Обреченная для красного дракона

— Не убедительно, — усмехнулась я. — Мои последние дни, вероятно, и твои последние дни. Ты ими дорожишь. И хочешь продлить. Так что не будет ни подушек, ни удушений.
Мальчишка выругался. Да так, что я вытаращила глаза. Это совершенно не вязалось с его детской внешностью.
— Если бы я мог, сам бы в горы пошел. Но без тебя же не получится.
— Не получится.
— Но…
— Может, лучше вообще не знать ничего? Что изменит правда? Ни-че-го. Так что давай забудем. Оставим всё, как есть. И поживем столько, сколько нам осталось. Скоро всё закончится. Так или иначе. Вот интересно, — протянула я, — дракон меня тут похоронит? Иль в столицу тело переправит? Второй вариант более заманчив, не находишь? Буду лежать в королевской могиле. Да и похороны будут пышными. Дражайшей крестной придется изображать скорбь, будто не меня в последний путь провожает, а дочку ненаглядную. Даже жаль, что я этого не увижу.
— Еще раз тьфу! — Бран изобразил, что его стошнило. — Ты сегодня невыносима. Я тебе действовать предлагаю. А ты про похороны. Тереза. Ну же! Давай хоть попытаемся. Не могу я киснуть тут и ничего не делать.
Я приготовилась… зарычать. Ибо упрямство Брана начало злить. Сильно. Я не видела смысла идти в горы. Никакого. Это точно не решение нашей проблемы.
Но прежде, чем я успела открыть рот, за моей спиной кашлянули. И проговорили:
— Может, объясните, о каких похоронах идет речь? Что за правду вы так жаждете узнать? И кто, черт вас обоих возьми, ты такая, дорогая жена?!
Я вздрогнула, попятилась. Наступила на собственный подол. Взмахнула руками и… плюхнулась на пятую точку, а Бран протянул «Ну и дела» и сотворил защитный знак в воздухе, что для призрака было, по меньшей мере, странно.
— Ну? Жду ответов!
Он появился не сразу. Мой «ненаглядный» супруг. Сначала мы увидели силуэт. Будто тень, только не на земле, а в воздухе. Затем она начала наполняться живыми красками, пока перед нами не предстал сам дракон. В человеческом облике, не в зверином.
— И как это понимать? — пробормотала я плохо слушащимися губами.
Он теперь невидимка? Вот ведь зараза!
А впрочем, страшно не было. Ни капли. Пятилась я вовсе не от ужаса. От неожиданности. А теперь осталась только злось. На себя. Это ж надо было — так глупо попасться!
— Ну, я задал вопрос, — проговорил дракон жестко. Очень жестко. — И не один.
Но мы молчали. И я, и Бран.
Я просто смотрела на мужа, раздумывая, как именно он меня убьет. Задушит? Иль сожжет? Второй вариант, правда, кошмарен. А ведь планировала умереть во сне. Лечь спать накануне двадцать первого дня рождения и не проснуться. Но вот поди ж ты…
— КТО ТЫ ТАКАЯ?! — прогремел дракон, устав ждать.
А я… Я просто передернула плечами и приняла решение не отпираться. Убьет, так убьет. Зато потом рванет в столицу — разбираться с лгуном Клавдием. Жаль, конечно, если кто-то еще под горячую лапу подвернется. Из обитателей Дворца. Да и Лусии я тоже зла не желала. Вдруг и ее эта красная ящерица вознамерится отыскать. Не ради того, чтобы в жены взять, а чтобы отомстить за обман.
С другой стороны, она меня не жалела. И не факт, что вообще вспоминала.
— Меня зовут Тереза Кордей, — ответила я. Но сначала поднялась с травы, чтобы говорить с мужем на равных. В смысле, не смотреть снизу вверх. — Я — племянница придворной дамы, крестница Королевы Александры и теперь уже бывшая фрейлина Принцессы Лусии. И не надо на меня так смотреть. Сам идиот, коли думал, что Клавдий отдаст родную кровиночку. Он хоть и не лучший отец на свете, и всё же Лусия ему дорога. По своему. И я тебя не боюсь. Можешь убить. Мне терять нечего. Всё равно умру через считанные недели. Я обречена. Давно. Потому Клавдий и отправил сюда меня. Я была всё равно почти мертва. Меня не жалко. Ты отнимешь всего ничего. Не велика потеря. А к смерти… К смерти я давно готова.
Его глаза округлялись всё сильнее. Он смотрел на меня, будто не понимал до конца, что я говорю. А впрочем, дракон не понимал. Говорила-то я не слишком понятно.
— Тереза больная родилась, помереть должна была младенцем, — вмешался Бран дабы прояснить ситуацию. — Знахарка ее вылечить пыталась. Но не вышло. Сумела только двадцать один год выторговать. А как стукнет столько… Всё, конец.
— Конец, — подтвердила я и вдруг поёжилась.
Неотвратимость смерти, её близость снова заставили дрогнуть. А я ведь только что убеждала себя, что мне не страшно погибнуть от лап дракона.
И всё же… Всё же меня это приводило в трепет.
— То есть… — протянул супруг, не повышая голоса. — То есть… Клавдий подсунул мне самозванку. Это во-первых, — он загнул один палец. — Во-вторых, ты всё это время водила меня за нос. В-третьих, ты скоро нас покинешь.
— Верно, — кивнула я, стараясь сохранять спокойствие. Меня тревожило, что непробиваемым остается он. А ведь ему полагалось кричать. Бесноваться!
— И когда же знаменательное событие случится? — осведомился он тоном, будто интересовался, какая погода за окнами.
— Через несколько недель, — ответила я. — Так что мне уже ничего не страшно.
— Даже сгореть заживо в драконьем пламени?
Он внезапно шагнул ко мне и обхватил горло. Да так, что я захрипела.
— Смотри в глаза, — отчеканил дракон, наконец проявив эмоции. Ярость. Почти звериную. — Не смей отводить взгляд. Ты мне лгала. Обманом оказалась в моей постели. А теперь имеешь наглость утверждать, что не боишься моего гнева?
Я захрипела сильнее прежнего. Ибо очень хотелось объявить, что всё так и есть. И вообще разозлила фраза о постели. О, да! Я туда прямо-таки рвалась! Мечтала! Грезила днями и ночами! Но треклятые пальцы мужа, продолжающие сжимать горло, не давали ни малейшего шанса высказаться.
— Ух, сколько негодования в глазах, — усмехнулся дракон, догадавшись, что я не намерена показывать страх или раскаяние. — И ведь считаешь себя правой. Невероятно.
Он соизволил-таки разжать пальцы. Но тут же толкнул меня на землю. Я упала неудачно, больно ушибив бедро и локоть, но не позволила лицу исказиться.
Снова посмотрела на мужа. С вызовов.
В конце концов, сам ведел не отводить взгляда. А уж как мне взирать, я сама решу. Быть может, это всё, что мне осталось.
Бран тоже смотрел с яростью. Я этого не видела. Чувствовала кожей. Словно все его эмоции проходили сквозь меня. Это было странно, безумно, но сейчас я находилась не в том положении, чтобы об этом размышлять и удивляться. Я просто знала, что Бран зол, но держит себя в руках. Мой личный призрак понимал, что если попробует причинить дракону вред в попытке меня защищить, точно подпишет мне смертный приговор.
— Ты так и не ответила на один из моих вопросов, — напомнил муж. — Что вы с призрачным мальчишкой так стремитесь узнать? Какую правду?