, и вампир метнулся к старику, сдирая маску с его лица столь же высушенного, как и тело, со впалым носом.
Бр-р. Да только мой покровитель следом взял и надкусил свое запястье. Залил брызнувшую оттуда голубую кровь Гоинсу в глотку. Так вот откуда выражение?! Разве это не сказки? И, конечно же, зачем ему это?!
Ведь старик, почти захлебывался, потому был вынужден делать глоток за глотком. Пока Разиус наконец не отстранился и чему-то удовлетворенно кивнул.
За дверью между тем взволнованно закричало сразу несколько человек. И судя по грохоту, они пытались вломиться в это помещение. Следом и вовсе раздалось многоголосное:
— Мастер Гоинс?
Но старик в ответ лишь завопил словно от боли, костяшками пальцев впиваясь в кресло. А его безумный взгляд полыхнул алым светом и. Глава кровавых магов стих, безжизненно откинувшись на спинку кресла.
— Он жив, — выкрикнул Сазеральд стражникам, все как один чем-то гремящих там в коридоре.
Но ответом ему послужило лишь гневное:
— Т-ты!
— Пр-редатель!
— Мы сожжем твоих последователей! Всех до единого!
А Разиус даже не поморщился, продолжая стоять ровно, а самое главное — молча. Лишь глаза его светились. Не поняла, как такое случилось, но я вдруг увидела словно сон наяву. Глаза подернулись прозрачной дымкой, и в сером тумане проступила неясная картина, обретающая с каждым мгновением более четкие очертания. Глава Сазеральдов жал руку обращенному в вампира Гоинсу, блеснувшему в темноте внушительными клыками. И лицо его как будто стало более живым чем при жизни. Таким... таким контурным, хоть и по-прежнему заостренным, но первым делом бросился в глаза вернувшийся на положенное место нос. При этом всём за спинами этих двоих пятеро кровавых магов стояли и не двигались, с отвращением наблюдая за происходящим, судя по сомкнутым губам. Глаза их, увы, все так же скрывались за капюшонами плащей.
Затем картина перед глазами померкла и я снова вернулась в комнату, приобретшую для меня материальные очертания.
— Ты умрешь! — прокричал один из магов. И в этот раз очередной удар кровавой плетью по магическому барьеру выставленному Сазеральдом заставил его магию разлететься на мелкие капли. Прежняя дверь, видимо, осела золой под ногами магов, открывая нашему взору нападавших.
— Гоинс жив, — повторился как ни в чем не бывало Разиус. — Спросите лучше у графини, что она увидела.
— Обращение в вампира! — воскликнул другой, влетая в комнату, чтобы тут же попасть в спеленавшую того по рукам и ногам кровавую ловушку, словно паутиной. — Это ты называешь, жив?
— То есть, лучше было бы, чтобы он испустил дух в моем присутствии? Не так ли? Эсмер.
— С этими словами мой опекун повернул голову к стоящему поодаль не участвующему магу. Тот в ответ лишь усмехнулся:
— Пока обращение не завершилось, мы просто убьем вас всех, и дело с концом.
Его старческий голос, как и морщинистый подбородок выдавал в нем очередного старожила клана Эн’Скалле.
— Да уж. Если бы не твой сын, который спутался...
— Молчать! — прикрикнул тот в ответ. Да так, что стены всего здания содрогнулись, На пол мгновение спустя осыпалась песчаная крошка. — Чего вы ждете, убейте их!
Мне, увы, осталось лишь наблюдать, как из ладоней магов вновь заструилась кровь, соединяясь в тонкие жгуты, готовая наверняка причинить существенный урон Сазеральду, а возможно, и мне. Но этому не суждено было сбыться, ведь я видела исход. Но несмотря на это, белые магические иголки, словно нанизанные на кровавую нитку, бросились в нашу сторону, чтобы прошить тело насквозь тысячами стежков.
Однако магию отвели, не позволив ей даже пробраться в комнату. А за нашими спинами раздался протяжный скрип кресла.
— Поздно, — произнес Гоинс своим старческим голосом.
Уверенно прошествовав мимо нас, он стал в дверях, там, где остановились тысячи иголок и прикоснулся к одной из них. — Эсмер, Эсмер. Не ты ли сам отказался от своего сына, отослав его к метаморфам полномочным послом в искупление своего поступка?
— Он опорочил имя Эн’Скалле! — возмутился тот в ответ.
— Он не сделал ничего дурного, они поженились перед тем, хоть и тайно, не поставив в известность клан. И только лишь ты углядел в этом слабость.
— Кровавые маги должны усиливать друг друга, браки с иномирянками строго запрещены!
— Так, да? А знаешь ли ты, что сам основатель клана Эн’Скалле был иномирянином?
Следующий миг старик хлопнул себя свободной ладонью по лбу и громко усмехнулся со словами: — Ах, да... Кажется, я никому об этом не сообщал.
Затем он полуобернулся к нам и улыбнулся так, словно забавлялся от происходящего. А за его плечами, изумленные маги тот же миг скинули свои капюшоны и уставились на Гоинса во все глаза. И даже Эсмер.