Избранная для Альфы

— Катя! — Дверь хлопнула и ко мне побежал высокий мужчина. — Ты что здесь делаешь? Где ты должны быть? Где?
— Мстислав? — пропищала я, узнав водителя по голосу.
— А кто же еще? — прорычал он. — Где тебе велено было сидеть?
— На стуле у ресепшен, — пробормотала я. — Прости, я сбежала с работы, но всего на пять минут. Просто я все убрала и думала найти Евгения Петровича. Но, он спустился, а там ну... Тени и тихо. Жутко. И ветер завывает... — Я запнулась и взглянула на него. Только из-за ярких фар и летящего в лицо снега все равно ничего не видно было. — Вы меня уволите, да?
— Я тебя просто сейчас отлуплю, чтобы в следующий раз ты делала то, что скажут, — выдохнул он. — Велено тебе было ждать...
— Чего? — уточнила, сбитая с мысли.
— Не чего, а кого, Катя! Меня! Меня ты там должна была ждать! — Он снова принялся натурально кричать на меня. — Поэтому я и спрашиваю, что ты делаешь на парковке?
— Домой иду, — ответила как можно спокойнее.
— Пешком! — рычал он.
— Денег нет, — пожав плечами, вывернула карман куртки. — А еще я поругалась с бабушкой и забыла кошелек, ну и телефон.
— А мне сказать об этом? — его голос снова стал тише, но при этом он словно шипел. — Почему я обо всем узнаю от третьих лиц?
— Вам?! — Все, я вконец утратила логику этого разговора. — А какое вам дело до того, как я возвращаюсь домой?
Он замер и запустил пятерню в волосы. Резкий порыв ветра с силой ударил в спину. Пошатнувшись, я сделала шажок вперед. Мстислав как-то странно тряхнул головой, будто успокаивая себя, и взглянул на небо.
— Погода — дрянь, дела — дрянь... Что за день?
— День как день, — я снова пожала плечами. — Мне бы домой быстрее, Мстислав Вячеславович. Холодно.
— Так с бабушкой же поругалась. — Он подошел вплотную и взял меня за локоток. — Точно домой тебе?
— А куда? — Его вопрос показался мне странным. — Есть охота. Да и сколько ни бегай, а проблемы решать нужно. А вы не займете мне на проезд? — выпалила и тут же оторопела.
Кто за язык дернул. Нет ну такое попросить...
— Занять? — не понял он.
— Я Евгения Петровича спросить хотела, но... — смолкла, поняв, что несу совсем не то.
— Чего не спросила? — Он подтянул меня к себе ближе.
— Стыдно, — пролепетала, отводя от мужчины взгляд. — Не умею занимать...
— А у меня не стыдно? — в его голосе прозвучала усмешка.
— Замерзла... — пробормотала, совсем уж не зная, куда себя деть.
Меня начинало мелко колотить. Теплее действительно не становилось. А вот снега с неба сыпало все больше и больше.
— Нет, не займу я тебе на проезд, Катя. — Он обнял меня за плечи и повел к машине. — Но, если ты еще раз ослушаешься — точно по мягкому месту настучу.
— Я всего на пять минут раньше ушла. Это даже побегом в рабочее время не назовешь!
— А если бы я не успел? — Он пытался поймать мой взгляд. — Как бы в такой снег... в такой ветер домой бежала? Вот в этой курточке, в летних кроссовках...
— Ну, да... — шепнула я одними губами, но он услышал.
Подведя меня к машине, Мстислав распахнул дверь и усадил на пассажирское место.
— Неугомонная, — проворчал мужчина. — Я чуть богу душу не отдал, когда понял, кто на меня выскочил. Чуть не сбил ведь! — Склонившись, он пристегнул меня ремнем безопасности. — Чувствую, спокойной моя жизнь уже не будет. Хотя это даже хорошо. Буду в вечном тонусе...
— Это вы о чем? — пробормотала я растерянно.
— Ни о чем, Катенька, — он взглянул на меня и улыбнулся. — Голодная говоришь. Может, тогда поужинаешь со мной?
— Пиццей?
— Нет, — он поморщился. — Что-нибудь посущественней.
Закрыв мою дверь, он обошел джип и уместился на свое сидение.
— Ну едем, красавица?
Я уже было согласилась на радостях, но вовремя вспомнила, как одета. Собиралась же и даже не смотрела, что натягиваю на себя. Не домашнее, но все же.
— Нет, — как можно спокойнее произнесла, чтобы смягчить отказ. — Лучше домой.
— Почему? — он нахмурился.
— Не тот вид, Мстислав Вячеславович, да и не то положение. Не знаю я, зачем вам все это. Но, вы ведь должны понимать, что внимание владельца фирмы к такой, как я...
Он поднял руку и грубовато обхватил пальцами мой подбородок.
— Знаешь, малыш, вот если ты еще раз мне подобное заявишь, я тебя поцелую. И буду целовать до тех пор, пока эти мысли не выветрятся из твоей головы. А вообще, зря я спросил, хочешь ты со мной поужинать или нет. Все равно отвезу куда хотел. Дела я все свои на сегодня уладил, так что поехали.
— Куда? — насторожилась я.
— Через две улицы отсюда небольшой уютный ресторан, я часто там ем.
— Какой ресторан? — волнение нарастало.
— Небольшой и уютный, сказал же. — Его ладонь тем временем скользнула по моему бедру, он вроде и снег счищал, а вроде и не совсем. - Там отдельные кабинки, изолированные. Никто тревожить не станет и не войдет...
Сглотнув, я проследила за его рукой... И такое нехорошее предчувствие сердце кольнуло. Мстислав подался вперед нависая. Я ощущала его дыхание на своих волосах...
— Какие кабинки? — Испугавшись не на шутку, я отпрянула от него, отцепила ремень и открыла дверь. — Нет, Мстислав Вячеславович. Вы, наверное, не поняли. Я не ваши феечки! Меня не нужно ни в какие кабинки. Я домой сама добегу, спасибо.
Не дожидаясь его слов, выскочила и рванула вперед по парковке, словно меня черти гнали.
Кабинка!
Уединенная!
И что там делают в тех кабинках? У меня щеки буквально пылали от стыда.
Хлопья мокрого снега ударяли в лицо. Ветер налетал со всех сторон, кружил и слепил.
— Катя, — раздалось за моей спиной. — Стой! Остановись! Ты неправильно все поняла.
Покачав головой, рванула дальше в сторону остановки. Уж лучше зайцем проеду. Ну, высадят с позором на следующей остановке, так и ладно.
— Катя! Стой, девочка. — Кто-то сильный врезался мне в спину и обхватил за талию. — Не беги, малыш. Все не так, слышишь. Я и пальцем тебя не трону. Клянусь. Не обижу и уж тем более не потребую ничего оскорбительного. Мы поужинаем. Просто поедим. Вдвоем. Ты и я. Не хочешь в ресторан, тогда давай в машине наедине...
Наверное, у меня выдуло все мозги, потому как услышав это «в машине наедине», я забилась с новой силой.
— Не то слово, — прорычал мужчина. — Пицца, Катя. Просто пицца. Я не обижу. Да что же ты так испугалась?!
Развернув меня к себе, он обнял. А ощутив, как я дрожу, распахнул куртку и укутал меня в нее, прижимая к своей огромной твердой груди. Мне мгновенно стало тепло. От его тела исходил такой жар.