Ненавижу тебя, сосед

—И да, я не местная. Поступила на первый курс универа.
—Нашего универа?!— оживляется.— Первокурсница, значит.
Что-то в его словах кажется странным. Будто то, что я первокурсница что-то меняет, играет хоть какую-то роль.
—Ты снова покраснела,— добавляет в голос волнующих провокационных ноток, а во взгляде клубится туман.— Очаровательно!
—Мне просто жарко,— пальцами в волосы зарываюсь, приподнимаю у корней, перекидываю копну на сторону, закрываюсь от пристального волнующего взгляда.
—Хочешь, в бассейн махнём?— пальцы Никиты снова странным образом касаются моей спины, хотя парень вроде как на месте сидит и не двигается, но я определённо чувствую его прикосновения, которые выбивают из колеи.
Только двигаться мне больше некуда, и так вжимаюсь бедром в железный поручень.
—Не-а, не хочу,— смеюсь, меня забавляет его напористость.
Есть в ней что-то бесшабашное.
—Или на озеро? Пока последние тёплые дни,— не сдаётся, накидывая всё больше вариантов.— У моего друга есть загородный домик, там такая природа — закачаешься! Рванём хоть прям сейчас, пока учёба не началась. А? Как тебе идея? Или можно на шашлыки поехать. Что? Наедимся, отдохнём, посмеёмся. Ближе познакомимся,— играет бровями, вызывая новый приступ смеха.
Я не успеваю ничего ответить, потому что на горизонте появляется Дашка, а Никите кто-то звонит и он, извиняясь, поднимается с лавочки и отходит в сторону, принимая звонок. Смотрю на его спину, широкий разворот плеч, светлые волосы на затылке. Хорошенький…
Вот только его «детка» насторожила, но, может быть, это нормально? Может, со мной что-то не так, раз не понимаю этого? Что я, живя в Красновке, видела и знаю? Не удивлюсь, если мои понятия о взаимоотношений полов безнадёжно устарели.
Даша спешит ко мне с новой порцией кофе, и я с облегчением выбрасываю пустой стакан.
—Прости, задержалась. В туалете такая очередь! Главное — в мужском всё так быстро, а девушки вечно чухаются, едва не опозорилась там…
Она торопливо рассказывает о женщине, которая застряла в кабинке, сломав замок, а Даша бегала за администрацией ТЦ, чтобы те вызволили бедолагу. Слушая подругу, забываю о Никите, но он не даёт мне шанса: возвращается, становится за спиной и, наклонившись, обнимает за плечи, и волна жара спускается от щёк ниже.
—Испугал!
—Прости, детка, отвлекли,— шепчет на ухо, а Даша замолкает на полуслове и удивлённо таращится на нас. Я сбрасываю руку Никиты, он тихонько смеётся.— Мне сейчас уйти надо, но я тебя найду. Не забывай меня!
—Может, просто телефончик у неё попросишь?— щурится Даша.— Казалось бы, что проще?
—Нет, это слишком просто,— на его губах снова эта широкая улыбка, от которой сердце делает кульбит.— Жди меня, детка. Я обязательно тебя найду.
Махнув рукой, Никита уходит, а меня в который раз передёргивает от его «детки».
—Знакомое у него лицо,— замечает, хмуря брови.— Не могу вспомнить, где его видела.
—Мало ли,— отмахиваюсь и, отвернувшись, делаю большой глоток вкусного кофе.
«Я тебя найду»,— шумит в голове красивый голос.
Неужели и правда, найдёт? Неужели будет искать? Чудеса…
И ещё… вдруг это именно то, о чём говорила сегодня Юля? Именно тот? Интрига.
    
6.Ярослава
Расчёсываю у зеркала тёмные волосы, пытаюсь заплести их в косу, но они не слушаются, будто объявили мне забастовку. Несмотря на все мои старания, из причёски постоянно выпадают пряди, щекочут шею, попадают в глаза. И главное, были бы кудрявые! Так нет же, до отвращения ровные, слишком прямые, никакой укладке не поддаются.
«Девушка должна выглядеть прилично, быть аккуратной и опрятной»,— звучат в голове слова мамы, а улыбка поднимает уголки губ.
Сейчас, когда родители с их вечными наставлениями далеко, многое из того, что было частью привычной жизнью, лишь веселит. Дома было трудно, я постоянно должна была соответствовать их представлению о приличной девочке, но сейчас я чувствую кураж и свободу. Даже подумываю в клуб сходить с новыми подругами — почему бы не наверстать всё, что упустила?
Главное — на неприятности не нарваться, а то с моей удачей прямо на входе вляпаемся в какую-то переделку. Или того хуже, Демида встретим.
Тихонько рычу своим мыслям, потому что не должна постоянно по делу и без повода вспоминать Лаврова, но мысли лихорадочно скачут, воспоминания оживают, и я никак не могу обуздать их, привести в порядок. Мне учиться нужно, я именно для этого приехала. Или вон, лучше бы о Никите думала, чем не вариант? Только о нём я как-то до обидного быстро забыла.
—Хватит мурыжить волосы!— Даша подходит сзади, обнимает меня за талию и кладёт голову на плечо. Для этого ей приходится чуть-чуть согнуться, потому что она порядочно выше меня.— Мы опоздаем.
—Я волнуюсь,— признаюсь.— Всю ночь не спала.
—Ага, ворочалась и сопела,— смеётся и оборачивает меня лицом к себе. Забирает расчёску, кидает её на кровать и треплет меня за щёчки.— Думаешь, я не волнуюсь? Всё будет хорошо!
—Твой оптимизм заразен,— обнимаю подругу, и мы делаем в ритме вальса несколько оборотов по маленькой комнате.— Слушай, а вдруг мы не попадём в одну группу?
Эта мысль меня пугает больше всего. За несколько дней я очень прикипела к Даше и уже не представляю своей жизни без неё, но ведь может случиться всякое. А что если я не найду общий язык с новыми одногруппниками? Мало ли… В школе у меня были проблемы с одноклассниками из-за вечных гадостей Лаврова. Многие считали, что от меня лучше держаться подальше, чтобы тоже не нарваться. Будто я заразная.
—Окажемся,— в полной уверенности заявляет Даша и хитро мне подмигивает.
Обожаю эту девчонку.
Линейка, к которой я так долго и тщательно готовилась, оказывается скучнейшей. Даже в школе было веселее, честно! Декан долго и нудно рассказывает о нашем будущем в стенах альма-матер. Я едва не засыпаю и только шутки Даши и едкие комментарии позволяют остаться на ногах.
Дальше нас приглашают в просторный актовый зал, там тоже читают лекцию о светлом будущем, а после вызывают по одному, чтобы вручить новенькие студенческие билеты.
—Прохорова Ярослава Игоревна!— звучит моё имя, я подхватываюсь и, натянув на лицо широкую улыбку, иду к сцене. Тёплые руки декана вручают мне самый главный студенческий документ, который ещё пахнет типографской краской. Ничто не омрачит этот праздник.
—Поздравляю, Ярослава Игоревна! В добрый путь к новым свершениям!— улыбается декан, пожимает мне руку и вокруг глаз собирается сеточка морщин.
Меня такая гордость распирает! Я сама, без чьей-либо помощи, поступила на бюджет в хороший вуз, уехала из родного дома, добившись признания моей самостоятельности. Я много для этого работала, я заслужила. У меня, в конце концов, золотая медаль, четыреста баллов по ЕГЭ и целая стопка благодарственных грамот! А ещё Олимпиады и почётное звание главной заучки школы. Зря, что ли, мучилась?