Лёгкое пёрышко. Как песня тишины
Если она начнет вешаться на Виктора, то, возможно, оставит в покое Финна. Для брата это стало бы спасением, даже если он этого еще не знал.
– Кажется, у тебя есть особые способности, – раздался голос позади меня, и я резко развернулась. – Другого объяснения, откуда ты знаешь, как я целуюсь, нет, – губы Виктора скривились, но выражение лица осталось серьезным.
Я покраснела как помидор. Моя кожа – это дар богов.
– А… Я… Она… Грейс всегда слишком любопытна.
– И ты подумала, ничего страшного, если она решит, что новый парень готов целоваться с незнакомкой в первый же день.
В его интерпретации это прозвучало, мягко говоря, немного некрасиво.
– Я просто хотела немного подшутить над ней. Я же не знала, что ты подслушивал.
– Я не подслушивал, лишь хочу зайти в свой класс, – сказал Виктор, указывая на дверь, которую я перекрыла.
Я отошла в сторону.
– Конечно, прости. – Это было так неловко.
Глава 9
Шкатулка начала нашептывать уже на последнем уроке. К счастью, это слышала только я. Виктор обернулся и удивленно оглядел меня, но слышать ее он не мог. Он сидел в четырех рядах от меня рядом с Грейс, которая, не переставая, болтала с ним. Забавно, что сегодня Виктор был на всех моих уроках.
Отчетливых слов коробка не выдавала, скорее, это походило на журчание. Только в автобусе она становилось все громче. Было глупо тащить ее в школу, но что еще оставалось? У меня не было такого тайника, как у Кассандры. Мне не разрешалось передавать его другим магическим существам, и я не могла придумать ничего другого. Так что просто засунула ее в карман.
Предположить, что Кассиан поможет мне, значит заранее обречь себя на разочарование. Он бы не пришел, даже если бы меня превратили в кролика. Отнести шкатулку в наш подвал? Если бы я только запомнила защитный знак, который Кассандра нарисовала на стене. Но даже скопируй я его, этого было бы недостаточно. В любом случае я не могла сделать то, что Кассандра сотворила с камнями.
Вернувшись домой, я побежала в свою комнату.
– Элиза, – услышал я шепот. – Открой меня.
Невероятно страшно. Будто Голлум из «Властелина колец» прошептал мне на ухо: «Моя прелесть!» И в отличие от Скай, которая считала Голлума крутым, я совсем не была от него в восторге. Я стиснула зубы и заткнула уши туалетной бумагой. К сожалению, не помогло. Жуткий голос продолжал звать меня, и, хотела я того или нет, я подходила все ближе к шкатулке. Это та самая колдунья? Как Кассандра назвала ее? Вангуун? Пока еще я держалась, но ночью голос сведет меня с ума, и я не хотела представлять, что тогда произойдет. В моем воображении назгулы бросались к нашему дому, выхватывали у меня шкатулку и ее содержимое, а потом набрасывались на мою семью. Я зажала уши руками, вновь услышав зов. Теперь он звучал проникновеннее. Почему не появляется этот глупый эльф? У меня медленно заканчивалось терпение. Наверняка он знал, что я сижу здесь и не знаю, что делать. Глаза наполнились слезами. И как мне быть?
Я решила позвонить Скай. Удивительно, но она ответила на звонок, едва я набрала ее номер. На заднем плане я услышала музыку и звон тарелок.
– Ты где? – подозрительно спросила я.
– Виктор пригласил меня на обед, – весело объявила она. – Мы в «Bella Italia».
На мгновение я потеряла дар речи.
– И когда ты собиралась мне об этом сказать?
– Все произошло очень спонтанно. Я бы позвонила тебе.
По крайней мере, в ее голосе слышалось сожаление.
– Я не знаю, что мне делать, – прошептала я. – Шкатулка шепчет и хочет, чтобы я ее открыла.
– Тогда почему бы тебе не открыть ее? – прошептала Скай в ответ.
– Кассандра это категорически запретила. Она сказала, что сначала я должна прочитать бумаги.
– Так сделай это. Ты рассказала своему отцу, что она уже у тебя?
К счастью, перед Виктором Скай не упомянула, что речь идет о шкатулке. Я слышала его голос на заднем плане.
– Я потом тебе расскажу, – успокоила она его.
– Не говори об этом Виктору, – меня охватила паника.
– Да, да. Покажи тест своему отцу. Не оторвет он тебе голову, – сказала она громче, чем требовалось, и повесила трубку.
Не самое идеальное прикрытие. Завтра Скай придется кое-что мне объяснить. Свидание с сыном врага у меня за спиной. Время написать сообщение у нее точно было. В конце концов, девушке приходится чаще ходить в туалет, и оттуда можно что-то настрочить. Я просила не так уж много.
Но Скай, конечно, была права, я должна поговорить с отцом, даже рискуя тем, что он поместит меня под домашний арест на всю оставшуюся жизнь за мои ночные приключения. В любом случае я не хотела выходить на улицу. Он мог бы запереть меня в нашем подвале.
Собравшись с духом, я выудила шкатулку из кармана. Она оказалась горячей, я чувствовала это даже через ткань, в которую она была завернута.
Сердце колотилось в горле, когда я постучала в дверь кабинета. Никто не ответил. Вот черт. Он ушел? Я снова постучала. Может, папа внизу на кухне? Или в кафе?
Я услышала звук поворачиваемого ключа, и дверь открылась. Под глазами у отца темнели круги. Он выглядел так, будто не спал несколько недель.
– Что такое? – рявкнул он, и его глаза округлились. Ткань соскользнула с моего сокровища.
– Это она? – спросил он, выхватывая ношу из моих рук. – Шкатулка профессора Галлахера?
Я кивнула и зашла за ним в комнату, заперев дверь. Грейс была с Финном, а ее любопытство намного превосходило мое.
Папа поставил шкатулку на стол и снял шарф. Он с трепетом уставился на старую вещь и, к счастью, не стал читать мне нотаций.
– Я собирался забрать ее у Кассандры. Но шкатулки там не нашлось, – пояснил он, не сводя с нее глаз. – Нет ни ее, ни ее кошек. Дом выглядел заброшенным. Она принесла шкатулку тебе?
Я сглотнула. Пришло время для неприятной части.
– Она позвонила мне вчера вечером, и, так как мне показалось, что Кассандра в отчаянии, я поехала к ней.
Теперь его внимание полностью сосредоточилось на мне.
– Ты в своем уме? Ты понятия не имела, с чем столкнешься.
В этом папа ошибался, но я не могла ему этого сказать.
– Начинаю понимать жалобы вашей матери. А я всегда думал, что она преувеличивает. Ты слишком легкомысленна, Элиза. Это опасно.
Неужели он действительно хотел поговорить со мной об этом сейчас? Я знала свои слабости куда лучше, чем он.