Кварталы

И вот когда стало откровенно кисло, когда казалось, что этот здоровяк нас попросту перебегает, Клон стал исчезать. Как густой дым, который развеял сильный ветер. Я от неожиданности даже рот открыл. Если честно, не ожидал, что мое обращение к высшим силам даст такой эффект.
— Дядя Шип, — прозвучало откуда-то сверху.
Я поднял голову и обнаружил в проеме разбитого окна своего пацана. Блин, про Крыла-то все совсем забыли.
— Дядя Шип, там нижний этаж в огне, помогите его отсюда спустить, я потратился сильно, боюсь, уроню.
Вот теперь все встало на свои места. Пока мы отвлекали Клона, как могли, к его оригиналу пробрался Крыл и вырубил. Точнее, у меня было подозрение, как именно пацан его нейтрализовал. Одной из своих способностей, которой пользовался чрезвычайно редко. Работала она не особо быстро, да и радиус действия оказался слишком маленьким. Но сейчас помогла.
Всему виной мой пацан. Короче, Господь, давай отбой по поводу прелюбодейств и всего остального. До следующего раза.
Я вытянул лианы наверх, перехватив крохотного мужичка, которого вытаскивал наружу Крыл. Оказалось не так уж и просто. Лианы обычно использовались как оружие разрушения, а не техника поддержки. Да и сил осталось не так уж много. Поэтому примерно метрах в полтора от земли, Оригинал сорвался, хорошенько приложившись боком.
— Живой? — спросил Крыл, приземляясь рядом.
— Ага, — кивнул я. — Даже не сломано ничего. Везучий конь.
— Ты уверен, что везучий? — сморщилась Гром-баба. — С учетом того, что с ним станет.
— Ну, я это образно. Крыл, фонить перестань, — почувствовал я, как меня клонит в сон.
— Я не специально, — казалось, человек-муха засмущался.
Ну да, скажешь кому о такой способности, тебя засмеют. В общем, пацан испускал что-то вроде феромонов. Только вот люди, почувствовав их, не начинали страдать неразделенной любовью к Крылу. А попросту засыпали.
По мне, крутая способность, хотя пацан ее и стеснялся. Говорил, что только во время ее применения очень сильно воняет. Ну, не знаю. Мой обычный растительно-человеческий нос этого не чувствовал. Я лишь сетовал на то, что радиус способности сравнительно небольшой. Да и действует усыпление не мгновенно. Поэтому в бою практически бесполезно.
То, что получилось применить ее сейчас, объяснялось легко — людоед был слишком занят наблюдением за нами. Наверное, так он и управлял Копией. Как на приставке играл. Вот Крыл и подобрался к нему незамеченным.
— Надо уходить, — сказала Гром-баба и ей вторило лопнувшее стекло на втором этаже. Огонь уже всерьез принялся за перекрытия и полз все выше.
— Надо, — кивнул я, доставая мешки и веревки. — Оттащим пленных в сторону. А то еще поджарят то, что не надо.
Больше всего мне хотелось спалить этот гадюшник вместе с людоедами. Даже к зэкам не было столько ненависти. Почему? Не знаю. С точки зрения выживания, каждого можно понять. Понять, но не принять.
Мы тем временем привели в чувство Психа. Ничего серьезного, но пару дней челюсть будет болеть. Да и синяк останется. А после принялись за каннибалов. Мешок на голову, руки за спиной, связать, соединить со следующим. Получилась такая не стройная длинная цепь. Хрен куда убегут и хрен что смогут сделать.
— Господа людоеды, — обратился я к пленникам. В отблесках бушующего пламени связанные люди с мешками на головах, смотрелись невероятно жутко. Что и говорить, святая инквизиция снова в деле. — Еще раз повторю, переход в боевую трансформацию будет расценен, как агрессия. Понятно, Кость?
Лидер каннибалов пробурчал нечто невразумительное, что я воспринял, как согласие. Стоило ему очнуться, как этот недотепа попытался накинуть свое белое одеяние. Но вместо этого чуть не примерил такого же цвета тапочки. Била Гром-баба, что называется, сильно, зато по голове.
— Идем, не останавливаемся. Не разговариваем. Любое непослушание будет строго наказываться.
— Что вы хотите с нами сделать? — чуть ли не повизгивая, спросил Рой.
— Дать вам возможность быть полезными для общества, — ответил я. Разве что не добавил, для какого. Для нашего, само собой.
— Вы же обещали, что отпустите меня! — заорал Тень, за что тут же получил по хребту от Гром-бабы. Это ему еще повезло, что Громуша вновь стала человеком. Хотя и тут приятного было мало. Вообще мой прапор в юбке оказался прирожденным конвоиром.
— Отпустим. Если выполнишь некоторые условия, — на этот раз я не соврал. А теперь медленно пошли, слушаемся этого голоса. Псих, скажи что-нибудь.
— Слушаемся меня, — чуть растерянно пробормотал крикастый товарищ.
— Крыл, прикрываешь сверху. Гром, замыкаешь. Давайте к Алисе, я сейчас догоню.
Вскоре цепочка пленных вместе с моей группой скрылась из виду. Шли людоеды медленно, неуверенно, чему способствовали мешки. Но снимать их, само собой, никто не собирался. Лучше дойти неторопливо, чем не дойти вовсе. А каждый из наших новых знакомых был довольно опасен.
П-образный дом, основная резиденция людоедов и обитель Кости, плевался через окна пламенем, рассыпая стекла. По стенам ползли вверх желтые языки огня, оставляя на штукатурке черные выгоревшие следы. Но здание меня не интересовало. Как и сам квартал. Вполне закономерный и заслуженный итог для каннибалов.
Я на дрожащих ногах подошел к куче тряпья у мангала. Хотел было прикоснуться к коротким шортам, но не смог. К горлу подкатил ком и стало тяжело дышать. Не из-за дыма, окутывающего двор. Из-за горечи.
— Прости, малец.
Кремневое колесико зажигалки чиркнуло, рождая крохотное пламя. Оно радостно заплясало, пожирая кусок ткани, торчащей из бутылки. А когда огня стало достаточно, я выкинул коктейль молотова в кучу тряпья, оставшегося от сожранных этими уродами людей. Пусть земля вам будет пухом.
На негнущихся ногах я покинул залитый светом и охваченный огнем квартал, догоняя свою группу. Сейчас мне не хотелось мести или справедливости. Все, что мне хотелось — выпить.
    
Глава 24
Наверное, это походило на ожидание скорой экзекуции. Шестеро людоедов с теперь уже связанными перед собой руками и с мешками на головах, сидели на коленях кружком посреди проулка. С одной стороны свежепостроенная металлическая стена, с другой — забаррикадированный вход в бывшие владения Психа.
На крышах располагалась наша команда уничтожения. Богиня стрельбы Алиса, уже снявшая карабин с предохранителя. Кора с множеством спаянных мелких штырей, которые она подготовила заранее и собиралась использовать в качестве шрапнели. Ощетинившийся иглами Слепой, который вдобавок держал в руках ружье. С противоположной стороны, на крыше, Псих и Крыл, оба в боевом режиме, рассматривающиеся, как группа поддержки. Разместили их там, чтобы наши гости чувствовали себя окруженными. Ну, и конечно я, который уже успел расставить ловушки со стороны главной улицы.