Лёгкое пёрышко. Как песня тишины

Первые капли дождя забарабанили, когда мы со Скай убрали последние стулья в сарай.
– Фух, едва успели, – сказала она.
С неба будто опрокинули ведро, и на бабушкино цветочное великолепие обрушился поток. Лепестки опали на землю, и их прибило к гальке.
Мы стояли в дверях сарая, стараясь укрыться под узким навесом.
– Если побежим домой, промокнем насквозь.
Скай кивнула и посмотрела на свои ноги, обутые в балетки.
– И обувь после этого можно выкинуть.
– Лучше подождем, пока он закончится.
Фрейзер помахал нам из окна зимнего сада. Он вовремя смылся и помогал с уборкой внутри.
– Ты сегодня была такой странной. Что случилось? – поинтересовалась Скай, помахав ему в ответ. Она смущенно избегала моего взгляда.
– Профессор Галлахер оставил бумаги, связанные с его работой, моему папе. На кухне Кассандра рассказала мне о какой-то шкатулке и что я должна прочитать эти бумаги, но папа мне их не отдает. Говорит, что меня это не касается, – выпалила я все новости. – Это несправедливо. Он упустил тот факт, что мне уже не шесть лет.
– Ты никогда особо не интересовалась его работой. Или ты считаешь, что это как-то связано с настоящей магией? Можешь представить, что профессор этим занимался?
– Понятия не имею. Мы ведь даже не знаем, от чего он умер. После всех этих странностей я уже решила, что его убили.
– Сердечный приступ, – резко поправила Скай и начала перебирать садовые инструменты. Она аккуратно рассортировала бабушкины секаторы по размеру и развесила их на стене сарая.
– Откуда ты знаешь?
– Фрейзер позавчера рассказал. Поэтому они и отдали тело так быстро.
– Ошибка исключена?
Скай склонила голову.
– Ничего странного. Он был стар и много лет принимал сердечные препараты.
– Меня все равно интересуют его бумаги. Он занимался не только оккультизмом, но и волшебными местами. Ты не думаешь, что это может быть связано с Лейлином и Аваллахом?
Я привлекла ее внимание.
– С чего ты взяла?
– Папа обмолвился. Он, конечно, считает, что это ерунда.
– Но откуда профессор Галлахер мог знать, что такие места существуют? Откуда ему знать, что, кроме нас, есть и другие существа? Не представляю. Он же был ученым.
Я пожала плечами.
– Они с бабулей были ровесниками той девушки. Помнишь ту историю?
– Какой девушки? – Скай недоуменно смотрела на меня, натирая до блеска бабушкины садовые совки старой тряпкой.
– Лучшая подруга бабули, которую соблазнил и бросил эльф. Она потом сошла с ума, потому что ей никто не верил. Она же вроде была сестрой дедушки Фрейзера? – вспомнила я.
– Точно! – перебила меня Скай и с триумфом добавила: – Она родила ребенка с острыми ушками.
– Так говорят. Профессор Галлахер, бабуля и та девушка были примерно того же возраста, что и мы сейчас. Может, он рассказал не обо всем, что тогда увидел, – я смотрела на дождь и рассуждала. – Возможно, профессор чувствовал себя виноватым, что не помог ей тогда, а с возрастом решил во всем разобраться. Такое же вполне возможно?
Я с нетерпением смотрела на Скай, которая продолжала заниматься инструментами. Два совка уже блестели на своих крючках.
– Возможно многое. Но под волшебными местами он мог подразумевать и нечто другое. Я немного навела справки. В Сети много чуши про оккультизм. Существуют тайные общества со странными правилами и ритуалами. И все они предполагают, что в мире есть так называемые места силы, которые связаны между собой Лейлиниями.
– Лейлиниями?
– Лейлин – Лейлинии, – Скай помогла мне с аналогией. – Будь я проклята, если тут нет взаимосвязи. Ты должна выяснить, что в этих бумагах. Если профессор Галлахер это изучал, я хочу знать, к каким выводам он пришел. Твой отец, конечно, прав. Занимаясь этим, он шел по тонкому льду. Традиционная наука такие теории высмеивает.
– Вопрос в том, как мне это сделать. Папа запер кабинет и спрятал ключ, – поделилась я.
– Это, конечно, плохо, но вовсе не препятствие, которое нельзя преодолеть.
Я с изумлением смотрела на суперправильную подругу.
– Хочешь убедить меня пробраться в кабинет отца?
– У вас в доме нет запасного ключа?
Я пожала плечами.
– Не знаю. Как правило, эту дверь не запирали. Я даже не знала, что от нее вообще есть ключ.
– Как только у тебя будет ключ, это уже не считается взломом. Да и держу пари, вскрыть этот замок будет проще простого. Ты что-то приняла? – Скай всегда удавалось меня поражать. – Какие-то запрещенные вещества?
Я подумала о Фрейзере. Вот он вполне мог бы сделать такое.
– Что за бред? Я лишь хочу знать, что за всем этим скрывается. Может, хоть раз в жизни мне стоит сделать то, чего от меня ждут, и держаться подальше от этого дела. – Я сложила руки на груди. Впрочем, небольшой взлом может заставить Кассиана забеспокоиться. Конечно, эта история была мне не по душе. Смогу ли я потом найти путь назад?
– Сделай это. Так будет лучше, – заявила Скай бесстрастно. Я была у нее на крючке, и она это понимала.
– Кто последний добежит до дома – проиграл, – прокричала я и рванула прочь.
Дождь почти закончился, оставив бесчисленные лужи на посыпанной гравием площадке перед кафе. Когда я влетела в коридор, волосы у меня остались сухими, зато туфли и колготки промокли насквозь.
Осторожно обходившая все лужи, Скай торжествующе улыбнулась. Я прибежала первой, но все равно проиграла. Увидев стоящего в коридоре отца Фрейзера, я резко остановилась. Если бы меня не подхватил Фрейзер, я бы поскользнулась на гладкой плитке. Я замахала руками, чтобы удержаться на ногах.
– Здравствуйте, мистер Вайльдгуз, – прокричала я, запыхавшись.
– Мы знакомы? – проворчал он себе в усы и засунул блокнот в карман пальто.
– Не могли бы вы подбросить Касси до дома, Пол? – спросила мама. Она вышла из кухни, вытирая руки полотенцем. – Я предлагала оставить ее у нас, но она хочет вернуться домой.
– Конечно, без проблем. Как ты? – Папа Фрейзера обернулся к Кассандре. – Мне очень жаль твоего отца. Он был хорошим человеком.
Мистер Вайльдгуз неловко почесал затылок.
Кассандра стояла в дверях на кухню, тонкие пальцы рвали салфетку. Ее ждал тихий, запущенный дом. Мне там было бы страшно. Особенно если бы несколько дней назад в соседней комнате умер мой отец.
Мама ободряюще кивнула Кассандре, когда та шагнула к двери. Девушка повернулась ко мне. Она наклонилась, будто хотела меня обнять.
– Ты должна зайти и забрать шкатулку. Мой дом перестал быть для нее безопасным, – прошептала Кассандра. – Обещай. Пожалуйста.