Ты волшебник, Гарри!

Сын кивнул.
—Тут нет Миши и никаких приключений,— удивлённо взглянула на сына женщина.
—Я догадывался,— кивнул Гарри и добавил: — Прочитай!
Мать покосилась на книгу, затем на сына, хмыкнула и открыла первую страницу.
—Эта книга предназначена для простолюдинов и направлена на пояснения основных постулатов и правил поведения магов. Маги, одаренные силой по крови или по проведению иных сил, имеют несравнимую мощь перед обделенными ею. Посему на них накладывается не только статус и привилегии, но и ответственность за деяния свои. В сием труде описано: какими привилегиями и какими обязанностями наделены те, кто обнаружил в себе силу,— прочитала предисловие женщина и покосилась на ребёнка.
Тот сидел, сложив руки на груди и опершись спиной на подушку. Ноги были скрещены, губы поджаты, а взгляд замер в одной точке. Заметив, что мать остановилась, он взглянул на неё и приподнял одну бровь.
—Снова строишь из себя взрослого?— улыбнулась мать и вздохнув добавила: — Ну, что же. Только учти, что взрослые книжки не делают тебя взрослее.
Она перелистнула страницу и прочла название главы:
—Основные понятия и термины… Маг или как принято в разговорном русском языке — «одаренный». Это человек знатного либо мирского происхождения, обладающий навыками и сдавший государственный экзамен и подтвердивший свою квалификацию. Гримм — человек имеющий дар, но не обученный и не сдавший государственных экзаменов и не имеющий права на частную или государственную практику своего дара…
Женщина мельком глянула на сына и заметила, что тот кивнул. Улыбнувшись, она решила не подавать виду, что заметила и продолжила чтение:
—Целитель — маг, обладающий силой и обучений к целительству и врачеванию. Врач — не одаренный мирской или родовитый человек, обученный лечению без применения дара или с помощью артефактов на магической силе…
Гарри выслушал весь терминологический словарь до конца, но с трудом удерживал веки, которые все норовили слипнуться. Когда мать закончила, он спросил:
—Мама, почему про всех магов сказали. Даже про людей. А про некромантов ничего не сказали.
—Некроманты…— мама вздохнула.— Ты в мультиках про них услышал?
Мальчишка кивнул.
—Некроманты — это редкость. Их силы тёмная, и они… они работают с мёртвой плотью. Это… очень специфичные люди, и их все немного побаиваются. В мультиках ведь некромант злодеем был, так?
—Угу.
—Вот и получается, что… Некроманты… Все их воспринимают как нечто ужасное.
—И ты?
—Нет, глупенький. Я знаю, что это такие же люди,— погладила по голове сына женщина.— Они неплохие. Просто общество так к ним настроено, что само делает из них чудовищ. В свое время их даже убивали из-за надуманных обвинений. В Европе, во Французском королевстве, был период, когда их жгли на кострах. И не только их. Также всех, кто с ними контактировал. Семью, прислугу, друзей… Бывало, что и целые деревни пылали.
—А у нас?
—А у нас нет. Держали подальше от крупных городов, но в основном не трогали. Было что-то, вроде… настороженного уважения.
—А сейчас?
—Сейчас в Российской империи нет некроманта. Уже лет семьдесят как последний умер. У персов, вроде бы, один есть и у шведов. Больше на нашем континенте я не слышала о них… Ну, что? Спать?
—Угу,— кивнул мальчишка и забрался под одеяло.
—А почему ты мне принёс эту книгу? Решил стать магом?
—Угу,— буркнул ребенок, отвернувшись от матери на бок и поелозив, прижался к ней спиной.— Волшебником.
Женщина улыбнулась и обняла ребенка.
—Самые сильные волшебники — люди. Мир создает не сила… Его создают люди, и все это по-настоящему… Волшебно. Ты ведь тоже человек, Гарри. Значит, и ты… немножечко волшебник.
—Угу,— промычал мальчишка и тяжело вздохнул, понимая, что лучше пока всё держать в тайне, тихо пробормотал себе под нос: — Только совы не хватает… с письмом…
    
Глава 2
Мои опасения… Мои опасения подтвердились.
То, что здесь люди называют магией…
Очень трудно подобрать слова от сумбура, что творился в моей голове.
Это было настоящим.
Чтобы удостоверится, что это было не совпадение, я ловил тараканов. Я проводил эксперименты, ставил опыты… Да, согласен, опыты были так себе, но я пытался понять, что я делаю и как это работает. Я ставил книгу, закрывая от себя таракана так, чтобы не видеть его, и пытался шевелить пальцами, чтобы сдвинуть его с места. Я уходил в другую комнату, пытаясь проверить дальность. В конце-концов, я пытался повторить свой опыт с другим тараканам, но, к моему несчастью, их в округе осталось не так много. Но даже не это было проблемой. Главная затыка была в том, чтобы убить таракана так, чтобы он остался… функциональным?
Опытным путем установлено, что раздавленный таракан двигается не так, как мой первенец. В лучшем случае двигается пара или одна лапка. Думаю это связано с повреждением нервной системы в тельце маленькой букашки.
День тянулся за днем. Я забросил чтение и настолько погрузился в ловлю и оживление тараканов, что просто терял чувство времени. Ловил, пытался умертвить, не повредив тельце, затем пробовал шевелить пальцами так, чтобы они бежали вперед. Даже поймал для этого живого таракана в банку и пол дня наблюдал за тем, как он бегает по ней, чтобы научиться шевелить так же пальцами.
Идея оказалась провальной, но я старался и убил на это не одну неделю. Как итог, мой таракашка ползал боком. Подгребал лапками с одной стороны и толкался с другой. Слабый прогресс, но всё же.
Всё поменялось, когда я, отчаявшись, уселся на диван и клацал кнопкой пульта, переключая каналы. На одном я и натолкнулся на улыбчивую девушку с изумительными яркими голубыми глазами. И девушка с добродушной улыбкой рассказывала о тренировках начинающих одаренных, которые используют в частных школах, при этом объясняя их предназначение. Передача называлась «Я одаренный! Что делать?».
 
* * *
—Не скучай, не выходи из дома и никому не открывай,— произнесла мама и подмигнула ребенку.— Я сегодня приду пораньше, и мы с тобой погуляем. Хорошо?
—Угу,— кивнул мальчишка.
Женщина подошла к сыну, поцеловала в макушку и, быстро надев сапожки, покинула дом. ребенок же отложил в сторону раскраску, выключил телевизор, слез с дивана и уселся в позу лотоса. Прикрыв глаза, он глубоко вздохнул и замер.
Он так просидел не менее часа. Ровное дыхание, ровная спина и легкое подрагивание ресниц, свидетельствующие, что парень не спит. В окончании процесса, внешне похожего на медитацию, он шумно выдохнул сквозь сжатые зубы и открыл глаза. Встав, он размял шею, плечи и довольно потянулся.
—Так. Теперь практика,— пробормотал он и полез за диван, откуда достал банку с крышкой, в которой лежало три таракана.