Лёгкое пёрышко. Как песня тишины

– Ты в порядке? – Скай коснулась моей руки.
– Конечно. – Бабочка села мне на руку. Бабочка из пыли и света. Два темных глаза смотрели на меня сквозь длинные ресницы. Я сглотнула. – Ты тоже это видишь? – спросила я Скай.
– Что?
– Бабочка у меня на руке. Это привратник.
Скай покачала головой.
– Видишь ворота? – задала она логичный вопрос.
– Я не уверена. – Я изо всех сил вглядывалась в мерцающий вокруг меня воздух. Ничего. Может, эльфам не попасть в эту странную долину? Или они вообще не могли прийти мне на помощь? От страха у меня перехватило дыхание. Бабочка оставила пыльцу на тыльной стороне моей руки. Я подняла руку выше. Лети. Легкий порыв ветра разнес ее во все стороны. Бабочка тоже исчезла.
Папа потер руки.
– Давайте возвращаться. Все готово.
Я кивнула и последовала за ним к машине. Как бы я ни хотела выполнить просьбу Кассиана, я знала, что у меня нет выбора. В конце концов, на этот раз это была просьба, а не приказ. Шаг вперед, хотя и небольшой.
 
На улице стемнело, и в нашей комнате горела только прикроватная лампа. Она освещала тусклым светом лишь крошечный угол. Скай стояла у окна и снова и снова смотрела на часы.
– Если твой отец хочет успеть к полуночи, мы должны ехать. Он заснул?
Я протерла глаза и натянула одеяло до подбородка.
– Сомневаюсь, но если и так, не так уж плохо.
Хорошо, если мы упустим идеальное время. Я не чувствовала необходимости возвращаться в то жуткое место посреди ночи и, возможно, папа тоже. Лишь однажды я захотела послушать Кассиана.
Я проспала два часа, пока Скай наблюдала и работала. Стук ее пальцев по клавиатуре сопровождал меня во снах.
– Он идет, – сказала Скай. – Он идет к машине. Что он задумал?
Я вскочила.
– Думаешь, он хочет поехать без нас? – Я осторожно выглянула в окно. Страх сжал мне горло. Я не могла его отпустить одного. Если эльфы защищают нас, эта защита могла включать и его.
Скай беспомощно пожала плечами.
– Может, он не хочет подвергать нас опасности.
– Мы должны остановить его. Сделай что-нибудь. Он не может закопать шкатулку. Он это знает.
Мой отец посмотрел на нас, и я вздрогнула. Скай опомнилась, она раскрыла окно и помахала ему рукой.
– Элиза с вами? – спросила она.
– Нет! – крикнул он.
– Но она ушла двадцать минут назад, – ее голос казался взволнованным. – Она хотела спросить, когда начнем. Неужели с ней что-то случилось? – Скай была одаренной актрисой, даже если не хотела этого признавать. – Нам лучше поискать ее. Подождите, я спускаюсь!
Теперь она закрыла окно.
– Я отвлеку его, а ты спрячешься в машине, – сказала она и исчезла из комнаты. Я с изумлением посмотрела ей вслед, затем схватила ботинки и куртку и на цыпочках поспешила вниз по лестнице. Я слышала, как папа и Скай спорят. Они находились в одной из общих комнат.
Камешки на подъездной дорожке впивались мне в ноги, но я не обращала на это внимания. Я бежала к машине. К счастью, папа не запер ее. Я присела за пассажирское сиденье, надела ботинки и натянула черную куртку. Теперь я могла только надеяться, что папа не проверит заднее сиденье. Мама в основном так делала. Однако я все еще не понимала, что происходит. Возле машины раздались голоса.
– Ах! – воскликнула Скай. – Элиза только что прислала мне сообщение. Мистер Дермотт задержал ее. Она хочет знать, когда мы собираемся.
Мой отец откашлялся.
– Я поеду сегодня один, Скай, – смущенно сказал он. – Это действительно небезопасно.
– Но вы не можете закопать шкатулку. Вы не одарены магией.
– Мы даже не знаем, действительно ли это нужно. Может, профессор ошибался. Я хочу сначала попробовать в одиночку. Если не получится, попробуем завтра вместе. С моей стороны было бы безответственно затащить тебя туда. Я отказываюсь верить в эти фокусы-покусы. Позаботься об Элизе. Могу я на тебя положиться? Ты более разумная из вас двоих.
– Что, если вы не вернетесь? Что я должна ей сказать? Позвонить в полицию или сообщить вашей жене?
– Этого не произойдет. Обещаю.
Интересно, откуда у него такая уверенность. Дверь машины открылась, и я стала еще меньше.
– Будьте осторожны! – сказала Скай.
Я не услышала ответа отца, потому что машина завелась в тот же момент. Он уехал.
 
На этот раз время тянулось как жевательная резинка. По радио тихо играли шотландские песни. Я боялась снова заснуть, но потом из-за страха адреналин разлился по венам, так что даже ровный звук колес по гладкому асфальту не усыпил меня.
Раздался шепот.
– Открой меня, Элиза. Я исполню твое заветное желание, – услышала я. Это было страшно. Голос звучал так, будто принадлежал маленькой девочке, которая вот-вот расплачется. Папа, должно быть, спрятал коробку где-то в машине. – Освободи меня, – сказала она, – и ты не пожалеешь об этом. – Я не могла ответить. Было что-то в этом голосе, что сжимало мне сердце. Я не могла сказать свое самое сокровенное желание.
Почему шкатулка могла говорить? Я увидела перед собой девочку, слишком юную, чтобы быть могущественной колдуньей. Может, мы все ошибались. Моя фантазия унесла меня прочь. У ребенка были длинные светлые волосы, и он напоминал эльфа. Белое платье на ней казалось старомодным. Она наклонила голову и грустно посмотрела на меня.
– Пожалуйста, – попросила она. – Освободи мою душу, и он будет любить тебя вечно, если ты этого хочешь.
Мое самое сокровенное желание, вероятно, было написано у меня на лбу. Интересно, как она собиралась его исполнить. Я с треском провалилась. Проклятие. Я заплакала. В ярости вытерла слезы с щек, покачала головой и прижала руки к ушам. Он должен любить меня по собственной воле, а не потому, что девочка его околдовала. В любом случае это всего лишь воображение. Я переутомлена, напугана, и все тело затекло из-за неудобной позы.
Мой отказ, казалось, расстроил девочку. Ее глаза расширились, черты лица расплылись, детское лицо искривилось в жуткой гримасе. Изо рта торчали острые зубы, а глаза блестели кроваво-красным. По мягкой коже ее щек побежали шрамы. Крик вырвался из моего горла, но в последний момент я прижала руку к губам. Лицо растаяло как снег, темно-серой струйкой. Шкатулку нельзя открывать. Дрожа, я положила голову на заднее сиденье и закрыла глаза.
Мое чувство времени исчезло. Мы ехали так долго сегодня днем? Со Скай рядом, в удобном сиденье время пролетело быстрее. Наконец отец свернул на тропу, ведущую в долину. Машина ударилась, и мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не застонать. Я чувствовала неровность каждой выбоины. Это приключение принесло бы мне кучу синяков, и, вероятно, не только это, если бы я взяла с собой хотя бы нож. Хотя можно ли защититься от призраков обычным оружием? Вероятно, нет. Я представила себя сражающейся с армией призраков кухонным ножом.